21 октября в Казахстане вновь собрались лидеры тюркских (вернее, тюркских и тюркоязычных государств) для обсуждения проблем тюркского единства, которое на языке традиционной политологии называется «пантюркизмом».
Нынешние политические условия, ощущение отсутствия подлинной стратегии у мировых центров силы, определенная растерянность мировых элит перед перспективой очередного этапа мирового экономического кризиса, приводит многие государства Евразии к необходимости искать ответы на нынешние вызовы в форматах различных региональных альянсов и объединений. К тому стремятся и государства тюркского мира, оказавшиеся перед перспективами нового этапа экспансии Китая, не совсем понятных инициатив США и России, а главное – ожидания угроз, исходящих от Афганистана и Южной Азии. Элиты данных государств уже столкнулись с проблемами консолидации в рамках общетюркской идеи, и хорошо понимают причины и факторы того, что до сих пор не удалось сформулировать, достаточно ясно, стратегии данного объединения.
Вместе с тем, стало очевидно, что пантюркистская идея по своей сути является элитарной, то есть, направлена на объединение и солидарность, прежде всего, политических элит, и довольно индифферентна к потребностям масс населения данных стран, что и обусловливает непонимание обществами задач этой доктрины.
На протяжении семи десятилетий роль лидера тюркских государственных объединений играла Россия, или, вернее Советский Союз. Распад Союза привел к выдвижению на роль лидера Турции, хотя Узбекистан и Казахстан, также, стремятся обозначить свое место и роль в возможном проекте. Однако, в настоящее время, выдвинута новая идеология в рамках пантюркистской доктрине, которая заключается в объединении не элит, а обществ и народов. Одним из важных носителей этой идеологии является общество «Нурчурляр», выступающее с позиций умеренного ислама и социально-направленных идей. Несомненно, что адепты данной доктрины осуществляют свою деятельность в режиме «конкуренции – партнерства» с турецким официозом. Но, проглядывается и определенное сотрудничество «Нурчурляр» с США. Это уже не вызывает сомнений аналитического сообщества, но, все еще, остается деликатной темой в политической литературе.
Возникновение этого альтернативного пантюркизма вызывает определенную озабоченность в государствах Центральной Азии и в Азербайджане, а также и в России, где деятельность данного общества признана незаконной. Возможно, политические элиты тюркского мира предпринимают усилия по выяснению подлинных задач и целей главных инициаторов пантюркистской доктрины. Вместе с тем, возникает, также, проблема опасений государств Центральной Азии относительно чрезмерного дистанцирования от Турции, в связи с заявленными приоритетами внешней политики Турции в рамках другой доктрины – неоосманизма, когда на первый план выступают задачи Анкары не в направлении тюркского мира, а в направлении ближайших регионов, находящихся в прежнюю эпоху под контролем Османской империи.
Видимо, Турции придется продемонстрировать, что неоосманизм - это только первая стадия стратегии доминирования в Евразии. Вопрос в том, насколько убедительно она это сделает, не вызывая настороженность России, Китая, Ирана и США.
Игорь Мурадян
lragir.am