Приезд в Армению месяц назад министра иностранных дел Индии Субраманьяна Джайшанкара явился неожиданным, но знаковым событием как для нашей республики, так, вероятно, и наших недругов. Как известно, это первый визит представителя Индии такого уровня в Армению за 30 лет независимости страны. Поскольку Индия является третьей экономикой мира по ВВП после США и Китая, очевидно, что для приезда такого высокопоставленного лица в Армению должны были быть серьезные основания. Эти основания, как нетрудно было догадаться, связанны со сложившейся в нашем регионе ситуацией и последующими развитиями вокруг него.
ТОЧНЕЕ, РЕЧЬ ИДЕТ О СИТУАЦИИ ВОКРУГ СЮНИКА, о котором до недавнего времени мало кто в мире знал или слышал (не считая нас и наших соседей), но который в последнее время оказался на перекрестке геополитических интересов крупнейших стран. В контексте происходящих вокруг Армении событий это внимание вызывает у нас, как минимум, повышенное беспокойство.
Причина этого беспокойства заключается не только в попытках Турции и Азербайджана прорубить удобный для них коридор через Сюник даже независимо от воли Армении, но и в опасении, что нынешнее руководство республики, проявившее большую уступчивость нашим вековым врагам после поражения в последней Карабахской войне, склонится к такому опасному для нас геополитическому сценарию, при котором армянская государственность окажется под вопросом. Хотя Пашинян отрицает такую возможность, резко упавший кредит общественного доверия к нему за последние три с половиной года и ограниченные возможности Армении в отстаивании своих интересов, не вселяют никакого оптимизма. А потому разговоры о возможном подписании очередных капитулянтских документов продолжают муссироваться в обществе.
При "хорошем" поведении Армении Азербайджан получает прямой доступ в Нахиджеван, пройдя каких-то пару десятков километров через нашу территорию. Взамен мы получаем как бы "великодушное" согласие Баку (сколько оно может продлиться - это еще один вопрос) на прохождение армянских железнодорожных составов через свою территорию до России.
В связи с напористостью Азербайджана по поводу открытия "сюникского коридора" полезно вспомнить историю о том, как в советское время руководство Армении пыталось добиться в Москве согласия на проект прокладки железнодорожной ветки через Капан-Горис-Лачин-Степанакерт с выходом на Агдам и Евлах, что по сравнению с трассой через Нахиджеван сокращает путь до России почти на 450 км, но руководство Азербайджана, пользовавшееся гораздо большими симпатиями в высших коридорах власти в Союзе, чем руководители Армении, сумело добиться запрета на его осуществление.
Сегодня же Армению пытаются склонить к согласие на строительство пресловутого "коридора" на своей территории в угоду Азербайджану и Турции (у которых на руках еще не высохла кровь невинно убитых армян, да еще при том, что многие наши ребята остаются у них в плену) с явным ущербом для себя. То есть, не имея никаких гарантий отсутствия посягательств на свой суверенитет и безопасность страны и с перспективной остаться изолированной от Ирана, тогда как сам Азербайджан отказал Армении в более безобидном и ничем не грозящим его собственному суверенитету проекте, который мог бы вывести нашу республику из тупикового транспортного состояния еще десятилетия назад.
За заинтересованностью перипетиями вокруг Сюника, проявленной Индией, стоит несколько причин, в частности, ее настороженность, связанная с вовлеченностью Пакистана в южнокавказские региональные процессы на стороне Азербайджана и Турции и усилением Китая в рамках проекта реанимации Великого Шелкового пути.
РАССМАТРИВАЮЩИЙ ИНДИЮ В КАЧЕСТВЕ одного из своих главных экономического конкурентов в Азии Китай отстаивает свои собственные транспортные проекты из Азии в Европу, в одном из которых важнейшее место отводится Пакистану. Этот проекты напрямую не связаны с проблемой Сюника и важны Китаю, прежде всего, с точки зрения расширения международного сотрудничества, сулящего большие экономические выгоды, и не представляет собой угрозу суверенитету для вовлеченных в него стран.
Однако противоречия или столкновения интересов крупнейших стран мира, а также интересы менее крупных стран, участвующих в глобальных коммуникационных проектах, находятся в таком хитросплетении, что от уязвимых стран требуется скрупулезный анализ всей этой картины, чтобы определиться со своим выбором, что равносильно подключению к тому или иному геополитическому лагерю.
