Кажется, что о без вести пропавших в войне (в особенности если речь идет не о солдатах, а о мирных жителях) можно мало что сказать… Но это только кажется. В действительности, если вдаться в подробности исчезновения человека, можно открыть для себя очень интересные факты, убедиться в истине, что солдат — это не только тот, кто стоит с оружием на посту, что есть люди, чье оружие… слово и поведение. Эти мысли пришли мне в голову, когда я уже в который раз смотрела на фотографию Альвины Багдасарян, что находится в нашем музее.
…Я смотрела на нее вместе с ее сестрой Жозефой, прибывшей в Степанакерт из далекого Лиона (Франция), куда ее забросила жестокая судьба. Она уехала из Арцаха на волне депортации…
Жозефа приехала в Арцах для участия в ежегодном мероприятии по случаю Дня памяти без вести пропавших воинов. В позапрошлом году из Лиона для участия в этом мероприятии приехала ее сестра — Эльза… По профессии Жозефа врач. Ее сопровождала жительница их села Жанна Петросян, которая была ученицей Альвины… Она и рассказала такие подробности о своей учительнице, что несколько дней я не находила душевного покоя…
Альвина — одна из 34 марагинцев, угнанных азербайджанцами в плен в тот злополучный день и пропавших без вести. Жанна рассказала нам об Альвине со слов жительницы Мараги Риты Карапетян, тоже взятой в плен, но которой удалось высвободиться из неволи. Прежде чем перейти к свидетельству Риты, хотелось бы представить читателю облик учительницы Альвины Багдасарян со слов Жанны.
— Ученики ее очень любили. В ней сконцентрировались лучшие человеческие качества. Казалось, она была лишена недостатков и обладала одними лишь достоинствами. Лично я другой такой не встречала… Приходить людям на помощь для нее было правилом ¹1. А какое сердце патриота билось в ее груди! Когда дни и ночи напролет Марагу защищали наши братья, сыновья и мужья, и не хватало продуктов, табака, ей, Бог знает откуда, удавалось доставать жизненно необходимые вещи (в те жестокие и напряженные дни табак для мужчин являлся таковым) и приносить ребятам из отряда. Все это она покупала на свои средства. У нее был просторный двухэтажный дом, и она поставила его на службу общему делу, нашей борьбе.
Жанна волновалась, голос ее прерывался. Волновались и мы. А я — больше остальных, потому что Жозефа хорошо знала обо всем этом. Жозефа… Она с замиранием сердца смотрела на фотографию любимой сестры. Смотрела так, что можно было прочитать ее мысли: «Здравствуй, сестра, видишь, я приехала, пришла встретиться с тобой, чтобы быть рядом в этот День… Мы никогда не забудем тебя, дорогая».
Из рассказа Риты Карапетян:
— Нас держали вместе как заложников (на самом деле пленников). У Альвины были золотые зубы, ей дали клещи и потребовали… собственными руками выдернуть свои зубы. Отлично понимая, что последует за отказом, Альвина «бросила перчатку» зверям: «Вам нужны золотые зубы, сами и выдергивайте». И они выдернули…
Альвина кричала от боли, и это еще больше приводило их в ярость. Кто-то достал пистолет и, целясь в ее колено, спросил:
— Скажи, кому принадлежит Карабах?
— Карабах принадлежит армянам, — с кровью на устах твердым голосом ответила учительница.
— Заткнись, тварь, я тебя еще раз спрашиваю, кому принадлежит Карабах?
— Карабах всегда был армянским и останется армянским, — харкая кровью, выговорила Альвина. В этот миг раздался выстрел… Колено Альвины было раздроблено, кровь хлестала из раны… Я больше не могла терпеть, с криком бросилась к Альвине, хотя знала, что ничем помочь ей не смогу, не позволят. Озверевшие азербайджанцы стали меня бить и потащили в другую комнату. Через стену я слышала, как ей задавали один и тот же вопрос: ну теперь скажешь, чей Карабах?.. На что следовал все тот же ответ: армянский, сволочи, армянский. Опять раздался выстрел… Но куда стреляли? Во вторую ногу или?.. Я так и не узнала. Меня перевели совсем в другое место…
В нашем музее фотографии 710 пропавших без вести. 710 личных дел.
710 биографий, увы, кратких. Кто знает, что происходило и происходит с каждым из них в тернистых объятиях плена и безвестности?.. Через что они прошли?..
710 без вести пропавших, из них 239 носили военную форму, остальные — мирные жители. Я уверена, что всех их можно назвать преданными солдатами родной земли, готовыми перенести любое испытание…
Армяне нелегко сдали Марагу. Да и о какой сдаче может идти речь, когда село находилось прямо в пасти зверя… Защищая Марагу, погибли Гагик Аванесян, Миша Габриелян, Лерник Галстян, Ваня Арутюнян, Ваня Ованнисян, Алик Авакимян, Вардан Арутюнян, Кима Багирян, Камо, Шамо, Гагик Саркисяны и другие. То, что произошло после гибели последнего солдата, не поддается описанию… Даже обобщая рассказы тех, кто чудом спасся из этого ада или вернулся из плена, невозможно передать то, что случилось в тот страшный апрельский день, когда азербайджанцы вторглись в село.
Разрубленные на куски, сожженные, обугленные тела, изнасилованные девушки… Череп 70-летней Норы Степанян был раздроблен. Амо Аракелян долгие годы работал в соседнем Мир-Башире, ремонтировал сельхозтехнику у азербайджанцев, но даже его, 90-летнего старика, не пощадили. Борик Варданян отпускал воду для орошения азербайджанских плантаций. Азербайджанцы отрубили ему голову, а на теле оставили надпись: «Хотел справедливости при распределении воды? Получай…».
Что мы знаем об участи заложников? О тех, кого уже нет в живых, или о тех, кто еще продолжает мучиться в тюремных застенках? Что делать тем, у кого, подобно Рите, нет спасшихся из плена, кто мог бы рассказать об их страданиях, а также правду об их поведении? Их судьба под завесой безвестности — с недоступными для нас подробностями. Но мы знаем, что они армяне, стало быть, терпеливо и достойно переносят все лишения, пытки, так же, как стойко выдержала их Альвина Багдасарян. Неужели она, Альвина, одна из матерей независимой и победившей страны, заслуженная учительница, возможно, уже… посмертно, не достойна правительственной награды?
Ставшая инвалидом, перенесшая инсульт 84-летняя Жозефа, опираясь на трость, затрудняется прямо смотреть в объектив фотокамеры: ее взгляд, сконцентрировавший в себе общую боль, устремлен на снимки на стенде.
А ты, дорогой читатель, услышав словосочетание «без вести пропавший азатамартик» и «армянский заложник», хотя бы на миг вспомни обо всем этом… Вспомни о без вести пропавших членах отряда Арабо, храбром разведчике Генрихе Айрапетяне, замученном в Баиловской тюрьме, но так и не сдавшемся на милость врагу Аркадие Петросяне (Наполеоне)… Вспомни о медсестре Наде, учительнице Альвине и всех тех, кто «беседует» с нами из далекой безвестности, но не языком безвестности. «Беседует» по-армянски, страдает по-армянски… Пожелай терпения оставшимся в живых и бессмертия павшим.Помянем усопших во имя живых.
Вера ГРИГОРЯН
Председатель Союза родственников без вести пропавших воинов,
мать без вести пропавшего
азатамартика
http://www.artsakhtert.com
