Новая роль Турции - ослабление позиций России, в том числе на Южном Кавказе, отметил в интервью “РА” экс-глава МИД НКР Арман МЕЛИКЯН.
- Г-н Меликян, от действий Анкары в последнее время создается впечатление, будто на Ближнем Востоке, где она пыталась занять лидирующие позиции, у нее что-то пробуксовывает, и она вновь начала активизироваться на Южном Кавказе. Я имею в виду попытки развития связок Турция - Грузия - Азербайджан, Турция - Иран - Азербайджан. Как Вы расцениваете эти телодвижения?
- Турция - прагматичное государство. Ее нынешнее руководство - весьма прагматично. И в этом плане не все, что декларируется, на самом деле имеет место быть. То, что Турция так резко пошла на обострение отношений с Израилем, эта демонстративная конфронтация с ее стороны на самом деле закамуфлировала действия Анкары по поддержке сил западной коалиции против Каддафи в свете событий в Египте и со всем тем, что нам сегодня известно под названием “арабская весна” или “арабская революция”. В действительности благодаря активным действиям Турции Россия потеряла свои позиции в ряде арабских государств. Более того, эти государства отброшены на 20-30 лет назад и вряд ли в обозримом будущем смогут выйти на более или менее передовые позиции даже в масштабах арабского мира. Ливия и Ирак - это серьезные государства, обладавшие большим энергетическим экспортным потенциалом. В Сирии же, как известно, расположена военно-морская база России. В этом плане после кажущегося периода неразберихи в международных делах, разговоров об однополярном и многополярном мирах, можно констатировать, что этот этап политической борьбы остался за британо-американским блоком. Британцам удалось не допустить критического сближения Евросоюза с Россией. Если даже считать, что медведевская Россия являла собой некий тип российского государства, который мог претендовать на вхождение в ЕС в каком-то обозримом будущем, то сегодня, думаю, этот вопрос закрыт надолго. Сегодня в России у власти президент Путин, который, с пропагандистской точки зрения, вполне устраивает американцев и англичан. Они его могут вполне успешно обвинять в авторитаризме и прочих грехах, которые не приличествуют демократическому обществу. По “стандартам западным”, Россия не может быть частью западного мира. Это основное.
Турция в этом плане искала себе будущее. По сути, Турция - это государство, абсолютно лишенное творческого потенциала, и основным его достоинством являются мускулы. Период после распада СССР был периодом, когда мускулы особо, тем более в данном регионе, были не нужны. Если раньше Турция как член НАТО использовалась для сдерживания СССР на своем направлении, то после развала Союза эта ее функция осталась висеть в воздухе. Но Турция - серьезный игрок. Главное было - найти себе применение. Поэтому Турция стала активно действовать по всем направлениям - исламский мир, Южный Кавказ, кажущееся стратегическое сближение с Россией. Но все эти действия очень прагматично работали на то, чтобы поднять цену Турции в глазах потенциальных партнеров, а конкретно - США и Великобритании. Именно эти страны традиционно поддерживают Турцию, и для этого у них есть весьма веские причины. Именно эти страны лоббируют идею вхождения Турции в ЕС, хотя очевидно, что вступление Турции в ЕС станет началом конца Евросоюза. Политика продавливания Турции в ЕС - это политика шантажа франко-германского ядра ЕС и возможность сдерживать эти государства в их желании сотрудничать с Россией. Результат этой политики оформился практически в последние год-полтора: Россия уже не может претендовать на вхождение в ЕС, но и Турция остается за бортом европейской интеграции в том масштабе, в каком ей бы этого хотелось.
Но Турция вновь обрела свою роль в регионе Ближнего Востока в качестве действенного союзника и проводника американо-британского видения политического мироустройства - и регионального, и глобального. По сути дела, в том числе благодаря усилиям Турции, повержены основные противники или противовесы могущества Израиля. Египет уже дезорганизован и отброшен назад. Сирия находится в этом процессе. Ливия как государство, имеющее будущее, мне кажется, просто уже погибла: по всей вероятности, там пойдут и будут углубляться центробежные процессы. По-видимому, то же ожидается и в Египте. Так что, в этом плане можно сказать, что Турция вновь смогла назначить себе цену. Израиль, благодаря видимой конфронтации с Турцией, получил союзника в борьбе против своих основных потенциальных противников. И в этом смысле существенно, что на Ближнем Востоке, в арабском мире ослабли позиции как России, так и Ирана.
Следующий этап действительно может предполагать активизацию Турции на южнокавказском направлении. Т.е. с окончанием каких-то задач в арабском мире, связанных с Израилем, с ослабленим его основных противников, Турция может переключиться на Южный Кавказ и уже здесь получить новые преференции. Турция, правда, - государство с собственным большим потенциалом распада. Это - курдская проблема, которая в обозримом будущем, видимо, существенно обострится. И в этом плане не исключено, что у Турции впереди могут быть определенные трудности. Но это будет та цена, которую ей придется платить за свое выживание и за возможность прислуживать своим покровителям.
