Очередное заявление армянского руководства о контурах будущего мирного договора с Азербайджаном вызвало эффект разорвавшейся бомбы в политических и экспертных кругах. 14 октября премьер-министр Никол Пашинян озвучил новую формулу: между странами не должно быть анклавов и эксклавов, а проблему следует решить путем обмена территориями равной площади. При этом общая территория Армении, по его словам, должна составить 29 743 квадратных километра.
Власти пытаются преподнести эту инициативу как исторический прорыв, ссылаясь на то, что у премьер-министра после общения с президентом Азербайджана Ильхамом Алиевым 8 октября в Туркменистане (на полях саммита СНГ) сложилось «предварительное впечатление» о готовности Баку к такому шагу. Согласно правительственной дорожной карте, делимитация должна пройти на базе Алма-Атинской декларации, коммуникации — разблокироваться для транзита, а стороны обязаны отказаться от любых взаимных претензий, оставив в прошлом вопросы Карабаха, Гардмана, Ширвана, Нахичевани или «Западного Азербайджана».
Однако за гладкими формулировками скрывается прямая угроза жизнеспособности армянского государства. Экспертное сообщество едино во мнении: правительство ведет страну к очередной катастрофической уступке, маскируя капитуляцию разговорами об эпохе мира.
Математика капитуляции: ловушка «квадратных километров»
Очевидная подмена понятий в риторике Пашиняна заключается в попытке свести национальную безопасность к сухой бухгалтерии. Как справедливо отмечает экс-председатель Комитета государственных доходов (КГД) Армении Давид Ананян, власть сознательно игнорирует качественную ценность земель.
«Государственная граница — это не просто линия, проведенная на карте. По эту сторону линии находятся дома людей, дороги, память и представления о завтрашнем дне. Поэтому решения о границах требуют большего, чем политический оптимизм. Они требуют ответственности и перед теми, кто еще не родился, но будет жить с последствиями этих решений», — подчеркивает бывший глава КГД.
Ананян акцентирует внимание на том, что обществу до сих пор не представлены ни карта обмена, ни правовые основания, ни расчеты безопасности, ни конкретные обязательства Баку.
«Впечатление может стать основанием для начала переговоров, но его недостаточно, чтобы требовать от общества доверия к решениям, определяющим территориальное будущее государства», — констатирует эксперт. По его словам, равенство площадей — это фикция, поскольку одна территория может контролировать стратегическую трассу, а другая — водный источник или оборонительную высоту.
Особую тревогу вызывает статус Тигранашена и Арцвашена. Сдача Тигранашена означает потерю контроля над действующей межгосударственной дорогой, связывающей Ереван и север страны с Вайоц Дзором, Сюником и Ираном. В случае же с Арцвашеном (армянским эксклавом, находящимся под контролем Баку) речь идет об имуществе перемещенных лиц и мощном рычаге на переговорах. По мнению Ананяна, если меняется контроль над дорогой, безопасная альтернатива должна уже функционировать, а любые изменения границ требуют конституционного референдума с честным разъяснением последствий, иначе выбор народа становится «рабским», сделанным из страха перед войной.
«В действительности политическая ценность мира измеряется тем, насколько он освобождает общество от страха, а государство — от уязвимости. Если такого результата нет, объявлять собственное обещание «историческим достижением» — значит проявлять политический цинизм и авантюризм. Реальную оценку этому дадут люди — своей безопасностью, а будущие поколения — тем государством, которое мы им оставим», — резюмирует политик.
Геополитический торг и внутренние манипуляции властей
Инициатива правительства имеет и глубокую внутриполитическую подоплеку. Власти пытаются любой ценой нейтрализовать оппозиционный дискурс. Политолог Ара Погосян уверен, что тема анклавов давно переросла двустороннюю повестку и затрагивает интересы крупных игроков, включая США.
Погосян обращает внимание на манипуляции армянского премьера: Пашинян регулярно использует азербайджанское название Тигранашена, внушая обществу, что это «не армянская территория».
«Власти в ответ запустили тезис об обмене с целью выхватить карты из рук оппозиции», — объясняет политолог частые заявления правительства на этот счет.
При этом Баку хранит многозначительное молчание. По мнению Погосяна, у Азербайджана совершенно иные приоритеты: «У Баку есть более приоритетная задача — это внесение поправок в Конституцию Армении. Но после этих поправок не исключено, что он выдвинет свое следующее требование… Думаю, Ереван не получил окончательного ответа, и Баку, может быть, еще удивит».
Политолог также объясняет, почему обмен Тигранашена на Арцвашен невыгоден Азербайджану с военной точки зрения. Арцвашен находится восточнее основной территории Армении, глубоко в азербайджанском тылу. «В случае гипотетического армяно-азербайджанского конфликта Арцвашен, если бы находился под армянским контролем, приблизил бы армянские ВС к важнейшим инфраструктурам Азербайджана, в частности к нефтепроводу. Для Азербайджана важно держать Армению как можно дальше от своих нефтегазовых инфраструктур», — констатирует Погосян. Это означает, что Баку вряд ли добровольно отдаст этот плацдарм, зато с удовольствием заберет ключи от Сюника в виде Тигранашена.
Суд без судьи: почему Ереван обречен на поражение в двустороннем формате
Главная ловушка текущего дипломатического курса кроется в самом формате переговоров, который навязывает общество режим Пашиняна. Политолог Ерванд Бозоян предельно жестко оценивает шансы Армении при прямых контактах с Баку. Из 1000 километров границы на данный момент демаркировано лишь 12.
Политолог поясняет причины такой медлительности властей: «Потому что власти РА боятся идти на делимитацию и демаркацию — ведь получится так, что они уступят Баку по всем аспектам, а это чревато угрозой потери власти. Общество увидит, что эти люди окончательно оказались в роли уступающей стороны».
Бозоян приводит наглядную метафору, описывающую суть прямых переговоров без посредников: «Представим, что рядовой человек вступает в конфликт с богачом. Этот конфликт может быть решен исключительно в суде. Если суда нет, он решится в пользу богача, так как у него есть деньги, телохранители, связи и так далее — он решит конфликт силой. Я хочу сказать, что если есть конфликт между сильной и слабой стороной, то необходим “суд”».
По словам Бозояна, отказ от взаимных претензий на практике означает, что Армении придется забыть о территориях суверенного государства (Сев лич и Джермук), оккупированных вражескими вооруженными силами.
«Если мы говорим, что должны вести двусторонние переговоры и проводить демаркацию, это означает, что Армения гарантированно будет уступать. Это неизбежно. Если мы не уступим, Пашинян скажет, что будет война, а немалая часть общества скажет: “уступайте, чтобы предотвратить войну”. Азербайджан во всех отношениях останется в выигрыше. Проблемы Сев лича и Джермука покажутся цветочками на фоне этих уступок», — предупреждает Бозоян.
Очевидно, что без реальной, а не номинальной третьей стороны-гаранта Ереван продолжит сдавать позиции. Баку, опираясь на официальный союз с Турцией в рамках Шушинской декларации, говорит с Арменией исключительно с позиции силы. В то же время руководство Армении выстроило удобную для себя медийную картинку: премьер якобы спасает нацию от бойни, а оппозиция, требующая защитить суверенитет, клеймится как «партия войны».
И пока общество кормят иллюзиями о равенстве квадратных километров и мнимом деблокировании дорог, Армения шаг за шагом лишается своего жизненного пространства. И за эту геополитическую авантюру расплачиваться придется не авторам «предварительных впечатлений», а будущим поколениям армян.
ИЦ «ЕРКРАМАС»
