В пятницу в армянской церкви Алеппо прошла литургия в связи с седьмым днем смерти нашего соотечественника, погибшего накануне в результате террористического акта. 26-летний Виген Айрапетян стал первой армянской жертвой продолжающегося в Сирии гражданского противостояния. Это событие, всколыхнувшее всю общину, заставило осознать, что нейтралитет, которого придерживаются сирийские армяне, вовсе не может гарантировать их безопасность.
Рядовой сирийской армии Виген Айрапетян погиб 10 февраля в результате взрыва автомобиля, начиненного взрывчаткой. Террорист-смертник припарковал машину у здания управления службы национальной безопасности города Алеппо. Виген, призванный на службу незадолго до инцидента, находился в это время у входа. Он получил тяжелые осколочные ранения и скончался на операционном столе. Кроме него, погибли еще 27 солдат, офицеров и случайных прохожих. 235 человек ранено. Ответственность за теракт взяла на себя радикальная суннитская группировка “Свободная армия Сирии”. Это была первая террористическая акция, осуществленная во втором по значению городе Сирии. Прежде террористы действовали в провинции, избегая крупных городов, в которых сильны позиции правящей администрации. Алеппо также самый армянонаселенный город Сирии. Волна насилия вплотную приблизилась к местам компактного проживания наших соотечественников, что не может не беспокоить.
В социальной сети Facebook размещена информация: “Погиб первый армянин. Виген Айрапетян служил Сирии и пожертвовал своей жизнью во имя Сирии. Пусть упокоится его светлая душа...” Виген погиб не потому, что защищал одну из сторон конфликта. Он взял в руки оружие лишь для того, чтобы содействовать восстановлению в стране гражданского согласия и сохранению правопорядка. К этому же стремится и вся армянская община Сирии, переживающая сейчас не лучшие времена. Заметим, продолжающееся противостояние имеет не только гражданскую, но и отчетливо выраженную конфессиональную подоплеку. Оппозиция, верхушку которой составляют мусульмане-сунниты, стремится свергнуть правительство, сформированное кланом алавитов, которых исламисты считают еретиками-сектантами. Сирийские армяне традиционно симпатизируют алавитам, которые отличаются религиозной толерантностью и покровительствуют национальным меньшинствам. И при президенте Хафезе Асаде, и при его сыне Башаре Сирии удавалось сохранять мультиэтничность и поликонфессиональность. Потому христианские общины, в том числе и армянская, хранят лояльность в отношении правительства, но в гражданское противостояние при этом не вмешиваются. Несмотря на это ксенофобия по отношению к христианам растет с каждой неделей. На одном из митингов оппозиции исламисты подняли лозунг: “Всех христиан — в Бейрут, всех алавитов — в могилу”.
Целенаправленных антиармянских акций в Сирии до сих пор не было. А вот последователям других христианских конфессий уже не раз доставалось. В конце января прицельному обстрелу из гранатометов подвергся православный монастырь в селении Кафр-Бехум провинции Хама. В результате погиб иеромонах Василий Нассар. После этого спецслужбы взяли все армянские церкви под особый контроль. “В разгорающейся в Сирии гражданской войне именно христиане, включая армян, оказываются на линии огня между суннитскими повстанцами и правящими в Сирии алавитами”, — пишет обозреватель агентства “РИА Новости” Дмитрий Бабич. “История армянской общины Сирии насчитывает тысячу лет. Неужели этой древней общине придется угаснуть в будущей Сирии — то ли демократической, то ли исламистской, но уж наверняка менее мультиэтнической, чем нынешняя?..” — задается вопросом аналитик российского сетевого издания.
Хотя армяне и не являются ни для кого специальной мишенью, атмосфера всеобщего хаоса и безнаказанности уже успела всерьез сказаться на безопасности наших соотечественников. Десятки ресторанов, магазинов, лавок, принадлежащих сирийским армянам, были разгромлены или разграблены. Второго февраля в Алеппо был похищен молодой армянин, за освобождение которого террористы требуют выкуп в размере 50-и тысяч долларов. Его судьба до сих пор неизвестна. Теперь уже ясно, что волна террора не минует Алеппо и Дамаск, где проживают три четверти наших сирийских соотечественников. Оппозиционеры не тратят зря времени на агитацию в среде армян, осознавая, что спровоцировать их на антиправительственные действия все равно не удастся. Но следует подчеркнуть, что армяне хранят верность законно сформированному правительству, а не политическому клану. Если завтра законным путем будет сформирована новая администрация, то наши соотечественники будут столь же лояльны по отношению к ней.
В то же время сирийские армяне имеют все основания беспокоиться о том, что в случае смены власти к штурвалу придут вовсе не демократы, а радикальные исламисты. Опыт Египта свидетельствует о том, что такая перспектива вполне реальна. Беспокоит армян и очевидная заинтересованность Анкары в свержении правительства Асада. Сведения о том, что воюющие на стороне оппозиции боевики финансируются из Турции и проходят там подготовку, можно считать подтвержденными. Трудно представить себе армянина, который будет симпатизировать силам, являющимся марионетками Анкары. Тем не менее несколько наших соотечественников было замечено среди активистов демократического крыла политической оппозиции. В начале зимы 27-летний Джимми Шагинян из города Ракка был арестован спецслужбами и заключен в тюрьму по обвинению в причастности к противоправным действиям. Впоследствии выяснилось, что он состоит в рядах одной из оппозиционных партий. 19 декабря Шагиняна выпустили на свободу, так как состава преступления в его действиях не нашли.
В посольстве Армении в Дамаске и в генеральном консульстве в Алеппо сейчас рассматриваются сотни обращений о предоставлении гражданства Республики Армения. Армянское государство не вправе избегать ответственности за судьбу оказавшихся в беде соотечественников. Мы должны быть готовы к худшему. Премьер-министр Тигран Саркисян на днях заявил, что правительство внимательно следит за ситуацией в Сирии. А руководитель Миграционного агентства Гагик Еганян отметил, что возглавляемое им ведомство в состоянии принять беженцев из Сирии. Причем не только армян.
Артем Ерканян, "Новое время"