Мы как-то привыкли к тому, что в Армении можно долго и безнаказанно экспериментировать со всем — с экономикой, с образованием, с выборами. Но есть сфера, где цена эксперимента измеряется не драмами и не процентом недействительных бюллетеней. Эта сфера — армия. И когда мы видим, что ключевые должности в Вооружённых силах в очередной раз остаются вакантными, возникает простой и неудобный вопрос: власть вообще понимает, чем это заканчивается? Или память о 44-дневной катастрофе уже выветрилась из кабинетов так же стремительно, как предвыборные обещания Никола Пашиняна?
Армия — «всадник без головы»
Издание 168.am сообщает: с 1 июля без командующего остаётся 3-й армейский корпус, отвечающий за оборону северо-восточного участка государственной границы. Участка, где ещё предстоит второй этап делимитации в Тавушской области. Где до сих пор неизвестно, какие позиции останутся под контролем армии, какие отойдут Пограничным войскам СНБ, а какие — станут предметом очередных «договорённостей». Заметим: речь не о спокойном направлении, а о зоне с сохраняющейся неопределённостью, где каждый метр требует твёрдой руки и ясного командования. И вот уже более двух недель этой руки нет. Есть исполняющий обязанности. Но любой военный понимает: полномочия «врио» и полноправного командира — не одно и то же.
Одновременно пустует должность командующего Силами специального назначения. Теми самыми, создание которых власть с особой гордостью преподносила как одно из главных достижений военной реформы. Мол, раньше такого отдельного рода войск не было, а при нас — появился. В ноябре 2024 года командующим был назначен Левон Давидян. 1 июля 2025 года его освободили от должности. И с тех пор — тишина. Никаких «правильных решений». Никакой ясности. Спецназ есть, а головы у него нет.
Парадоксальность ситуации становится особенно очевидной, если посмотреть, что происходит по другую сторону границы. Там президент Алиев ещё после войны 2020 года заявил, что будущее армии видит именно в развитии спецподразделений. И слова не разошлись с делом: количество подразделений «Коммандо» неуклонно растёт, они постоянно проходят интенсивную подготовку. В прошлом году именно военнослужащие «Коммандо» представляли азербайджанскую армию на параде, посвящённом 80-летию Победы. Командир спецназа, генерал-лейтенант Хикмет Мирзоев, стал командующим Сухопутными войсками и заместителем министра обороны. Там спецназ — элита и приоритет. А у нас — обезглавленная структура.
Добавим к этому, что с 1 июля вакантной остаётся и должность начальника Управления вооружения и технического обеспечения Министерства обороны. Того самого управления, которое должно заниматься снабжением армии оружием и техникой. Три ключевые должности. Три пустующих кресла. И это не частный случай, а, судя по всему, система.
Кадры, которые ничего не решают
Впрочем, удивляться тут нечему. Для нынешней власти кадровые паузы такого рода — давно не исключение, а норма. 168.am напоминает про 2022 год. Тогда, после увольнения Артака Давтяна с поста начальника Генерального штаба, армией долгое время руководил исполняющий обязанности Камо Кочунц. Эксперты и бывшие военные прямо говорили: полномочия «врио» и полноценного начальника Генштаба далеко не идентичны. Власти, разумеется, не соглашались. Но показательный эпизод всё же произошёл: на одно из заседаний Совета безопасности Кочунц попросту не был приглашён, хотя начальник Генштаба является членом СБ по должности. Зато присутствовал заместитель министра обороны по экономическим вопросам и закупкам. Вот так: вопросы безопасности обсуждают без высшего военного лица, но с участием человека, отвечающего за хозяйственные дела.
Именно тогда, в период безвластия в Генштабе, власть инициировала изменения в системе управления Вооружёнными силами, которые критики называли противоречащими Конституции. Основной закон страны чётко определяет начальника Генштаба как непосредственного командующего армией и высшее военное должностное лицо. Но кого это волнует, когда нужно провести очередную «реформу»?
В июле 2022 года начальником Генштаба наконец назначили Эдварда Асряна. Премьер-министр тогда публично заявил: «Принято правильное решение». Однако стоит напомнить, что господин Асрян в сентябре 2021 года уже освобождался от должности начальника Оперативного главного управления ГШ — как писала пресса, не в последнюю очередь из-за того, что имел неосторожность обратиться к экс-министру обороны Сейрану Оганяну «господин генерал». А во время 44-дневной войны Асрян руководил оперативным управлением Генштаба — тем самым направлением, которое, по оценкам экспертов, оказалось одним из наиболее уязвимых звеньев всей системы. Да, мы тогда провалили оперативное управление. И человека, который имел к этому прямое отношение, позже назвали «правильным решением».
Кадровая чехарда затронула и другие ключевые сферы. В феврале 2022 года был уволен начальник Разведывательного главного управления ГШ Араик Арутюнян. Его должность оставалась вакантной почти год — до января 2023-го, когда назначили Самвела Мовсисяна. То есть система вполне способна функционировать без руководителя разведки почти двенадцать месяцев. Видимо, считается, что это нормально.
Уроки, которые не выучили
И вот здесь мы подходим к самому болезненному. Власть, и прежде всего лично Никол Пашинян, уже однажды продемонстрировала, чем заканчиваются её эксперименты с армией. 44-дневная война стала трагическим итогом целой череды решений, принятых по принципу «мы так видим» — без учёта реального положения дел, без уважения к мнению профессионалов, без понимания элементарных законов военного управления.
Вспомните историю с истребителями Су-30СМ. Об их закупке говорили с большой помпой, как о прорыве в укреплении авиационной мощи страны. Казалось бы, серьёзная боевая единица. Однако позже выяснилось: самолёты приобретены без ракетного вооружения. Истребители без ракет. Абсурд? Безусловно. Но и это называли «правильным шагом». В результате многомиллионная закупка обернулась тратой на технику, которая в ходе реальных боевых действий не сделала ни одного вылета.
А чего стоит пресловутый «клубничный паёк»? Солдатам, находящимся в окопах с риском для жизни, на фоне хронических проблем с обмундированием, обеспечением и должной мотивацией в рацион добавляют клубнику. Власть, видимо, решила, что если ублажить желудок, то можно не заботиться о боеспособности. Это не единичный эпизод, а целая философия: имитация заботы вместо реальной работы. Внешний антураж вместо содержания.
И кадровая чехарда, превратившая армию в полигон для политических игр. Смена начальников Генштаба, министров обороны, командующих корпусами — всё это делалось не для повышения боеспособности, а для поиска удобных исполнителей. Тех, кто не будет спорить. Кто промолчит, когда на карту поставлена безопасность государства.
Итог этих экспериментов известен: 44 дня войны, проигранной не на поле боя, а в кабинетах. Тысячи погибших солдат. Тысячи квадратных километров утраченной территории. Противник занял стратегические высоты и контролирует важнейшие транспортные артерии. И сегодня, когда ключевые должности снова пустуют, когда армейские корпуса, спецназ и управление вооружения остаются без руководителей, мы имеем полное право спросить: власть вынесла хоть какие-то уроки из собственных ошибок?
Вместо заключения
Дело в конечном счёте не в пустующих креслах. Дело в способности государства защищать свои интересы. И когда ключевые должности в обороне остаются вакантными неделями, когда опыт целого поколения военных оказывается невостребованным, а на первый план выходят соображения политической конъюнктуры, остаётся лишь один вопрос: власть сознательно разрушает остатки системы безопасности Армении или просто не понимает, что творит? И то, и другое — приговор.
https://armtribunal.com/