Город розового туфа, поэзии, пейзажей, беззастенчивого патриотизма и любимого коньяка Черчилля, Ереван не считается со временем. Допотопные рецепты уживаются в нем с современными и яркими скульптурами Барри Фланагана и Фернандо Ботеро, а фестиваль толмы и летний праздник обливания Вардавар проводятся с той же самоотдачей, что и всевозможные городские флешмобы.
Древняя история для армян – это всегда часть настоящего, а вместе с ним и будущего. И память о ней такая же вечная, как дымчатый силуэт Арарата. А еще здесь любят милые странности и откровенные парадоксы, поэтому даже памятник полководцу, который сидит верхом сразу на двух конях, или кинотеатр «Россия», построенный в виде китайской пагоды, ни у кого из местных не вызывает удивления. Мы пробовали: на мир и правда начинаешь смотреть с особенным умиротворением (тем, что на грани с отстраненностью), стоит лишь хлопнуть за обедом рюмку ароматной, мягкой, незлобной, но все равно жгучей абрикосовой водки. Впрочем, оказавшись на два выходных дня в Ереване, нелишним будет сделать еще пять вещей, помимо этой.
Зайти в ресторан и попробовать кюфту – взбитую до состояния облака говядину. А также кавурму, ламаджо, бохчу, хрчик – главное, не испугаться всех этих скупых на гласные незнакомых слов. Каждый второй рецепт, как правило, старинный, переживший римлян с персами, но сумевший сохранить свою примитивную прелесть. Камац мацун – нежнейший кисломолочный продукт, в буквальном смысле слова выжатый из жидкого мацуна, очень похожего на грузинский мацони. У тонкой пшеничной лепешки жингалов хац сумасшедший аромат горных трав и румяная корочка. Суп с участием крупы блгур, чечевицы, нута, фасоли, армянского щавеля авелюка и чернослива больше похож на кашу, и скрывает за брутальной внешностью настоящий океан страстей. Одна порция супа ариса, приготовленного из вполне диетической каши из пшеничной крупы с разобранным на ленточки куриным мясом, тянет на полноценный обед. А с кебаба из печени и почек, туго обернутого в парду (желудочную пленку), можно начинать знакомство с субпродуктами – если раньше вы еще сомневались.
Забраться на верхнюю площадку Большого Каскада и посмотреть на столицу Армении сверху вниз: на ее многолюдные (и всегда приветливые) улицы, на взлетающие ввысь струи фонтанов на площади Республики, на пляшущего на колоколе зайца Барри Фланагана и жирнющего, как всегда, кота Фернанда Ботеро, на утопающую в тумане гору Арарат. Гигантская 500-метровая лестница из молочного туфа со спрятанными внутри аркадами, экспозиционными залами современного искусства и многочисленными обзорными площадками, Каскад кажется идеальным местом для первых последовательных восторгов от Еревана. Это уникальное архитектурное сооружение, а не просто памятник или музей. Строительство было начато еще в 1970-х и длится до сих пор: по замыслу, Каскад должен соединять центр города с жилым массивом, расположенным высоко в горах. Снова оказавшись внизу, переведите дух за чашкой густого кофе по-восточному. А лучше побалуйте себя замороженным йогуртом.
Посетить вернисаж и блошиный рынок, дабы накупить тысячу кунштюков – от старинного утюга до шикарнейшей вазы авторской работы в виде граната – и понять: пора открывать собственный ресторан с армянской кухней. Иначе куда все это девать? Отсюда же можно увезти армянский дудук, иконы, полудрагоценные камни, кинжалы, ковры, медные джезвы, картины с армянскими пейзажами, советские значки, бюсты вождей, редкие монеты, пружинистые шнуры к телефонам, стеклорез, кофемолки позапрошлого века, «кукол счастья»… Да много чего! Отдается все за сущие копейки, в этом смысле не идя ни в какое сравнение с европейскими барахолками. Но все равно торговаться надо, таковы законы жанра. Фактурные продавцы кофе (в видавших лучшие времена бидонах) и ароматных карабахских лепешек с зеленью вносят свою долю колорита в общую пеструю суматоху.
Купить коньяка по заводским ценам на Ереванском коньячном заводе. Снаружи – огромные красные буквы ArArAt на краснокирпичном фасаде. Внутри – бочки, конвейеры, дегустации. Если захотите, устроят экскурсию по заводу и расскажут, как здесь сохраняют традиции производства легендарного коньяка – аж с 1887 года. Именно тогда купец Нерсес Таирян построил в Ереване первый винно-коньячный завод. В 1899 году предприятие перешло к знаменитому в России товариществу «Шустов и сыновья». А в начале XX века компания «Шустов и сыновья» получила статус поставщика двора Его Императорского Величества Николая II. Сегодня завод практически такой же символ столицы Армении, как гора Арарат. В его подвалах хранится огромный запас драгоценных коньячных спиртов, многие из которых залили в бочки еще в XIX веке. Есть коллекционные экземпляры, за которыми охотятся сумасшедшие любители и профессиональные энологи.
Уехать ловить форель на озеро Севан. Это развлечение на полдня: озеро находится приблизительно в часе езды от города. Здесь всегда праздник, в любую погоду много туристов, а у обочин стоят обязательные торговцы сувенирами и зазывалы, приглашающие оценить свой улов. На Севане если рыба – то лишь в крайнем случае сиг, а в первую очередь форель (которую здесь называют ишхан): сегодня известно четыре ее разновидности, и две из них почти утрачены. Голубоватая высокогорная рыбешка требует к себе исключительного отношения, и именно от нее, по примеру Сергея Довлатова (тоже, кстати, армянина), хочется «иметь троих детей». Форель в придорожных кафе подают тушенной с овощами и картошкой в глубокой сковородке или поступают с ней еще более церемонно: припускают в белом вине, набив ей жирное брюхо эстрагоном – исключительно через жабры, чайной ложечкой – а после сбрызнув гранатовым соком вместо лимона. Поверьте, она заслуживает и не таких реверансов.
Ольга Овчарова, http://restoratorchef.ru/