Как известно, министр Джайшанкар обсуждал с Араратом Мирзояном вопрос о включении иранского порта Чабахар (Джавахар) в систему международного транспортного коридора "Север-Юг", точнее, его ответвления "Персидский залив - Черное море". Это расширит возможности для регионального сотрудничества с выгодой для всех вовлеченных в него сторон. Порт Чабахар расположен на юге Ирана в провинции Систан/Белуджистан на берегу Оманского залива. Эта часть Ирана славится своими богатыми энергоресурсами. Порт легко достижим с западного берега индийского полуострова.
Индийская сторона уже вложила в развитие его инфраструктуры большие средства. Перевозки грузов из Индии вначале будут осуществляться по океану из Бомбея (Мумбай), самого крупного близко расположенного к Чабахару индийского порта, а затем оттуда - по железнодорожному пути на север Ирана и далее через Сюник в Грузию и Европу. Одной из причин такого выбора Индии являются ее сомнения в надежности грузоперевозок через Суэцкий канал. Хотя последний подвергся серьезной реконструкции с 2014-ого года по инициативе египетского президента Абдель-Фаттаха аль-Сиси и на сегодняшний день имеет явно улучшенные параметры, серия аварий на этом маршруте и подорожание морских контейнерных перевозок в 4-5 раз обострили проблему поиска альтернативной логистики.
В этом проекте имеется и другая заинтересованная сторона – Афганистан, имеющая свои многолетние проблемы с Пакистаном из-за непризнания существующей межгосударственной границы (условно именуемой линией Дюранда) и поддержкой Пакистаном афганских повстанцев, хотя для Афганистана путь к Индийскому океану через Пакистан гораздо ближе. Пакистан был против транзита индийских товаров через свою территорию, что делает Индию, Афганистан и Иран естественными союзниками в осуществлении указанного проекта, с очевидностью выгодный Армении и Грузии, которых он потенциально избавляет от турецко-азербайджанского капкана. Кроме того, через территорию Ирана Индия и Афганистан получают выгодную сухопутную связь со странами Средней Азии.
Реализация такого масштабного коммуникационного проекта сулит большие экономические выгоды как странам-экспортерам товаров, так и транзитерам, ибо морские перевозки, как уже говорилось выше, обходятся гораздо дороже и требуют больших затрат времени. Проект также выгоден и России, но здесь имеются свои нерешенные проблемы с Грузией, включая отсутствие межправительственного соглашения по использованию абхазской железной дороги (из-за чего придется использовать паромную переправу через Поти, что ограничивает грузопоток и увеличивает время перевозок), а также наличие напряженных отношений Ирана со странами Западной Европы.
КИТАЙ РАЗРАБАТЫВАЕТ АЛЬТЕРНАТИВНЫЙ коммуникационный проект в котором важная роль отводится пакистанскому порту Гвадар расположенному всего в 80 км от Чабахара. Сообщается, что "Китай и Пакистан достигли соглашения о строительстве экономического коридора (нефтяной мегатрубы протяженностью более 3000 км от Гвадара до Кашгара (в Китае – Г.С.) где уже действует экономическая зона". Этот коридор в том числе сократит расстояние на перевозку грузов из Шанхая в основные порты залива (имеется ввиду Османский залив (Г.С.)) на 4500 морских миль (1 морская миля = 1852 м).
Путь от Кашгара до Гуадара является одним из ответвлений Великого Шелкового пути. В средние века, до того, как Шелковый путь был надолго закрыт после опустошительных походов Тимура Тамерлана, а затем и образованием Османской Империи, эта ветка сворачивала в сторону Самарканда и далее уходила на Средний Восток. Турция может воспользоваться преимуществами этого проекта за счет железнодорожного сообщения с Пакистаном, который связывает Анкару с Исламабадом через Тегеран. Китай же, в дополнение к указанному маршруту, имеет выход к Пакистану через высокогорное Каракорумское шоссе, протяженностью в 1300 км.
Данный коммуникационный проект - один из нескольких, реализуемых Китаем. Работы и исследования в этом направлении активизировались еще в 90-ые годы после одобрения ООН проекта реанимации Великого Шелкового пути. Столь масштабные планы Китая, которые будут способствовать не только дальнейшему усилению его собственной мощи, но и значительному экономическому росту Пакистана, не могли не подвинуть Индию на поиск своих путей выхода в Европу. И приезд индийского министра в Армению является конкретным шагом в этом направлении.
