Пульс
Новости

Армен Григорян экспроприирует оппозиционное поле

Армен Григорян и Никол Пашинян

За последние месяцы ничто не вызывало такого внутриполитического ажиотажа в Армении, как опубликованная 11 ноября статья бывшего секретаря Совбеза республики, в прошлом — пламенного революционера Армена Григоряна.

ГОВОРИМ «В ПРОШЛОМ», ПОСКОЛЬКУ ГРИГОРЯН СВОЕЙ СТАТЬЕЙ и парой сопроводительных интервью фактически разнес в пух и прах главные идеологические тезисы и ориентиры, которые взяла на вооружение новая власть после «революции» 2018 года. Следовательно, ажиотаж возник не столько из-за содержания самой статьи, которая точь-в-точь повторяет тезисы оппозиционного лагеря, сколько из-за того факта, что ее авторство принадлежит человеку, который в прошлом рьяно придерживался диаметрально противоположной нынешним изложенным им мыслям политики: сжигал российские флаги, провозглашал конец «эпохи российского рабства» и призывал нацию на всех парах мчаться на Запад.

От революционного пыла к оппозиционной риторике

Но Бог с ними — с флагами и антироссийскими лозунгами. Кто только не делал такого, охмелев от революционного пафоса в те годы!.. Важно то, что Григорян, будучи с 2018-го по 2026 год руководителем такого ключевого государственного органа, как Совет безопасности, был, что называется, на самом острие антироссийской борьбы пашиняновской власти, а также именно он, как ледокол, прокладывал дорогу официальному Еревану на Запад — к канцеляриям самых мощных разведок, к кабинетам влиятельнейших в Старом Свете и Америке персон, к кулуарам политических клубов, которые задают тон и вектор геополитических процессов в мире.

Иными словами, Григорян, несмотря на предпочтение всегда оставаться невзрачной серой мышкой (в противоположность страстной тяге к публичности практически всех его партийных соратников), на самом деле был одним из основных проводников прозападной политики во власти и куратором скрытых каналов связи между Ереваном и центрами принятия решений на Западе.

При всем этом такая важная персона, не дождавшись истечения сколь-нибудь приличного срока после своего увольнения, вдруг публично выступает с мыслями, не оставляющими камня на камне от всего внутри- и внешнеполитического курса власти?

Можно ли это трактовать как прозрение? Или как политическое раскаяние? Или, может, как следствие личной обиды за внезапное увольнение с должности? Как представляется нам, подобные толкования не имеют ничего общего с реальностью и политическими процессами и годятся разве что для муссирования в беседках и на кухнях, занимая умы не очень искушенной в понимании политического ремесла части общественности. Поэтому скорее следует задуматься об условной четвертой версии мотивов «откровения» Григоряна, к которой, однако, обратимся чуть ниже, предварительно подготовив почву для ее понимания.

Ключевые тезисы публикации

Итак, Григорян подверг фундаментальной критике всю политику власти, которую сам же в недалеком прошлом олицетворял. Пересказывать здесь всю его статью не имеет смысла, ибо интересующейся вопросом общественности она уже доподлинно знакома. Поэтому обозначим лишь ключевые тезисы публикации.

  1. Армения ошибочно провозгласила курс на интеграцию с Европой, поскольку этим настроила против себя Москву, угрожающую выводам Еревана из ЕАЭС, лишением главного рынка сбыта армянской продукции и перекрытием поставок дешевой энергии.
  2. Европа не готова принять Армению в ЕС, поддержать ее экономику, гарантировать военно-политическую безопасность.
  3. Европейский курс Армении противоречит геополитическим реалиям и процессам в регионе, где основные акторы — Россия, Турция, Иран — категорически выступают против прямого европейского присутствия на Южном Кавказе.
  4. Стремление радикально избавиться от российской зависимости — недопустимая крайность, поскольку чревата угрозой вассализации перед Европой, что противоречит оптимальной формуле: «Заменить зависимость от одного центра силы на зависимость от нескольких».
  5. У Армении нет времени для фундаментальной переформатизации внешнего курса и экономической политики.
  6. Пренебрежение интересами Москвы может привести лишь к росту экспансионистской политики России в отношении Армении.
  7. Армения, несмотря на провозглашенные в 2018-ом либеральные ценности сейчас испытывает кризис их деградации. В Армении царит застой демократии, парадоксальным образом поддерживаемый европейскими центрами.

