На Московском кинофестивале показали российско-грузинскую драму «Все ушли». Эту щемящую историю о том, что все мы родом из детства, снял Георгий Параджанов, племянник знаменитого режиссера, известный документалист. Лента, созданная общими усилиями России, Грузии и Чехии (на студии «Баррандов» велась пост-продакшн) возвращает нас в, казалось бы, уже утраченный мир Отара Иоселиани, но подкорректированный реалиями ХХI века… Тбилиси предстает идиллическим местом, где все друг друга знают и уважают, а грузинские актеры говорят на русском языке с приятным акцентом.
Все это рождает интересный эффект дежавю старых советских фильмов. А еще здесь много смеха, застолий, любезных манер, но и смерти – герои уходят в вечность один за другим. Причем не абстрактно, а очень конкретно… Однако страха-тоски почему-то не наблюдается. Есть печаль. Причем светлая, по классику.
В одной из главных ролей – голубятника Циси – здесь снялся Автандил Махарадзе (Варлам из «Покаяния» Тенгиза Абуладзе).
История создания картины, представленной в программе «Перспективы» 34-го ММКФ, оказалась весьма непростой.
- Сценарий был написан очень давно, он получил приз «Зеркало», - говорит режиссер Георгий Параджанов. – Алексей Юрьевич Герман оценил его очень высоко, хотел даже купить для своего ученика. Я воздержался, верил, что судьба его сложится не только на бумаге. И вот мы получили поддержку в Госкино. По условиям договора, фильм должен быть снят именно на русском языке, в нем должно быть занято не более 30 процентов иностранных, то есть грузинских артистов. Мы старались придерживаться этих условий.
- Как бы вы определили жанр вашей картины, в которой чередуются сцены реальные и ирреальные?
- Я называю это «магический реализм». Во время съемок происходили странные вещи. Тбилиси – очень мистический город. Хотя сегодня остался лишь маленький остров удивительного Тбилиси моего детства.
Это, по сути, притча, состоящая из ряда новелл, но тесно связанных между собой. В кадре не должно быть ни одной лишней детали, вплоть до самой мелкой. Все несет смысловую нагрузку. Даже солнечный луч, попадающий из окна в комнату, играет важную роль.
- Как работалось с грузинскими актерами?
Они потрясающие! За эти годы они, правда, разучились говорить по-русски, поэтому мы им выслали текст за три месяца. Они заранее его учили. И знали к съемкам наизусть, к моему изумлению…
Но меня поразила и способность российских коллег чувствовать эту необыкновенную атмосферу города, его природу… В первую очередь, у Сергея Мачильского, нашего великолепного оператора.
- А кто играл маленького Гарри?
- Это замечательный армянский мальчик Арам, который, к сожалению, не смог приехать на премьеру – у него сборы по карате. Много претендентов было: я искал себя в детстве.
- Сложно было снимать в Тбилиси?
– Конечно. Я хотел воссоздать всю правду того времени – до самых мелких деталей. Никаких декораций не строилось. Все снималось на натуре, в тбилисских дворах и на улицах. Даже гробы мы делали на заказ – как в 60-х годах. У героя Махарадзе был гроб бедняка, у Иосифа – «ленинградский вариант». Каждый вечер я ездил в персидскую баню. Потому что ее директор собирал старые машины – «Волги» и прочие. Они появляются у нас в кадре.
- А где снимали одну из ключевых сцена – сна героя Махарадзе?
- Этот сон героя мы снимали на Куре. Но мартовская вода поднялась, я испугался за детей и перенес съемки церковь. И не проиграл.
- У вас получился фильм-воспоминание, ностальгическое объяснение в любви своему поколению и Тбилиси?
- Тбилиси - мистический остров. 65 национальностей жило там! Я прожил в Тбилиси 30 лет и знаю там каждый камень… Помню, какую еду варили в разных домах жены к возвращению с работы их мужей. Но когда я сейчас приехал туда, я не узнавал этот город. И хотел избавиться от страшного груза, который давил на меня…
- Что вы имеете в виду? Ведь ваше детство, судя по фильму, было весьма благополучным – рядом с гениальным дядей Сергеем Параджановым…
- Мне столько дано было с детства! Хорошо, я что не сошел с ума. Я был влюблен в дом, меня интересовали все дядины рассказы, его бриллианты, которые он рассматривал каждый день с друзьями… Я не ходил в школу, зато видел вблизи великих людей ХХ века. Да, у меня огромная ностальгия по тому времени и тому городу. И этот груз семьи, груз времени до сих пор давит…
Чтобы избавиться от него, я и снял фильм, свой «Амаркорд». А еще – пишу сейчас книгу «Все, что я помню». В нее войдет то, что не вошло в фильм.
Наталья Боброва, http://vmdaily.ru