Вы когда-нибудь самому себе дом строили? Скорее всего, нет. А, построив, его сжигали? Наверняка нет! А тот дом горел ясным пламенем и человек, поджегший его своими руками, все говорил, говорил и говорил. Впрочем, это был не столько монолог, сколько проклятья. Проклятья в дыму горящего дома. Человек проклинал Никола Пашиняна.
АЗЕРБАЙДЖАНСКИЕ СОЛДАТЫ ПРИШЛИ В ШУРНУХ и, как водится у оккупантов, отмерив "свое", дали мирным жителям срок покинуть приглянувшие дома. Необычность ситуации заключалась в том, что враги пришли в страну, которая имеет действующую Конституцию, какую-никакую, но армию, власть – верховную и муниципальную, свою полицию, свои никем не упраздненные законы.
Но эта страна имеет премьер-министра Пашиняна, который проиграл всем, во всем и по всем статьям, стал лицом, над которым измывается Ильхам Алиев и показывает его место. Это место не только за гранью протокольного уважения к формальному главе пусть вражеского, но правительства, это место – за дверью.
Побитый премьер сегодня даже не "хромая утка", он загнанный в угол грызун темно-серого окраса, проявляющий агрессию как раз потому, что загнан в угол, и это не просто противно, это опасно.
А кипящий яростью Арарат Адибекян все говорил и говорил.
Объяснял, из-за чего поджег самое дорогое, что у него было на свете – построенный своими руками и на своей земле дом.
Сказал, что и представить себе не может, чтоб в его доме хозяйничали враги.
Обещал, что все равно, как бы и когда бы то ни было, он вернется и один к одному построит такой же. Обязательно построит.
Спрашивал Никола и его почитателей: вы этого хотели, вы к этому звали своим "Духов!"? Вы этого добились – смотрите, радуйтесь…
Он, этот задыхающийся от ярости человек из Шурнуха, не знал, что обращаться к Николу бессмысленно, не понимал, что Никол – это "особенный тип людей в любом обществе. Эти люди составляют три процента, им не присущи ни совесть, ни чувства вины. Такие люди виртуозно лгут. Они могут даже ввести в заблуждение людей, которые ожидают от них эту ложь". Так утверждают психологи.
"Никол, вот тебе новогодний подарок от шурнухца. По очереди будем сжигать, Никол, и в самом большом пожаре сожжем тебя. Ты погубил войска, погубил народ, научил нас материть тебя, научил сжигать дома. Никол, и тебя должны были сжечь в этом огне, это ты тому причина",- говорил бывший домовладелец Арарарт Адибекян, снимая на видео огонь, пожирающий его дом.
…В ДРУГОМ ДОМЕ, ИЗВЕСТНОМ КАК "правительственные дачи Конда", снабженном всеми средствами противопожарной безопасности, живет тот, к кому обращался Арарат из села Шурнух.
К подселению нового хозяина дом в Конде заново отремонтировали: деревья, цветочки, газоны, рояль, мангалы…
Другой дом Пашиняна - на Севане: пляж, катер, водные лыжи, мангалы..
Есть еще дома. Сосны, терренкур, воздух чист, как поцелуй ребенка, но… мангалы, мангалы, мангалы…
Весь Ереван, бывало, ему как дом родной: селфи, песни-пляски, обнимашки-пожимашки-поцелуйчики, фестиваль шашлыка и мангалы, мангалы, мангалы...
Разницу между истинно деревенским и посконной деревенщиной видите?
Крестьянин, человек земли и труда, ругается редко, но премьер-министр тот случай, когда удержаться в рамках нормативной лексики невозможно, и Арарат Адибекян не удержался.
Услышал ли его Пашинян, знать не могу. Знаю другое: было время когда, осознав невыполнимость миссии, он мог уйти сам, тихо слиться с ландшафтом и остаться в памяти неудавшимся премьером. Всего лишь. Бывает.
Сегодня так не получится. Огонь разгорается все сильнее и потушить его уже невозможно.
Сергей Баблумян, "Голос Армении"