«За последние несколько месяцев президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган играет активную роль по многим фронтам, от Идлиба до Триполи, и сейчас постепенно также в территориальном споре между Азербайджаном и Арменией», пишет Morocco World News. «На средиземноморском фронте турецкий лидер измывался над своими региональными противниками, убеждал западных союзников, при этом энергично заявляя всем, кто его слушал, что Анкара должна участвовать в любом решении ливийского кризиса: политическом или военном. Даже время от времени остывая и признавая, что его агрессивный и одиночный подход могут не принести ожидаемого результата, Эрдоган был непреклонен в том, что лишь «голая» власть или, по крайней мере, какое-то ее проявление получат лучшее от «ненадежного» и «нелегитимного» правительства Восточной Ливии во главе с фельдмаршалом Халифой Хафтаром.
Теория мирового порядка Эрдогана Согласно всеобъемлющей теории Эрдогана о ливийском кризисе, дипломатия в стиле «поживем-увидим» Америки и Евросоюза не лучший путь. Она лишь приводит к дипломатии нерешительности и колебаний - того, что порождает безрезультатные соглашения о прекращении огня и непродолжительную деэскалацию. Наилучший путь, как утверждает Эрдоган, эт «преподать урок» Хафтару, вовлекая его в конфликт и побеждая военным путем.
По мнению Эрдогана, лишь осадив и уничтожив чрезмерное доверие Хафтара и его иностранных сторонников, можно надеяться заставить лидера правительства в Тобруке принять и соблюдать условия переговоров. Такова великая теория Эрдогана о ливийском кризисе: над Хафтаром нужно измываться и заставить его сесть за стол переговоров, лишив его бахвальства и самоуважения, которые он неоднократно проявлял, в то время как его военная мощь, обеспечиваемая боевиками ОАЭ, Египта и России, кажется превосходит мощь признанного ООН правительства в Триполи. И, как утверждает Эрдоган, если ни одна страна не готова проявить необходимую агрессию, чтобы противостоять Хафтару и сдержать его, Турция более чем счастлива (или готова) выступить как против Хафтара, так и против группы его иностранных, «незаконных» сторонников. «Сегодня Турция может начать операцию по защите своей национальной безопасности, ни у кого не спрашивая разрешения», - заявил президент Турции на собрании турецкой общины в Британии во время визита в Лондон в декабре. Это было четким вступлением к ожидаемой «агрессивной» и чрезвычайно уверенной в себе Турции, о чем предупреждали многие наблюдатели. Великая теория Эрдогана состоит в достижении мира путем конфронтации и хаоса, на тему которой он рассуждал в статье журнала Politico всего за день до сорванной конференции по ливийскому кризису в Берлине.
В ней Эрдоган выступил против «апатии» и безответственности международного сообщества, которое, по его словам, «не достигло успеха в восстановлении мира и стабильности» в Ливии. «На этом историческом перекрестке, те, кто трудятся во имя мира, должны проявлять храбрость и делать все, что в их силах, чтобы положить конец насилию. Европа может положиться на Турцию – старого друга и лояльного союзника – чтобы достичь этой цели», - написал он. Примечательно то, что Эрдоган ни у кого не спрашивал разрешения. Он просто объявлял о решении, которое уже принял, призывая «европейских союзников» Турции присоединиться к Анкаре относительно того, что он считает правильной стороной истории. Наблюдались легкие изменения в тоне Эрдогана по Ливии по ряду случаев за последние недели.
Например, во время визита в Алжир он заявил, что несколько удивляет, что «решение конфликта в Ливии не может быть достигнуто военными средствами». А совсем недавно Анкара приветствовала посреднические усилия Марокко в Ливии, торжественно поздравив Рабат с тем, что за одним столом переговоров собрались две воюющие стороны. Конечно, в риторике Эрдогана присутствуют некоторые элементы панисламистских громких заявлений и сентиментальности. Когда Эрдоган говорит об «апатии» мирового сообщества или смелости Турции делать «все, что необходимо», чтобы сохранить мир и стабильность в Ливии, он также проницательно говорит своей консервативной аудитории, что Турция всегда способна поддержать своих «братьев» в нужде, независимо от того, во что это обойдется Анкаре.
Это послание о самоотверженности и ответственности Турции. Но это также эффективный способ выдвинуть на первый план упорство Турции в ее особом отношении к мусульманам, незападному миру. Эрдоган хочет, чтобы мусульмане, развивающийся мир видели в Турции безоговорочно доступного старшего брата, вечно готового восстать, чтобы спасти проклятых от ассиметричного мирового порядка. В Ливии и Сирии (и в любых других местах, где Турция борется за первенство и стратегическое превосходство) Эрдоган создает «мини-империю», благодаря которой он может позиционировать Турцию как способного и надежного союзника, а также защитника.
Растущие дилеммы Эрдогана
Однако проблема, связанная с достижением мира через конструктивный хаос – опору ливийской стратегии Эрдогана – сама присущая хаосу непредсказуемость. Гораздо чаще непрдвиденные и «непреднамеренные последствия» - это то, что подпитывает и поддерживает войны. Таким образом, «панисламистское возрождение» Эрдогана может обойтись уже пострадавшей экономике Турции гораздо дороже, чем первоначально ожидал турецкий лидер. Как совершенно метко отметил впоследствии после Берлинской конференции турецкий колумнист, ливийская дилемма Эрдогана заключается в том, что, хотя сделанный им диагноз проблемы является точечным, его предпочтительное лечение опаснее, чем сама патология.
Таким образом вопрос заключается в моральном понимании Эрдоганом того, что он находится на правой стороне, а также в его самоубийственной переоценке того, что Турция может сделать в одиночку при формировании региональных конфликтов. С одной стороны последние сообщения о внутренних разногласиях в правительстве в Триполи выдвинули в центр внимания гегемонический авантюризм Турции. Во всяком случае заявлению Фаиза Сарраджа о том, что он готов уйти в отставку с поста главы правительства в Триполи, было суждено привести к спорам о судьбе ряда соглашений о море и безопасности, подписанных Анкарой и Триполи в ноябре 2019 года. Эти соглашения пока являются краеугольным камнем вновь обретенной Турцией смелости, самоутвержденного превосходства на средиземноморском фронте.
Эрдоган уверен, что Турция поддерживает легитимное, признанное ООН правительство Ливии, в то время как другие иностранные силы помогают «военачальнику» и «автору переворота». Но что произойдет с этим «грандиозным» повествованием о «легитимном» присутствии Турции в Ливии, если прозападное крыло правительства в Триполи выйдет победителем из внутренних разногласий? Вопреки официальным заявлениям Анкары, Триполи практически издевался над предложением Эрдогана по обеспечению безопасности в обмен на соглашение по делимитации морских границ, что усилило неопределенность вокруг авантюр Турции в Восточном Средиземноморье.
Тем не менее самое тяжелое испытание Эрдогана, крупнейшее препятствие на пути к достижению его амбиций по множеству фронтов наступит когда, или, скорее всего, если президент Франции Эммануэль Макрон наконец убедит ЕС положить конец «потаканию» того, что он называет экспансионистскими, антизападными и авторитарными наклонностями Эрдогана.
Новости Армении - NEWS.am