Международная пресса сначала обратила все свое внимание на заявление министра иностранных дел Франции Лорана Фабиуса о том, что законопроект о криминализации отрицания Геноцида армян вряд ли будет принят, а потом на заявление президента Олланда о том, что в этом контексте он останется хозяином своего слова.
Между этим, передавалось, что Анкара снимает все санкции против Франции.
Армянская сторона в информационном плане бушевала между волнами разочарования и обретения надежды. Будто последовавшие друг за другом решения парламента, Сената и Конституционного совета и позиция предыдущего президента не передали никаких посланий.
Логика политического момента преобладает над тем, чтобы узнать причины предлогов и вопросов и соответствующим образом ответить.
Лично министр иностранных дел Турции должен был приостановить решение о прекращении санкций, когда узнал о заявлении Олланда, сделанного после заявления Фабиуса.
Президент Олланд одновременно принимает свое обязательство, с другой стороны давая понять, что не находится перед необходимостью быстрым образом представить новый законопроект.
Обеспечение конституционности необходимо, что в свою очередь предполагает новую одиссею, согласно французскому регламенту. Подготовка, парламент, Сенат и потом Конституционный суд. Армянская сторона, которая справедливым образом продолжает требовать, надеться и бороться за решение вопроса, несколько раз следила и принимала участие в этом политическом круговороте и его остановках.
Президентское послание о неспешности является подходом, направленным на временное перемирие с Анкарой, которая быстро поняла скрытые послания и Фабиуса о невероятности принятия законопроекта, и Олланда о не спешке, прекратив в этих условиях санкции. Фактически, пока что все находится на уровне заявлений.
Эти факты еще раз убеждают, что решение вернуть этот вопрос в повестку полностью зависит от отношений Париж-Анкара или ожиданием какого-либо решения между Елисейским дворцом и армянской общиной Франции.
Армянская сторона, перед тем, как протестовать против Фабиуса и выражать одобрение в связи с заявлением Олланда, должна задать себе вопрос, как объясняет официальный Париж противоречие между президентом и министром иностранных дел в данном вопросе.
В политическом контексте то, что сделал Фабиус, это просто поставить под вопрос обязательства своего президента. Еще больше убеждаемся, что как заявление Фабиуса, так и «опровержение» Олланда исходят из государственной политики Парижа.
Не будем забывать, что встреча Давутоглу-Фабиус прошла в рамках встречи «Друзей Сирии» и «друзья» перед решением рамочных вопросов должны были восстановить отношения, хотя бы на уровне заявлений.
Еще один пункт. Закон о криминализации отрицания Геноцида армян касается внутренней жизни Франции. Было бы правильнее, чтобы конституционностью, вероятностью или невероятностью этого закона занималось министерство внутренних дел или юстиции.
Президент Олланд должен сделать своему министру два замечания. Во-первых, чтобы он занимался вопросами только своей сферы, и, во-вторых, чтобы не ставил под сомнение его позицию хозяина своих обязательств. Но это уже внутригосударственные дел Франции, а ожидаемые замечания маловероятны.
Шаган Гантагарян
Главный редактор газеты «Аздак»
http://www.artsakhtoday.com