Армянская сторона лишь «приостановила процесс ратификации протоколов», то есть новая ситуация не создана, документально оформлена уже существующая ситуация. Кстати, говоря «армянская сторона», я подразумеваю только и только Сержа Саргсяна. Конечно, данный шаг был упакован в традиционную красочную обертку «идя навстречу многочисленным просьбам трудящихся» - абзацем «учитывая совместное заявление политических советов партий политической коалиции в Национальном собрании от 22 апреля 2010 года», однако очевидно, что решение было единоличным.
Если Серж Саргсян даже после всего этого завтра поручит парламенту ратифицировать протоколы, то парламент с той же ученической старательностью сделает это. Просто в этот день речи будут несколько иного содержания, но выражение на лицах произносящих останется по-прежнему победным. Прискорбно, что у нас нет парламента. Государство уходит у нас из-под ног, и в целом у нас все меньше остается государства. Сегодня политическая воля одного должностного лица полностью вытеснила функцию государства по вынесению политического решения. К сожалению, это явление – не новое. Сегодня близится к концу процесс, который начался и содержал в себе тенденцию к углублению еще при прежних двух президентах. Просто злосчастные протоколы еще больше подчеркнули абсурдность ситуации.
Тем не менее, сам шаг по приостановке процесса ратификации протоколов нужно оценивать правильно: это необходимый, но недостаточный шаг. Будем надеяться, что шаги будут продолжены, поскольку каждый путь начинается с первого шага.
Что является самым важным во всем этом? Думаю, выводы и уроки. За всю свою новейшую история армянская независимая государственность впервые столкнулась с серьезным политическим испытанием и потерпела явное фиаско. Сейчас не время для тостов, нужно признать, что провал полный и абсолютный. Как иначе можно назвать результат, если государство поставило перед собой две задачи – установление дипломатических отношений и открытие границы - и в обоих случаях достигло нулевого результата? А был ли шанс добиться результата? Думаю, да. Ошибка заключалась не в цели, а в содержании протоколов. Они были перегружены двусмысленными формулировками и обоюдоприемлемыми положениями. Думаю, что в истории дипломатии эти протоколы останутся в качестве яркого примера безответственной попытки решения сложнейших проблем одним росчерком пера. Вначале было слово, и это слово оказалось неправильным. Если бы декларированные цели были зафиксированы двумя параграфами, то у нас сегодня была бы иная ситуация. На это мне могут возразить, что турки не пошли бы на это. Не пошли бы, то и мы бы не подписали, как не подписывали на протяжении, как минимум, 15 лет. И потом есть другие способы открыть границу: в конце концов, блокада Армении со стороны Турции противоречит ею же взятым международным обязательствам.
Конечно, в эти дни многие наденут на свои головы лавровые венки, однако нужно честно признаться, что вина и заслуга в приостановке процесса ратификации протоколов принадлежат Турции, а также тем, кто вел переговоры по протоколам с нашей стороны. Если бы Турция удовлетворилась de jure закреплением оккупации территорий Республики Армения (что закреплено признанием существующей границы) и нанесением смертельного удара процессу признания Геноцида армян (что закреплено созданием комиссии по вопросам исторической плоскости), то протоколы молча были бы ратифицированы. Однако Турция, как всегда, продемонстрировала политическую ненасытность. Плюс к своему завтраку и обеду, на ужин она захотела еще и вопрос Нагорного Карабаха.
Здесь необходимо коснуться двух вопросов:
а) Почему ей захотелось этого?
б) Какие у нее были основания для этого?
а) Целью Турции было и остается разрушение армянской государственности. Хочу уточнить: не нужно представлять «разрушение» только в виде движущихся караванов и рынков торговли женщинами и детьми, как это было в прошлом. Сегодня ситуация в мире изменилась. Сегодня разрушение армянской государственности осуществляется путем нейтрализации функций государства. Когда Республика Армения окончательно отступиться от стремления восстановить свои территориальные, материальные и нравственные потери, тогда она перестанет быть государством. Для замены канализационных и водопроводных труб, раздачи пенсий или сбора налогов не нужно иметь государство. Это можно сделать и на уровне провинции или вилайета. Армения может погибнуть в результате создания безвольного или антинационального турецкого протектората под названием Республика Армения. Турции понимает, что на этом пути Нагорный Карабах – непреодолимое препятствие. Пока армяне не согласились сдать Нагорный Карабах Азербайджану, а это начнется в свете красивых слов с разрушения состоявшейся оборонительной системы Нагорного Карабаха, значит, они все еще сохраняют последние остатки воли, направленной на то, чтобы быть нацией. То, что Турция последовательно настаивает на пожертвовании Нагорно-Карабахской Республикой во имя армяно-турецких отношений в прямом и переносном смысле, не имеет отношения к интересам Азербайджана. Если бы вопрос касался только интересов Азербайджана, то Турция с удовольствием вынесла бы его на аукцион, как, например, сделала в апреле 1920 года. В вопросе Нагорного Карабаха турецкая политика принуждения Армении к уступкам обусловлена сугубо турецкими интересами, а именно: стремлением превратить армян в нацию, имеющую государство, но лишенную государственности. Государственность – не оболочка государства, а воля к отстаиванию национальных интересов и способность к их осуществлению.
б) А какие основания были у Турции для подобных устремлений? Думаю, что они есть, и эти основания туркам дали мы. Когда с помощью протоколов мы так легко отказались от своей родины и превратили в предмет торга свою величайшую трагедию, протоколы стали весьма аппетитными, а аппетит приходит во время еды. Перед Турцией, известной своей прожорливостью, положили такой кусок, и ждать от Турции сдержанности, как минимум, наивно. В конце концов, не случайно, что тотемом Турции является серый волк – единственный зверь, который ждет не для того, чтобы насытиться, а для того, чтобы убить.
Следовательно, мы вместе с турками, хотя и не в той же мере, делим вину за провал процесса по установлению армяно-турецких межгосударственных отношений (абсурд, когда используются такие слова, как «примирение» или «нормализация»). Говоря «мы», я подразумеваю тех должностных лиц, которые вели переговоры и парафировали печально известные протоколы. Протоколы, в которых изначально было заложено множество мин замедленного действия. Наши политические саперы не выполнили своего дела, вследствие чего мы несем и будем нести неоправданные потери. Доля ответственности лежит и на всех тех государственных чиновниках, включая депутатов и так называемых ученых, которые получают заработную плату за счет наших налогов, и которым по должности положено говорить, указывать на мины, но которые, однако, из-за шкурничества промолчали. Ответственными за это должны быть все те, кто своей деятельностью или бездействием способствовали возникновению этой ситуации.
Если указом президента Республики Армения, с участием Национального собрания и заинтересованных органов будет создана межведомственная комиссия, целью которой станет изучение вопроса о том, каким образом была загублена приемлемая идея – установление дипломатических отношений и открытие границы, то мы все еще государство и нация. Если комиссия выяснит и нам разъяснит, как случилось, что переговорный процесс и парафирование злосчастных протоколов проводились с грубейшими нарушениями действующего законодательства, каким образом в протоколах оказались антиконституционные положения (вспомним, что Конституционный суд представил правовую позицию-комментарий и только с учетом этого вынес положительное заключение), значит, у президента действительно есть цель исправить ситуацию.
Если нет, значит, указ президента о приостановке процесса ратификации армяно-турецких протоколов носит сугубо формальный характер, и Чаренц в очередной раз оказался прав, сказав:
- Привет аркадаш Али,
- Победу делам Ильича:
Ара Папян, руководитель центра «Модус вивенди»
Armenia Today