Европа открыто подтвердила свое намерение влиять на выборы в Армении, пишет Newsweek. ЕС изо всех сил стремится превратить Кавказ в арену противостояния между Западом и Востоком – забывая, что этот регион способен стать куда более полезным мостом, чем полем битвы, отмечается в статье.
В июне армяне впервые за девять лет придут на избирательные участки на плановые парламентские выборы. С 2022 года Ереван взял курс на пересмотр внешней политики: дистанцирование от исторически близких связей с Россией, продвижение (часто на неравных условиях) переговоров по нормализации с Азербайджаном и Турцией и переоценку устоявшихся исторических и культурных нарративов. Летнее голосование станет, по сути, референдумом о спорном курсе правительства и его концепции новой «эры мира». В этой внутренне напряженной обстановке множество внешних сил пытается воздействовать на исход выборов и стратегическое будущее Армении. Вместо жесткой логики «кто не с нами, тот против нас» этим государствам стоило бы понять, что Армения способна стать куда более полезным мостом, чем полем битвы.
Как заявила в декабре верховный представитель ЕС по иностранным делам Кая Каллас, Армения запросила у Брюсселя «помощь в противодействии зловредному влиянию, подобную той, что мы оказали Молдавии». Под этим «влиянием» подразумевается ожидаемое вмешательство России. Отсылая к молдавскому сценарию как к образцу, Каллас открыто подтвердила намерение ЕС влиять на армянские выборы в поддержку правящей партии.
В сентябре прошлого года, в ходе ключевых для страны парламентских выборов, правящая Партия действия и солидарности (ПДС) Молдавии сумела сохранить большинство. Накануне голосования президент Майя Санду предупреждала, что поражение ПДС будет равносильно победе России и может привести к войне. Поскольку Молдавия является одним из лидеров евроинтеграции, Брюссель был крайне заинтересован в исходе выборов и вложил значительные усилия, чтобы публично показать свою решимость и поддержку ПДС. Этому способствовали и ранее объявленные два миллиарда долларов финансовой помощи (2024 год), а также едва состоявшийся референдум о закреплении европейских устремлений в конституции.
Однако эта брюссельская поддержка, формально направленная на защиту демократии и противодействие российскому вмешательству, на практике привела к тому, что Кишинев за несколько дней до выборов отстранил от участия две партии. Маркировка их как «пророссийских» позволила ЕС спокойно проигнорировать явно недемократический шаг накануне ожесточенной избирательной кампании.
Даже при общем одобрительном тоне, Организация по безопасности и сотрудничеству в Европе в своих послевыборных выводах констатировала, что Центральная избирательная комиссия Молдавии принимала «решения, изредка совпадавшие с политической линией», что «ставило под вопрос ее беспристрастность и независимость».
Поддержав правящую партию на армянских выборах, Брюссель получает шанс укрепить проевропейские симпатии в обществе, стимулировать дальнейший отход Еревана от Москвы и закрепить стратегические позиции ЕС в регионе. (Это особенно важно на фоне ослабления влияния ЕС в Грузии.)
Однако Евросоюзу следует понимать, что такая односторонняя поддержка угрожает дискредитировать и без того хрупкую силу блока, основанную на нормах и ценностях, в условиях стремительно меняющейся международной системы.
Влияние России в Армении по-прежнему велико, и Москва, безусловно, заинтересована в воздействии на предстоящие выборы. На протяжении последних 35 лет Армения оставалась ключевым региональным союзником России. Москва сохраняет небольшую, но важную в символическом плане военную базу у границы с Турцией, а экономические связи охватывают целый ряд стратегических отраслей.
Тем не менее после Карабахской войны 2020 года и начала боевых действий на Украине в 2022 году Армения успешно углубила отношения с США и странами ЕС. Москва с тревогой наблюдает за растущим американским, турецким и европейским влиянием, особенно в контексте проекта «Маршрут Трампа для международного мира и процветания» (ТRIPP). Сосредоточившись на Украине, Россия утратила часть влияния на Южном Кавказе, что заставляет ее активизировать усилия по возвращению рычагов давления в армянской политике.
Как сообщает издание «Ведомости», стратегию Москвы в отношении Армении теперь курирует влиятельный первый заместитель главы президентской администрации Сергей Кириенко. В последних отчетах также обсуждается «новый подход Кремля к мягкой силе», в рамках которого в 2026 году Армения станет приоритетом.
На фоне учащающихся публичных обвинений Еревана в российском вмешательстве ключевым вопросом станет развитие этой риторики и то, будет ли армянское правительство и дальше применять «молдавскую» модель давления на оппозицию.
В удержании власти партией Никола Пашиняна заинтересованы также Азербайджан и Турция. Пашинян – наиболее склонный к диалогу с Баку армянский лидер с конца 1990-х, когда позиции Еревана на переговорах были сильнее. В попытке показать прогресс президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган недавно выразил надежду, что Анкара «предпримет некоторые символические шаги» по нормализации в 2026 году. Президент Азербайджана Ильхам Алиев, со своей стороны, разрешил в основном символический транзит грузов через территорию Грузии и Армении.
Статус Еревана как единственного стратегического партнера США в регионе закономерно подталкивает Вашингтон к поддержке Пашиняна. Дополнительным стимулом служит проект TRIPP, вызывающий широкое отторжение у разношерстной армянской оппозиции. Для Соединенных Штатов TRIPP – не просто инициатива по урегулированию между Арменией и ее соседями. В случае успеха он может открыть Вашингтону доступ к конкуренции в самом сердце Евразии по вопросам стратегической важности.
И хотя решение на июньских выборах принадлежит армянскому народу, множество внешних сил стремится повлиять на исход в своих интересах. Подобная динамика грозит превратить Армению (и весь Южный Кавказ) в арену противостояния, а не в связующий мост, коим ей следует быть.
Newsweek (перевод Inosmi.ru)