Армению нельзя назвать заезженным туристическим направлением. Между тем этот близкий нам уголок планеты обладает особенным очарованием.
Все начинается с Еревана, веселого города, который кажется старше, чем есть на самом деле. Из чудесного разноцветного туфа здесь не только торжественный центр, но и обычные жилые многоэтажки. Любимый туф — розовый, но есть еще солнечно-желтый, делающий дома светящимися, и черный, придающий им столько солидности и возраста, что они кажутся современниками Ноя и застрявшего здесь когда-то Ковчега. По городу снуют такси (оказывается, в одном Ереване 120 такси-компаний), этот транспорт очень доступен, ведь доехать из конца в конец города стоит всего два доллара. Машины сигналят, по улицам порхают стайки жизнерадостной молодежи, а на крытом рынке возле Голубой мечети в конце лета продают какие только может представить себе ваше воображение персики. Они дешевы и прекрасны, определенно доминируют на всем пространстве под высоким рыночным потолком, но между ними успевают вклиниться ежевика, груши, дыни, арбузы и прочие позднелетние радости. Торговцы, серьезные армянские мужчины и старушки, вопреки ожиданиям ненавязчивы и любезны.
А над всем, включая Голубую мечеть, сияет прекрасная гора Арарат. Если она в хорошем настроении и ее, делая практически несуществующей, не скрывает густая шапка облаков, то благодатно дарит себя абсолютно всем. Ее видно из окна гостиницы, с улиц, с площади и даже из зала ожидания Ереванского аэропорта. Проходив целый день под ее милостивым взглядом, начинаешь спрашивать себя: не она ли делает свет в Ереване и Армении таким особенным? Вроде то же солнце и то же небо, но свет другой…
В этой мысли утверждаешься, когда заходишь на еженедельный ереванский вернисаж выходного дня, он же блошиный рынок. Представленные здесь полотна могут быть совсем несовершенны, но особого света, отражаемого предметами даже на самых незамысловатых картинах, — его нельзя не заметить.
Может, свет от горы Арарат и армян преображает в каких-то особенных людей? Этому явлению дал оценку еще Мандельштам в книге «Путешествие в Армению»: «Жизненное наполнение армян, их грубая ласковость, их благородная трудовая кость, их неизъяснимое отвращение ко всякой метафизике и прекрасная фамильярность с миром реальных вещей — все это говорило мне: ты бодрствуешь, не бойся своего времени, не лукавь».
Если не последовать этому совету и не напоминать себе, что бодрствуешь, то виды на армянские долины с древними монастырями, словно выросшими из скал, и в самом деле дают ощущение сна. И один из самых завораживающих — знаменитый монастырь Гегард, включенный в список всемирного наследия ЮНЕСКО. Циклопические стены этого сурового, поэтического и трагического сооружения сразу переносят тебя в далекую эпоху зари христианства. Армения гордится тем, что стала первой страной, принявшей христианство в качестве официальной религии (это произошло в 301 году), а монастырь лишь чуть моложе армянского христианства. Первая обитель, названная Айриванк («пещерный монастырь»), появилась в этих местах в начале IV века н. э. Ее разрушили арабы в IX–X веках, не оставив камня на камне, — только память места, которая, как и повсюду в Армении, возродила монастырь к жизни. В XII–XIII веках армянские князья, простолюдины и монахи вновь отстроили обитель, и постройки тех лет, включая древнейшую церковь Святого Григория Просветителя, можно увидеть и сейчас — вопреки минувшим векам и нашествиям захватчиков.
Гора Арагац держит второе по популярности место в Армении после Арарата. Она вздымает свою четырехзубую корону на западе на 4094 м над уровнем моря — это высшая точка страны в ее современных границах. «Подступы к Алагезу неутомительны, и ничего не стоит взять его верхом, несмотря на 14000 футов. Лава заключена в земляные опухоли, по которым едешь, как по маслу», — писал Мандельштам. Нынешние экстремальные или просто смелые туристы вполне могут последовать примеру писателя и отправиться в горы верхом, в сопровождении проводника, к вулканическому озеру на вершине Арагаца. Там, по легенде, молился в лучах небесной лампады святой Григорий Просветитель.
И хоть Мандельштам ночевал во время восхождения на Арагац «аутентично», в кошаре среди овец, на соломенной подстилке, сегодняшние палатки и спальники не затмят того же аскетичного пейзажа скалистого нагорья. На столе все та же простая еда: домашнее вино (два литра такого вина можно купить за 150 рублей — эквивалент цены бутылки очень среднего напитка в Москве), овощи, овечий сыр, плоский, сухой, как бумага, лаваш. Этот хлеб очень долго остается свежим.
«С неба упало три яблока: первое тому, кто рассказывал, второе тому, кто слушал, третье тому, кто понял» — так заканчиваются армянские сказки. Непонятно, почему там падают не абрикосы или не персики, например, а именно не столь распространенные яблоки? Понять сказку Армении непросто, но эта удивительная страна, несомненно, обладает талантом рассказчика, и попробовать стоит.
Вероника Гудкова, http://expert.ru