Однако в контексте проблемы Сюника для нас большую значимость имеет проект транскаспийской железнодорожной магистрали, отправная точка которого находится на восточном побережье Китая. Одна ветка этой магистрали идет в Казахстан, оттуда в Россию и далее в Западную Европу. На второй ветке магистраль внутри Казахстана сворачивает к Каспийскому морю, откуда паромной переправой Актау-Баку грузы поступают в Азербайджан, затем в Грузию, оттуда в Турцию по маршруту Баку-Тбилиси-Карс и далее в Европу. На недавнем - 24-ого сентября 2021 года – заседании представителей международной ассоциации по транскаспийской железной дороге c участием пяти стран – Азербайджана, Грузии, Турции, Казахстана и Китая - рассматривался вопрос о влиянии на эффективность этой магистрали "Зангезурского коридора" (их терминология) в случае его присоединения, который, в свою очередь, Турция собирается через Нахиджеван соединить с Игдиром.
Как пишет российский журналист Алексей Кулаев в газете "Суть Времени" от 15 октября (статья помещена на сайте информационного агентства "Красная Звезда"), "Россия (в споре между Арменией и Азербайджаном - Г.С.) в целом ведет себя как равноудаленная сторона: она продвигает разблокировку коммуникаций в регионе, но достаточно мягко реагирует на коридорные претензии Турции и Азербайджана".
Такой расклад сил и предпочтений сторон, вовлеченных в геополитические игры вокруг Сюника, ставит Армению в трудное положение накануне предполагаемых переговоров в Москве, между тем как Азербайджан действует достаточно активно, вкладываясь в развитие инфраструктуры на отвоеванных территориях, как бы укрепляя свои позиции и заявляя о необратимом характере своих завоеваний. Это вполне устраивает Израиль, рассматривающий данную страну в качестве потенциального плацдарма против Ирана с возможностью дислокации здесь своей боевой авиации. Показательным фактом в этом отношении является построенный недавно в Физулинском районе вблизи иранских границ новый аэропорт, способный принимать самолеты разного назначения. Параллельно строятся аэродромы в Лачине и Зангелане. Именно строительство последнего и рассматривается в тесной взаимосвязи с "сюникским коридором". Ведь проектируемая железнодорожная магистраль могла бы обеспечить этот аэродром всем необходимым для его полноценного функционирования.
ОЧЕВИДНО, ЧТО В НЫНЕШНЕЙ СИТУАЦИИ открытие этого "коридора" явилось бы своего рода объявлением войны Армении, ибо все адекватные люди в республике понимают, чем это нам грозит в перспективе. Вместе с дополнительной инфраструктурой, которую Азербайджан обязательно развернет (и уже разворачивает) вблизи границ Армении, это в разы усилит его позиции и во много раз снизит потенциал сопротивляемости нашей республики.
Из всего сказанного напрашиваются следующие выводы.
- Турция пытается замкнуть на себе коммуникационные коридоры, ведущие из Азии в Европу с востока на запад. Став, таким образом, глобальным хабом на стыке трех континентов (Азия, Европа и Африка), она получит в руки мощные рычаги влияния на Западную Европу, Азию и Россию и на глобальную политику в целом.
- За пределами "сюникского коридора", в сети глобальных транспортных коммуникаций, вращаются сотни миллиардов долларов, ожидающих своих вложений и дальнейшей окупаемости с многообещающими перспективами для участников коммуникационных проектов, так что Турция будет пытаться любыми способами не упустить свою возможность.
- Экономический и политический вес Анкары резко возрастет. У нее появится шанс достичь одной из своих важнейших стратегических целей: войти в десятку самых развитых экономик мира, а после этого заявить о своих претензиях на постоянное членство в Совете Безопасности ООН. Нетрудно представить какие перспективы откроются у Турции в этом случае.
- Усилившаяся таким образом Турция потянет за собой и Азербайджан, тем самым обнулив и без того скромные шансы Армении на сохранение своего государственного суверенитета. Но это будет уже побочным, а не главным результатом всего описанного процесса.
- При таком развитии событий экспансия пантуркизма примет ускоренный и, возможно, необратимый характер, что резко ослабит влияние России вдоль всей линии ее соприкосновении с тюркским миром.
- У Армении нет другого шанса, кроме как сказать "нет!" "сюникскому коридору", если она хочет сохранить себя как государство. Ее приоритет – это проект "Север-Юг", куда уже вложены значительные средства и работы над которым продолжаются. Жесткая позиция Ирана по сохранению нынешних границ региона и его серьезная заинтересованность в указанном проекте вместе с Индией являются для Армении определенной гарантией того, что шантаж Азербайджана проложить "сюникский коридор" силой не пройдет.
Григорий Саиян, "Голос Армении"