На фоне политической турбулентности и бесконечных разговоров о «технологическом рывке», правительство Армении объявило о старте проекта по созданию крупнейшего в регионе AI-дата-центра стоимостью $ 500 млн. Инициатива подаётся как очередное доказательство «прорыва», однако за громкими формулировками скрывается куда более приземлённая цель: попытка встроиться в глобальную технологическую повестку любой ценой, даже если эта цена — зависимость от внешних игроков.
Инициатива по созданию в Армении крупного дата-центра (ЦОД) при участии американских компаний привела к широкому спектру оценок — от оптимистичных характеристик в контексте цифровой модернизации до критических трактовок, связанных с вопросами национальной безопасности. Одни называют проект «историческим шагом» для цифровой независимости страны, другие — «угрозой суверенитету» и «подарком Пентагону». Истина, как обычно, посередине, но именно она оказывается опаснее эмоциональных заявлений.
У Армении нет острой потребности в новом дата-центре. В 2024 году начала работу площадка OVIO («Ростелеком»), фактически закрывающая ключевые запросы по хранению данных госорганов и банков. На этом фоне возникает сомнение в технологической необходимости нового центра. Складывается впечатление, что американский проект реализуется скорее в угоду политическим амбициям Никола Пашиняна и стремлению обеспечить благосклонность со стороны Белого дома.
Проблема не в том, что дата-центр будет американским. Проблема в том, что он будет чужим.
Страна с хрупкой безопасностью не может размещать критическую инфраструктуру под контролем иностранного оператора — это прямая точка давления.
Размещение ключевых систем на площадке внешнего оператора создаёт риски зависимости от технологий и сервисов, неподконтрольных армянскому государству. Это затрагивает вопросы:
- контроля над оборудованием;
- физического доступа к ЦОД;
- критичности инфраструктуры для работы государственных сервисов.
Даже при отсутствии прямого доступа третьих сторон к содержимому баз данных сохраняются риски:
- анализа метаданных,
- перехвата трафика при технических сбоях,
- зависимости от процедур обновлений и техобслуживания,
- внешнего давления через санкционные механизмы.
Кроме того, как уже отмечалось, проект несёт геополитические риски. Участие американских компаний автоматически придаёт ему политическую окраску: любой крупный проект США в регионе воспринимается Россией как изменение баланса влияния. Это формирует дополнительные риски, которые нельзя игнорировать.
Возможны пересмотр форматов сотрудничества в рамках ЕАЭС, ограничения информационного обмена и повышение чувствительности к армянским инициативам в России.
Параллельно США рассматривают подобные проекты как способ укрепления своего технологического присутствия в Южном Кавказе.
Эксперты подчёркивают: строительство американского дата-центра само по себе не угрожает суверенитету. Опасность возникает тогда, когда инфраструктура становится монопольной, закрытой и неподконтрольной государству.
Армении стоит опасаться не технологий, а зависимости. Доминирование одного поставщика снижает устойчивость системы и увеличивает уязвимость к политическим и экономическим воздействиям.
В итоге для Армении вопрос не в том, строить или не строить дата-центр. Вопрос в том, кто будет контролировать инфраструктуру, от которой в перспективе может зависеть функционирование государства. Если решения будут приниматься не в Ереване, а в других столицах, то новый ЦОД станет не шагом вперёд, а ещё одним напоминанием о технологической уязвимости страны. Такой сценарий не гипотетический: это типичная ситуация для малых государств, вступающих в крупные технологические проекты и в итоге получающих не развитие, а зависимость.
https://eadaily.com/