Можно ли найти хоть один элемент в приведенных Григоряном тезисах, противоречащий утверждениям системной армянской оппозиции? Абсолютно! Приведенные экс-секретарем Совбеза доводы и размышления один в один совпадают с позицией оппозиционных партий, выступающих за сохранение всего спектра отношений и сотрудничества с Москвой, что не исключает также возможности тесного взаимодействия с ЕС и демократизации государственной системы и общества в Армении.

С учетом абсолютной идентичности тезисов складывается ощущение, что Армен Григорян не просто их повторяет, а стремится, так сказать, целиком «экспроприировать» оппозиционную риторику и вообще всю повестку оппозиции, которая на фоне назревающего в регионе геополитического кризиса с каждым месяцем все больше привлекает внимание думающих слоев армянской общественности.

Это ощущение тем более крепнет, учитывая тот факт, что сами лидеры системной оппозиции и ее наиболее значимые фигуры (Кочарян, Карапетян, Царукян, Чалабян, Галстанян и др.) либо находятся за решеткой, либо ограничены в политической деятельности иными формами «правовых» препятствий. Не сделано ли это именно с целью освобождения поля для Григоряна, присвоения им оппозиционной повестки и, вместе с тем, для его отмежевания от настоящих оппозиционных сил, несмотря на абсолютно идентичную критику курса действующей власти? Можно вполне допустить такое. Это напоминает методику освоения кукушкой чужого гнезда.

Четвертая версия и план «Б»

Именно такое объяснение содержит четвертая версия мотивов действий Григоряна, которого поддерживает сама власть. Следовательно, если принять ее во внимание, бывший глава Совбеза был «исключен» из системы власти (после увольнения он ушел работать в частный сектор — в связанную с TRIPP консалтинговую компанию Polisy and Management Consulting Group), чтобы вернуться в политику на правах уже независимого политического деятеля, который должен завязать на себе все процессы на оппозиционном поле, перехватить идеи и риторику находящихся под прессом политических партий и самому стать глашатаем протеста и чаяний недовольной властью части общественности. С этой версией поразительным образом перекликается сделанное 26 октября в ходе прямого эфира в Facebook заявление Пашиняна о том, что стране нужна новая, государственно ориентированная и независимая оппозиция, а «шпионскую оппозицию, управляемую извне», необходимо искоренить.

Пазл складывается.

Однако эта версия не может претендовать на правдоподобность, если не ответить на главный вопрос: зачем переводить Григоряна в оппозиционное поле, вложив в его уста критику фундаментального курса Еревана на разрыв отношений с Москвой?

Для ответа на этот вопрос следует учитывать геополитические процессы, протекающие вокруг Армении и в мире в целом. А там наблюдаются тенденции углубления противоречий между США, Великобританией и ЕС относительно российской политики, украинского кризиса, иранской повестки и вопросов конкуренции за контроль над Срединным маршрутом и ресурсной базой Центральной Азии. США все более открыто демонстрируют свое несогласие с европейской политикой маргинализации РФ, а также стремятся вытеснить Европу из ключевых регионов мира (включая Южный Кавказ), где Вашингтоном обозначены собственные приоритеты, не терпящие конкуренции с кем-либо.

В Вашингтоне опасаются выхода России «из спячки» и повторения сценария 20-х годов прошлого века, когда большевистская Москва агрессивными действиями положила конец упорным попыткам европейских держав включить окраины развалившейся Российской империи в зону своего непосредственного контроля. США предпочитают танцевать «танго» с РФ вдвоем на южном постсоветском пространстве. Третий партнер там — лишний, поскольку может в порыве ревности и истерик навредить геополитической идиллии баланса и раздела сфер влияния между двумя главными партнерами.

Игра на «европеизацию» Южного Кавказа очевидно зашла уже слишком далеко и может разрушить сложившуюся благоприятную для США обстановку здесь. Вашингтон получил контроль над TRIPP, застолбил за собой монополизацию освоения редкоземельных металлов в Армении, Азербайджане, Казахстане и т. д., убедил Москву в своих привилегиях пользоваться на хозяйских правах логистикой, ресурсами и энергетическими артериями «постсоветского юга». Так зачем допускать возможность слома всей этой удачной комбинации по причине несговорчивости ЕС и его неустанных стремлений без остатка вытеснить Москву из упомянутых регионов?

