Прохожие задерживались у здания Гюмрийской мэрии, невольно остановился и я: через оконный проем второго этажа округлого центра фасада краном проталкивали в помещение отреставрированную фреску Минаса Аветисяна "Армянская пастораль" (4 х 25 м).
Итак, отныне эта знаменитая фреска - собственность городской мэрии и лицезреть ее смогут главным образом чиновники, старейшины мэрии... Не об этом я мечтал все эти годы: вот уже лет десять, как рядом с Академией искусств кто-то соорудил 2-этажный каркас со сверхмощными швеллерами, балками и бросил все это на произвол судьбы. Можно было бы завершить строительство и основать в нем Музей фресок Минаса Аветисяна?
Землетрясение 88-го года не пощадило никого и ничего, в том числе и гениальные фрески Минаса Аветисяна на стенах столовых предприятий Ленинакана и культурных объектов ширакских сел.
После трагедии один из журналистов республики назвал эти фрески "гениальными ошибками Минаса", имея в виду факт их создания в зоне сейсмически повышенного риска. Собственно говоря, а что было делать Минасу? Как известно, жил он не на широкую ногу, чего очень заслуживал, а временами даже нуждался. Слава богу, в правительстве догадались поддержать его и предложили "халтуру". Гении не умеют халтурить, они всегда творят в свое удовольствие, поэтому и рождаются шедевры искусства. Я всегда был уверен, что Великий джаджурец за свою работу получал мизерную часть действительной стоимости своих фресок - они уже сегодня бесценны.
В 1994 году на заседании правления Союза интеллигенции Гюмри была предложена схема восстановления фресок художника: основать Всеармянский фонд "Минас Аветисян", на собранные средства организовать за рубежом подготовку специалистов с тем, чтобы они, вернувшись на Родину, занялись реставрацией фресок. Тогда предложения были отвергнуты со следующими мотивировками: никогда не собрать требуемую сумму, подготовка кадров реставраторов - это обязанность государства, а не общественной организации, за гроши реставраторы не будут работать и т.д.
Время доказало, что все эти доводы были пустыми оговорками. Стоило государству, гюмрийской мэрии и олигархам обернуться лицом к фрескам Минаса, пострадавшим во время землетрясения, как стали решаться проблемы, до этого казавшиеся неразрешимыми: был основан фонд "Минас Аветисян", председателем попечительского совета которого стал сын художника Арман Аветисян, а в Италию были отправлены молодые люди для обучения реставраторскому искусству, на восстановление фрески "Армянская пастораль" Гюмрийская мэрия выделила из местного бюджета 37 млн драмов и т.д.
Общественные страсти вокруг фресок Минаса Аветисяна кипели всегда. Особого накала они достигли в Гюмри, когда фрески стали восстанавливаться и вывозиться в Ереван, устанавливаться в организациях, имеющих общественно-политическую значимость. Что плохого в том, что их будут лицезреть официальные гости Армении, которые лишь понаслышке знают нас и нашу республику, а наши соотечественники, покидающие родину навсегда, увидев фрески Минаса, еще раз задумаются над смыслом жизни и запомнят: двух родин не бывает. И в горе, и в радости - Родина одна!
Как ни странно, перенос фресок Минаса в Ереван гюмрийцы объявили незаконным (следовательно, их реставрацию тоже). Удивительно наивна и аргументация данного утверждения: "В 70-х годах за фрески Минасу выплачивались средства из фондов предприятий, создаваемых нашими родителями", следовательно, эти фрески - собственность Гюмри. Однажды я высказал мысль, что эти шедевры искусства не могут считаться собственностью ширакцев, поскольку они - общенациональное достояние. Как же тут все ополчились против меня! Как бы там ни было, напрасными были волнения этих лет, дебаты, так и не ставшие конкретным делом, обиды на правительство, таскания Армана Аветисяна, выступившего против мнения гюмрийцев, по судам и многое другое. Хотя все это уже в прошлом, но неприятный осадок остался: больно за Гюмри и гюмрийцев...
Свои фрески Минас создавал в Шираке 70-х годов, я не раз обозревал их и каждый раз отходил от них в задумчивости, проникнутый минасовским лиризмом. В чем нескончаемое обаяние произведений Минаса? Ему достаточно нескольких мазков и линий, чтобы запечатлеть присущие и самые характерные черты своей родины и ее людей, это - Армения, Ширак и его люди: Великий джаджурец был великим певцом Ширака.
Землетрясение пощадило стену столовой шлифовального завода, но испещрило "Армянскую пастораль" на 420 кусков, которые с годами стали отваливаться, и недалек был день, когда от фрески не осталось бы ничего. Правительственным постановлением от 2 февраля 2011г. было решено пригласить из зарубежья специалистов, отреставрировать "Армянскую пастораль" за счет городского бюджета и установить фреску в здании Гюмрийской мэрии.
Фабрицио Якобини из Италии согласился выполнить работу со своей командой за 37 млн драмов. Учитывая размер фрески, выходит, что за каждый квадратный метр уплачено 37 тыс. драмов, а это - никакие не большие деньги за подобную работу, что, естественно, сказалось на перерасчетах - были произведены непредвиденные расходы в пределах 7 млн драмов.
Реставрация фресок - это сложная и многоэтапная работа. Отсутствующие куски фрески реставраторы покрыли более бледными красками, подчеркнув линии и мазки, не принадлежащие кисти Мастера. В начале сентября реставраторы приступили к последнему этапу работы - удалению слоя клея с фрески. Согласно договоренности, мэрия обязана была выплатить к этому времени оставшиеся 6 млн и сумму непредвиденных расходов, но она не торопилась: высшие чины мэрии, крайне обиженные на власти и гюмрийцев в связи с выборами в местные органы самоуправления, самоустранились от дел. Тогда им было не до фресок Минаса.
Как тебе на новом месте, "Армянская пастораль, измученная землетрясением, бесхозностью и пересудами?
Юрий АРУТЮНЯН, "Голос Армении"