В своем «послании» народу по поводу развода с Николом Пашиняном Анна Акопян настоятельно попросила не мусолить эту тему. Дескать, что было — то было, прошу оставить нас в покое по этой части нашей жизни.
И ЯВНО СЛУКАВИЛА, ИБО ВЕСЬ СПЕКТАКЛЬ СО СТЕНДАПОМ НА ФОНЕ ЧЕМОДАНОВ, коробок и разбросанной по диванам и столам пушнины с бижутерией был инициирован именно с целью дать богатую пищу народным пересудам. Не зря же старалась мадам Эрато задеть хрупкие сердца своих почитателей сентиментальными откровениями: мол, ухожу и не уношу с собой из правительственной дачи ничего казенного, включая телохранителей; не имею ни машины, ни дома, ни особых денежных сбережений — только женское одиночество…
Попытки Акопян выудить междометие «Ва-а-а-ах!» у своих фанаток прослеживаются слишком уж очевидно. А когда она добавила, что, возможно, за ней придут следственные органы с проверками деятельности ее фонда, тут уж вообще рассчитывала вышибнуть слезу у наиболее слабонервной своей аудитории. Нечего сказать — хороша комбинация: ни свет ни заря вывалить на обозрение публике эмоционально насыщенный контент из личной жизни властвующий четы, а потом кротко попросить, чтобы люди из соображений деликатности это никоим образом не обсуждали.
В самом деле? Наше общество, в особенности члены пашиняно-акопяновского фан-клуба тактичны и воспитаны настолько, чтобы не разбирать по косточкам увиденное и услышанное? Чтобы пройти мимо таких откровений о разводе и начать обсуждать, скажем, афгано-пакистанскую войну вместе с треклятым графиком водоснабжения от «Веолия джур»?
Впрочем, какой там развод… Как точно подметил один из наших священников, «вы и не «сводились»-то никаким форматом брака, чтобы сейчас разводиться каким-либо образом»! И священник этот, безусловно, прав: вошла Анна Акопян в жизнь Никола Пашиняна вольной птицей, пожила с ним этак лет 30, из коих почти восемь – в роскошной правительственной даче, а потом просто так вышла из его личной жизни и ушла на все четыре стороны. Где тут «развод»?
Можно было обойтись и без этого слова, и без эмоционально насыщенного видео с утра пораньше. Да и Николу не следовало отвечать в соцсетях на этот видеопассаж пропитанной «благородством» записи о взваленном им на хрупкие плечи «жены» тяжком жизненным грузе. Лишь отписаться: «Женщина, а вы мне кто?».
Иди и не судачи после всего этого на тему «звездного развода». Особенно, если не веришь ни капельки в искренность страдалицы и страдальца. И от этого наши деликатность и воспитанность никем не может быть поставлена под сомнение. Ибо мы не обсуждаем личную жизнь кого-то, не влезаем в их «святую семейку», а разоблачаем шитую белыми нитками и грубым швом политтехнологическую уловку.
ИМЕННО! БЕЗМОЗГЛЫЙ ОБЩЕСТВЕННЫЙ ПЛАНКТОН НАВЕРНЯКА ПОСОКРУШАЕТСЯ И ПРОНИКНЕТСЯ СОЧУВСТВИЕМ к двум любящим, но разлученным отныне сердцам, чтобы потом пойти и на эмоциях проголосовать на выборах за их партийное детище. Сведущие же и разумные — легко догадаются, что имеют дело всего лишь с дешевым спектаклем во имя голосов безмозглых.
Многое мы еще увидим до выборов: и «батлы» Никола с Анной, приправленные взаимными упреками в соцсетях, но с едва различимыми нотками нежности и ностальгии по совместной жизни; и загадочные, интригующие намеками записи; и чарующие стишки о безвозвратном прошлом; и лирические четверостишия, пропитанные духом надежды…
Все будет включено в меню! И даже, очень может быть, нагрянувшие в офис акопяновского фонда прокуроры. А также потерянный Ашотик у дверей СИЗО с узелком пирожков для подследственной матушки. И глава правительства в сомбреро, признающийся в своих лайвах в том, что его сердце разрывается от скорби, но долг лидера государства и блюстителя закона заставляет возбудить следствие по следам сообщений неких граждан.
А потом нас заверят, что это был грязный донос и клевета, и проверки вскрыли абсолютную прозрачность деятельности фондов Анны, каждая копейка которых на месте и используется по назначению.
Торжество справедливости и эйфория победы над злом! Слезы обиды и счастья вперемешку окропят очерствевшие было друг к другу сердца и в них вновь взойдут нежные ростки былых чувств. И опять появятся в соцсети загадочные записи, намеки… и последуют пылкие признания. А потом — о счастье – воссоединение!
Электорат будет рыдать, пережив нечеловеческие страдания и триумфальный финал этого индийского кино. И, конечно же, на выборах горой встанет за «святую семейку», подвергнувшую испытанию свою любовь на тяжкой политической стезе, но сохранившую и пронесшую ее через все круги ада.
Вот, собственно, и вся ожидающая нас история, если клюнем на ее пролог или трейлер от Анны Акопян, обескураживший нацию рано утром 27 февраля.
Имеющие глаза пусть увидят, имеющие уши — да услышат. Не имеющие ни того, ни другого — не наша аудитория.
Аствацатур Тер-Товмасян, "Голос Армении"