Как известно, доклад парламентской комиссии по расследованию событий Апрельской войны 2016-го был успешно похоронен в архивных хранилищах НС. Ведь докладывать о преступных упущениях прежней власти в дни четырехдневных боестолкновений после того, что случилось в последнюю войну, аналогично тому, что убивший пациента хирург-коновал на суде объявит, что, дескать, до смерти на операционном столе больному неправильно лечили прыщи.
ТЕМ И ОБЪЯСНЯЕТСЯ ЧУДЕСНАЯ метаморфоза в поведении главы этой комиссии - "латексного" депутата Андраника Кочаряна, который еще недавно грозился пересажать всю военно-политическую верхушку прежних властей, а нынче от одного упоминания журналистами "апрельской" темы ищет щель под плинтусом, дабы туда забиться. В самом деле, не может же он утверждать, что упущенный "бывшими" Леле Тепе исторически был армянским холмом, после того, как его дорогой патрон объявил Шуши азербайджанским городом. Не может уже А. Кочарян и картинно возмущаться потерей пары талишских постов в 2016-м, когда его шеф одним росчерком пера сдал практически весь Арцах. И вряд ли он осмелится, как прежде, проливать крокодиловы слезы по 75 погибшим в Апрельской войне, когда сегодня счет наших потерь идет на тысячи.
В общем, с целью создания комиссии, содержимым доклада и причинами снятия с повестки властей данного вопроса, казалось бы, все ясно. Хотели прижать "бывших", уличить их в халатности, да не успели и после собственных масштабных и позорных упущений в делах ратных решили поскорее замять историю с "расследованием", дабы не раздражать общество.
Однако тут есть одно большое и жирное "НО". Уж слишком банальной получается описанная картина. В свете последних событий, странной во всех смыслах войны, бардака на фронте, сдачи территорий и поствоенных слухов о предательстве вышеописанный сюжет с судьбой парламентской комиссии кажется уж слишком тривиальным. Не хватает в нем, так сказать, соли с перчиком, подозрительно, согласитесь, пресно. И в связи с этим возникает ряд резонных вопросов.
К примеру, если хотели посредством событий апреля 2016-го просто прижать "бывших", зачем надо было впрягаться в нудную работу с допросами, изучениями, расследованиями? Объявили бы сразу, что "бывшие" провалили войну, - и все дела. Ведь заявил же как-то варчапет с бодуна, что дело "1 марта" раскрыто, и сразу назначил 30-миллионные компенсации семьям погибших от "незаконных" действий властей.
Если же действительно было намерение объективно разобраться в произошедшем, почему сразу не возбудили уголовное дело, а сформировали парламентскую комиссию, да еще из депутатов, сведущих в военных делах ровно столько же, сколько свинья в живописи? Или почему эта комиссия раз за разом пролонгировала срок представления доклада, пока не грянула война 2020-го? И наконец, какими законодательными механизмами обеспечена сохранность материалов расследования в кругу посвященных парламентариев? Иначе говоря, где гарантии, что они не были переданы третьим лицам?
Вот тут-то и возникают сами собой интересные мысли, а сюжет, как говорится, приобретает второе дно. И суть его в том, что в данном вопросе можно исходить от обратного, причем не в диалектическом, а в самом прямом смысле.
Предположим, что комиссия и ее заказчики изначально считали события 2016-го не провалом, а с точностью до наоборот - большим успехом. Ведь, по мнению многих экспертов, сдерживание столь мощного натиска врага ценой потерь с роту солдат и офицеров и незначительных территориальных утрат тактического значения не чем иным, как успехом, не назвать. Так вот: исходя именно из этой тезы комиссия гипотетически могла впрячься в дело расследования апрельских событий для выявления комплекса целесообразных мер, приведших к положительному для армянской стороны исходу. За довольно длительный период своей деятельности комиссия могла изучить все аспекты организации оборонного потенциала страны, проанализировать действия бывшей власти и раскрыть формулу их успеха.
Следовательно (внимание!), члены комиссии могли получить ответ на вопрос: что нужно делать в войне для получения прямо обратного результата и как этого добиться, не вызывая излишних подозрений?
ЭТО ВСЕГО ЛИШЬ ПРЕДПОЛОЖЕНИЕ, не хотелось бы делать скоропалительных выводов. Однако поразительно, что весь период войны 2020-го военно-политическое руководство Армении и Арцаха вело себя диаметрально противоположно действиям прежней власти, а положительный опыт последней был полностью проигнорирован. И в плане привлечения опытных командиров, и в вопросах управления армией, и в деле организации резервных сил, и в сфере информационной политики - словом, во всех аспектах нынешняя власть принимала и реализовывала решения, полярные целесообразным действиям прежнего руководства, которое в свое время - не без погрешностей, конечно - сумело остановить напор противника в четырехдневной войне и принудить его к перемирию.
Временные масштабы баталий, безусловно, несоразмерны, но их характер был одинаков. Даже поверхностное наблюдение за процессом организации оборонительных кампаний 2016 и 2020 гг. показывает, что в первую из них действия властей Армении и Арцаха были вполне адекватными. Командование войсками осуществлялось из единого центра, подразделения действовали слаженно, из Армении в оптимальные сроки были переброшены свежие резервные силы и техника, подключение мобрезерва и добровольческих отрядов было организованным и эффективным, официальная информация о положении на фронте была объективной и т.д.
Тогда как в осеннюю войну по всем упомянутым и массе других пунктов в буквальном смысле царил хаос, а точнее - бардак. Более чем странно, что, имея за плечами богатый опыт прошлой войны, армянская сторона пошла не проторенной дорогой положительных наработок, а кардинально противоположным путем усугубления допущенных в прошлом ошибок и максимального отвержения практики успешных решений.
Создается устойчивое ощущение, что в роковой войне 2020-го высшее военно-политическое руководство Армении намеренно сделало все, чего категорически нельзя было делать. Но ведь подобная поразительно деструктивная точность возможна лишь в том случае, если имеешь под рукой вобравшую в себя широкий спектр государственных тайн обширную базу данных, которая достается тебе в обход секретных грифов МО, а значит, фактически не ограничены рамки дальнейшего ее применения.
Следовательно, напрашиваются два архиважных вопроса. Во-первых, помимо членов комиссии, кто в руководстве страны был ознакомлен с материалами дела и для чего? Во-вторых, мог ли доклад оказаться за пределами Армении, точнее, в руках вражеской разведки? Эти вопросы, безусловно, намного актуальнее банальных рассуждений о том, что, дескать, Андраник Кочарян сотоварищи хотели всего лишь навредить "бывшим", но, дабы не позориться, предпочли всю свою работу перенаправить коту под хвост.
Учитывая все вышесказанное, трудно согласиться с мыслью о том, что доклад не достиг своей изначальной цели. Возможно, он и отправлен "коту под хвост", то бишь в парламентский архив. Но лишь после того, как нашел практическое применение в нечистых руках тех, кто осознанно желал предопределить именно такой исход войны осенью 2020-го.
Богдан АТАНЕСЯН, "Голос Армении"