Ростовчане устроили пикет против решения Венгрии выдать Азербайджану Рамиля Сафарова, который убил офицера армянской армии. Как сообщает Информационный Центр газеты армян России "Еркрамас" со ссылкой на портал "Блокнот", возмущенные решением правительства Венгрии о выдаче убийцы в Азербайджан, представители армянской и курдской общин Ростова с плакатами вышли к зданию торгового представительства Венгрии.
Люди пришли с флагами Армении и России, транспарантами, на которых выразили свое возмущение действиям Венгрии: «Нет расизму и ксенофобии», «Венгрия, исправь свою ошибку», «Армянский народ не может простить ЭТО».
Генеральный консул Армении в Ростове-на-Дону Арарат Гомцян также высказал свою точку зрения на сложившуюся ситуацию: "Мы осуждаем действия Венгерского правительства. Правительство Венгрии пошло против демократии, против человечества. Получается, что любой человек может совершить преступление в Венгрии и будет оправдан".
Напомним, в 2004 году Венгерский суд приговорил азербайджанца Рамиля Сафарова к пожизненному заключению без права на помилование за убийство офицера армии Армении Гургена Маргаряна. В пятницу Сафарова выдали Азербайджану. Будапешт заявил, что это было сделано после гарантий Баку, что на родине он отбудет пожизненный срок. Но президент Ильхам Алиев помиловал бывшего военного сразу по возвращению в страну. Многие уже признали его национальным героем.
По некоторым данным, Азербайджан «выкупил» у Венгрии убийцу за 3 миллиарда евро. Известно, что из-за кризиса в Европе, Венгрия испытывала финансовые трудности. Несколько месяцев Азербайджан и Венгрия вели переговоры о выкупе долговых обязательств европейской страны перед Международным валютным фондом именно на эту сумму. Долгое время переговоры шли безуспешно, но странным образом вопрос решился одновременно с освобождением Сафарова.
Президент Армении Серж Саргсян объявил о разрыве дипломатических отношений с Венгрией. Ереван готовит протестные обращения к президентам стран — сопредседателей Минской группы ОБСЕ по карабахскому урегулированию.
Это первый случай в послевоенной Европе, когда государство открыто торгует правосудием.