Говоря, что Турция - прагматичное государство и имеет прагматичное руководство, я, в первую очередь, имел в виду то, что Турция естественным образом пытается быть как можно ближе к тем кругам, которые сегодня вершат судьбы мира и, в частности, в вопросах экономического и военно-политического характера. Турция, которая сегодня в экономическом плане является придатком Запада, собирает западную технику на своих заводах и т.д., и будет нуждаться в такого рода покровительстве и дальше. Она будет нуждаться в военных субсидиях, чтобы поддерживать свои мускулы в должном порядке. И здесь для нее вершителем судеб являются США. Другое дело, что она будет пытаться всячески набивать себе цену, создавать конфликтные ситуации, пытаться поднять свой авторитет в исламском мире, среди российских мусульман, в Центральной Азии и, конечно, на Южном Кавказе и в Иране. Но для этого какое-то время ей придется на уровне публичных заявлений дистанцироваться от своей приверженности США и Великобритании.
По части Турции в ближайшем будущем мы будем иметь следующее: она будет вести прагматичную, результативную двойную игру - публично пытаться идентифицировать себя как часть и лидера исламского мира, как серьезного регионального игрока, способного самостоятельно принимать серьезные решения, но все это будет делаться с единственной целью - получения благорасположения американцев. Дополнительным аргументом в пользу сказанного является и недавний призыв генерального секретаря НАТО Андерса Расмуссена к странам ЕС с предложением определиться по части Турции в пользу более тесного сближения во имя будущего НАТО.
- Можно ли предположить, что Турцию, которую использовали для ослабления позиций России в ЕС, на Ближнем Востоке, в дальнейшем будут использовать с той же целью на Южном Кавказе?
- Вне всякого сомнения. Турция уже для этого хорошо подготовлена. Россия же совершила довольно много промахов, особенно в 1990-е годы. Слишком многое упущено, и восстановить то, что было, сегодня будет страшно трудно, если не сказать - невозможно. Я пока не вижу, каким образом Россия может восстановить свои позиции в Грузии. Я не вижу такого сценария, который дал бы ей такую возможность. России, на мой взгляд, придется менять свои мировоззренческие подходы в вопросах внешней политики и безопасности. В противном случае, оставаясь на позициях либеральной демократии, т.е. на равных идеологических позициях со своими сегодняшними основными конкурентами, противниками, она окажется в проигрыше. Потому что при равных условиях там гораздо больше ресурсов, гораздо выше уровень организованности и самоконтроля, больше рычагов воздействия и влияния в мировом масштабе, чем есть сегодня у России. Нужно менять подходы, причем очень серьезно. Это вопрос, без решения которого Россия станет неким диким полем, на котором будет возможно возникновение всевозможных конфликтов, очень затрудняющих жизнь народу.
- Предполагает ли эта геополитическая игра замену России на Турцию в роли, скажем, смотрящего в нашем регионе?
- Я не уверен, что ставится именно такая задача. Но, думаю, задача ослабления позиций России стоит и решается. До какой степени предполагается ослабление России, - другой вопрос. Но она не должна быть, видимо, повержена.
То же касается Турции - насколько она должна быть усилена. Здесь есть верхние пределы. Поэтому сейчас, видимо, ведется подготовка процессов иного рода и в иных местах. Основополагающими будут именно эти процессы. Это процессы развития политических взаимоотношений в Центральной Азии, это вопрос будущего Китая. Сейчас идет подготовка к этому этапу. В определенный момент Турция может оказаться влиятельным игроком в этих процессах.
Что касается России, то, думаю, в течение уже этого года будет ясно, насколько у нее хватит сил, интеллектуального потенциала и воли для преодоления вызовов, которые перед ней стоят и будут ставиться в обозримые 5-8 лет.
- А Иран?
- Трехстороннюю встречу Турция - Иран - Азербайджан нужно рассматривать в этом же аспекте. Потому что серьезная конфронтация с Ираном Западу, по большому счету, не нужна. Более того, заполучить Иран если не в союзники, то хотя бы в качестве дружественной страны - очень актуально. В этом плане турецко-азербайджано-иранский диалог может оказаться промежуточным шагом к тому, чтобы потом он получил развитие на уровне Иран - Запад. Исходя из того, что Турция сегодня однозначно ведет реальную политику по укреплению позиций США и Великобритании в регионе Ближнего Востока, в арабском мире, эта политика будет продолжаться. И, чем успешнее она будет вестись Анкарой, тем выше будет ее цена, тем больше преференций она будет получать. В этом смысле нужно уделить особое внимание диалогу Турции с Ираном и формату Турция - Азербайджан - Иран.
Гаянэ МОВСЕСЯН, "Республика Армения"