25 июня в ходе брифинга Никол Пашинян сделал заявление, которое осталось практически без внимания, хотя касалось очень важного вопроса.
«Да, я также говорил: «Арцах — это Армения, и точка». И во время предвыборной кампании, и ещё до неё десятки раз говорил: да, я тот человек, который это сказал. И именно в результате этих слов мы пришли к нынешней точке. Если бы я этого не сказал, мы бы так и оставались в той ловушке, в положении заложника, потому что так и не поняли бы, что с нами происходит и почему это происходит», — заявил Никол Пашинян.
По сути, это является прямым признанием того, что он сделал это заявление для обострения ситуации. Потому что если Никол Пашинян считает нынешнюю ситуацию результатом, а не последствием этих слов, то он представляет своё заявление не как ошибку, а как сознательный шаг к эскалации. Ведь именно война и поражение в ней привели нас «к этой точке». В противном случае он сказал бы, что именно осложнённая ситуация и развитие событий, возникшие вследствие этого заявления, привели его к нынешнему убеждению о том, что нужно идти не по пути конфликта, а по пути примирения и согласия, и привели к выводу, что не следует идти по пути противостояния и так далее. Но он не говорит, что ошибся и сделал это заявление, исходя из ошибочных представлений. Он говорит, что сделал это ради сегодняшнего результата. А сегодняшний «результат» — это потеря Арцаха и продолжающиеся территориальные притязания Азербайджана уже в отношении Армении.
Однако на практике, несмотря на то что Пашинян, по сути, собственными словами делает сенсационное признание, моя оценка остаётся иной. Я считаю, что сейчас он предпочитает говорить о «сознательных» действиях, а не о своих ошибках.
Потому что если он заговорит о своих ошибках, неизбежно возникнет большой вопрос: а кто сказал, что он не ошибается сейчас? И кто сказал, что спустя годы он не заявит по какому-либо поводу, что сознательно пожертвовал анклавами, дорогами Сюника, возвращением азербайджанцев, армянским сельским хозяйством и так далее ради того, чтобы, например, сохранить суверенитет Араратской долины? Именно для того, чтобы не допустить появления подобных сомнений в общественном сознании, он предпочитает признать, что всё делал сознательно, а не говорить, что ошибался и был некомпетентен как в вопросах ведения переговоров, так и в вопросах ведения войны.
Акоп БАДАЛЯН, Aravot.am