За последний год было проведено много параллелей между нынешним деморализованным состоянием Армении и периодом падения первой Республики Армения, особенно второй турецко-армянской войны 1920 года. С сентября по ноябрь 1920 года, ровно за сто лет до 44-дневной войны, наша армия, сопротивлявшаяся турецкому сброду во главе с Казымом Карабекиром, фактически уже была дезорганизована. С одной стороны, армянские большевики в тылу с их деморализующей пропагандой, с другой - пережитый несколько лет назад геноцид не давали возможности победить или хотя бы оказать сопротивление регулярной турецкой армии.
И ПОСКОЛЬКУ МЕНТАЛИТЕТ ТУРЕЦКОЙ НАЦИИ имеет имперскую память и любит основываться на исторических символах, обстоятельства 44-дневной войны удивительно схожи с событиями 1920 года – с точностью дат начала и конца войны, проводимой изнутри деструктивной пропагандой, якобы Турция и Азербайджан уже качественно другие, миролюбивые страны и т. д. Между тем, казалось, независимая государственность, психология победителя, преодоление комплекса жертвы геноцида должны были подтолкнуть нас на качественно иные шаги, ни в коем случае не позволяя повторять роковых ошибок столетней давности.
Результатом повторения этих ошибок стало факт того, что Турция добилась беспрецедентной за последнее столетие представленности в регионе, расширив свое влияние в Азербайджане и Грузии и непосредственно влияя также на процессы в Армении. Соседний Иран относится к турецкой региональной инициативе «3+3» с осторожностью. Нынешний этап векового регионального соперничества Ирана и Турции может быть несколько смягчен по итогам предстоящего визита Эрдогана в Тегеран. Понятно, что потепление турецко-иранских отношений не исходит из наших интересов.
Когда в дни 44-дневной войны многие эксперты выражали опасения, что главной целью стоящей за Азербайджаном Турции является не столько Арцах, сколько захват юга Армении, наивные возражали, полагая, что границы признанных государств неприкосновенны. Между тем с момента распада Османской империи и возникновения кемалистской Турции пантюркистский план остается прежним: присоединить Нахиджеван по суше к Азербайджану. Как выясняется, власть Армении и армянский народ особых проблем в реализации этой программы не видят, более того, считают ее частью процесса разблокирования региона.
Армения сегодня даже при огромном желании не сможет добиться исключения участия Турции в региональных процессах. Из-за внутренних страхов Ереван давно уже не говорит, например, о признании Арцаха в качестве полноценного субъекта международного права. Любая страна, подвергшаяся такой крупномасштабной агрессии, попыталась бы через своих союзников инициировать трибунал по вопросу Арцаху, как в случае боснийской войны. Но Армения, оказывается, даже не ратифицировала устав Международного уголовного суда, следовательно, не может пойти на этот шаг.
Интересно, юрисконсульты пашиняновского режима имеют представление об обычных нормах, знают ли они, что могут, например, осуществить уголовное преследование и объявить в международный розыск террористов и военных преступников, воевавших против нас в Арцахе?
Если наша власть настаивала, что 44-дневная война была организована и инструктировалась Генеральным штабом ВС Турции, что важнейшие решения также принимались в Анкаре, а затем передавались Баку, то где хотя бы беглое упоминание об ответственности Турции? Судя по всему, противодействия России или Ирана отнюдь недостаточно, и именно по этой причине Анкара прибегает к еще более наглым региональным авантюрам.
Давид Саркисян, "Голос Армении"