В США не принимают европейского мифотворчества о дерусификации постсоветского пространства и считают это опасной утопией, которая может обрушить все наработанные успехи. Следовательно, политику бархатных революционеров по выбору европейского пути нужно спешно сворачивать, пока Москва, наученная горьким опытом прошлого века, не напряжет последние силы и не решит вопрос милитаристским путем и агрессией.

Кто станет новым проводником западной политики

Давление англосаксов нарастает, но Пашинян более не может сам провозгласить ошибочность собственного курса на евроинтеграцию. Его политика тотального сопротивления Москве и девальвации ЕАЭС и ОДКБ зашла слишком далеко. Россия же более не желает терпеть такого лидера в Армении, о чем, очевидно, недвусмысленно дает понять США. Следовательно, он должен уйти. Вынужден уйти по консенсусу, суть которого заключается в том, что США сохраняют у власти в Армении западников и так называемые «либеральные элементы». Однако последние должны напрочь выбросить из своей программы все утопические положения о евроинтеграции, уходе целиком в ойкумену западного мира и безостаточном выдавливании России за Кавказский хребет. А для такого консенсуса нужен претендент новой формации на оппозиционное лидерство, а затем и на власть, который гарантированно является человеком, политически сформированным в идеологическом коконе Запада, однако публично признающим, что Россия может рассчитывать на хотя бы сохранение своих фундаментальных интересов в Армении и в регионе.

Все вышеизложенное — не новость, тем более не голословные измышления, поскольку на протяжении последних лет экспертами много говорилось о так называемом западном плане «Б», призванном вступить в силу после отработки Пашиняном своего политического ресурса. И именно на фигуре Армена Григоряна сходились аналитики в своих прогнозах относительно такой кандидатуры, поскольку ведущий себя как тихая серая мышка во внутриполитическом поле человек на самом деле находится в самом тесном взаимодействии с англосаксонскими геополитическими центрами на Западе.

Впрочем, ключики для разгадки этой комбинации щедро рассыпал в своей скандальной статье и сам Григорян. К примеру, там не найти ни одного упоминания США или Великобритании в контексте того, что эти глобальные центры наравне с ЕС ввели в заблуждение армянские власти и своей политикой угрожают безопасности и суверенитету Еревана. А чего стоят его неоднократные упоминания в статье о том, что он, якобы, всегда предостерегал соратников во власти об ошибочности европейского вектора? Ведь тем самым он дает понять общественности, что Пашинян, якобы, все эти годы не прислушивался к прагматичным оценкам ситуации и не действовал в русле рациональных идей.

Так или иначе, статья и интервью Григоряна — веская заявка на изменение всей конфигурации внутриполитического поля Армении. План «А», вступивший в действие с 2018 года (скорее, еще раньше), отработан: Пашинян стал слишком токсичен для всех значимых центров силы и, очевидно, именно поэтому уже с их подачи изображает душевное состояние на грани умопомешательства и неадекватности (иначе никак не растолковать все истории с демонстрацией тапочек в самолетах, с перевозимыми по всему свету в карманах бананами и т. д.).

На очереди реализация плана «Б» с использованием «прагматичного», «компетентного» и «скромного» претендента на политическое лидерство, который сначала должен обезоружить реальную оппозицию, присвоив ее тезисы и идеологические концепции, а затем и обзавестись всей полнотой политической власти в Армении, не суть важно — внутрисистемным ли переворотом или посредством выборов.

В глазах недовольной Пашиняном части общества эта хитрая комбинация должна, по расчетам ее авторов, стать спасительной мерой и выпустить пар, тогда как лояльный в целом нынешней власти электорат должен будет отнестись к такому транзиту спокойно, ибо он не изменит внешнего контура правящей в стране силы. Между тем истинные причины комбинации находятся вне рамок сугубо армянской внутриполитической действительности.

Повторимся, это всего лишь версия, но, определенно, она имеет право претендовать на истину.

Аствацатур Тер-Товмасян, «Голос Армении»