Внутриполитическая ситуация в Турции стремительно накаляется. На фоне массовых арестов среди генералитета страны, активизации оппозиционных сил, провала "демократической инициативы" по урегулированию курдской проблемы, шансы на то, что турецкий парламент ратифицирует армяно-турецкие протоколы, сводятся к нулю.
Сегодня можно констатировать провал приоритетных направлений политики правящей партии "Справедливости и развития", руководимой премьер-министром Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом. Наиболее болезненным стал коллапс так называемой "демократической инициативы", в рамках которой планировалось мирно урегулировать отношения с курдами. Как показали события, в Турции действует несколько центров силы - помимо политической элиты, это судебная власть, органы прокуратуры и, конечно же, военные. Усилиями судей и силовиков под демократическую инициативу правящей партии была заложена мина. Закрытие парламентской партии, представляющей интересы курдов, аресты мэров городов с курдским населением и начало боевых действий против сил Курдской рабочей партии - вот предварительный итог программы примирения с курдами.
Не исключено, что курдский фактор был мастерски разыгран внешними силами, в том числе США и Израилем. Не будем забывать, что решение Конституционного суда Турции о закрытии курдской партии "Демократическое общество" (DTP) было принято практически в день визита Эрдогана в США и его безуспешных переговоров с Бараком Обамой. О том, что переговоры не увенчались успехом, свидетельствует хотя бы дальнейшая отставка посла Турции в Вашингтоне.
Показная сдержанность, с которой США отреагировали на массовые аресты высокопоставленных военных в Турции, вряд ли может скрыть реальный интерес Вашингтона к происходящим процессам. Комментируя чистку генералитета, официальный представитель Госдепартамента США Филипп Кроули, в частности, заявил: "Эти процессы в политике и обществе Турции не новы, и я не думаю, что мы особо обеспокоены этим. Любые действия должны соответствовать закону Турции и быть прозрачны". Между тем, предметная точка зрения турецких экспертов состоит в том, что аресты военных связаны с опасениями Эрдогана относительно возможной поддержки Вашингтоном турецких военных кругов в деле свержения правящей партии. По свидетельству турецких источников, Эрдогана всерьез напугал визит в Анкару замгоссекретаря США Уильяма Бернса, точнее, его встреча с генералом армии Асланом Гюнером.
Действительно, у США есть причины искать в Турции альтернативного партнера. Внешнеполитическая стратегия Турции последних лет не позволяет говорить о том, что Анкара выступает в регионе с позиций стратегического партнера Вашингтона. Среди шагов, которые вызвали в США вполне ожидаемое расстройство, можно отметить не только воздержание Турции от участия в военной операции в Афганистане и исторические осложнения в процессе использования базы "Инджирлик" для налетов на Ирак. Вне всякого сомнения, США обратили внимание и на соглашения Турции с Россией и Ираном по проектам "Южный поток" и "Южный Парс", на заявления Эрдогана о необходимости лишить Израиль ядерного оружия и поддержку антиизраильской информационной активности Турции в целом. Можно сказать, что такая политика Турции прямо подрывает стратегические позиции США в регионе.
В этих условиях поступление на повестку Конгресса США проекта резолюции о признании Геноцида армян может быть расценено исключительно в качестве ответной реакции США. Признание Геноцида армян с последующим выдвижением в адрес Турции различных претензий, еще больше ослабит позиции Эрдогана, фактически поставит крест на внешнеполитической доктрине "ноль проблем с соседями".
Как видно, Армения здраво оценивает все возможные сценарии развития ситуации. На повестке парламента страны сразу два важных документа - сами армяно-турецкие протоколы, подписанные в октябре прошлого года в Цюрихе под чутким патронажем США, а также поправки в закон о порядке выхода из международных соглашений, позволяющие те же протоколы аннулировать. То есть, в зависимости от ситуации Армения может или дать решающий толчок диалогу с Турцией, или навеки похоронить возможность нормализации отношений Ереван-Анкара. Естественно, провал процесса весьма болезненно будет воспринят в США, поскольку придется как-то объяснять напрасные труды Хиллари Клинтон, а самое главное решать - на каком языке в этот раз будет обращаться к армянам Барак Обама 24 апреля - снова на армянском, или все-таки придется заговорить по-английски.
Но Армении нельзя сбрасывать со счетов главный риск. В случае масштабной дестабилизации ситуации в Турции, выхода курдского движения из под контроля, срыва армяно-турецкого процесса и усиления давления США на турецкую правящую элиту, в том числе путем признания Геноцида, не исключены экстраординарные контрмеры турецкого правительства. И эти меры могут нести асимметричный характер, выражаясь в стремлении перекинуть нестабильность за пределы самой Турции. В этом случае нельзя исключать меры по разбалансированию всей ситуации в регионе, в том числе и путем стимулирования Азербайджана к военному реваншу в Нагорном Карабахе. В условиях, когда Турция примеряет на себе роль влиятельного антиамериканского и антиизраильского фактора, Армения может оказаться в весьма сложной ситуации, поскольку прогнозировать отношения Ирана и России с такой "новой" Турцией становится день ото дня все сложнее.
ИА REGNUM