ДОРОГА ЖИЗНИ
Для Гамлета Вартановича Максапетяна (1920-1991 гг.), инженера-полковника запаса, доктора технических наук, профессора, война началась задолго до 22 июня 1941 года - с финской, на которую он был призван с первого курса физического факультета Московского университета в 1939 году. А потом были 1418 дней Великой Отечественной, из которых весь самый страшный первый год - участие в обороне Ленинграда. Потом были Сталинград, Курская дуга, бои за освобождение Украины, Румынии, Польши, Чехословакии - из этих вех сложились 1418 военных дней кавалера двух орденов Красного Знамени Максапетяна. Предпобедный апрель 45-го командир отдельного автотранспортного полка майор Максапетян встретил с союзниками на Эльбе.
ОСАЖДЕННЫЙ ГОРОД
Есть на берегу Ладожского озера, около Осиновецкого маяка, памятник, воздвигнутый героям знаменитой Ладожской трассы. Это бетонная площадка с отпечатками протекторов автомобильных шин. Вокруг площадки стоят полуарки, между которыми оставлен маленький просвет, - легендарная Дорога жизни.
Младший лейтенант Гамлет Максапетян командовал на Ладоге одним из взводов 389-го автотранспортного батальона. Вспоминать о жестокостях и страшных буднях войны он не любил. Как-то в ответ на мое потрясение: "Пап, неужели правда заградотряды стреляли по своим?" - стиснув зубы, сказал: "Правда, дочка, правда". - "А правда, что в Берлине наши солдаты?.. " - "Было... Все было... Война ведь корежит и победителей..." Дорога жизни была исключением - о ней он вспоминал часто и с гордостью. Может, потому, что этот период войны был освящен высочайшей степени стойкостью и жертвенностью простых людей, а может, потому, что остаться там живым было чудом. А дальше были уже "просто" военные будни...
Чтобы понять, как велика была роль этой дороги для осажденного Ленинграда, нужно вспомнить, что, не сумев захватить город с ходу, фашистское командование все свои надежды связывало с блокадой. Гитлер цинично заявил, что Ленинград умрет голодной смертью. Воздушным путем нельзя было переправлять грузы в таком количестве, какое требовалось для почти трехмиллионного населения и войск фронта. Блокированному городу нужны были продовольствие, топливо, вооружение, боеприпасы, медикаменты. Надо было эвакуировать в тыл детей и стариков, больных и раненых.
На берегу Ладожского озера вырос порт, перевозками водным путем руководил член Военного совета Ленинградского фронта адмирал И.С.Исаков. Начало блокады Ленинграда исчисляется с 8 сентября 1941 года, а уже 9 сентября первый транспорт доставил в город грузы. Плавание по озеру в осеннее время под непрерывными обстрелами с берега и бомбежками с воздуха было настоящим подвигом. Однако с середины ноября лед сковал озеро и водные перевозки стали невозможными. Угроза голода казалась неизбежной. Одним из самых зловещих дней блокады стало 13 ноября 1941 года, когда было объявлено о доведении суточных норм хлеба для ленинградцев до 125 граммов.
Таковы были условия, когда Военный совет фронта принял решение создать автотранспортную дорогу через озеро. Разведка на Ладоге позволила наметить трассу между прибрежными поселками Кобона и Осиновец. Сотни автомобилей были сосредоточены на западном берегу озера в ожидании, пока окрепнет лед. Для ледовой переправы требовался 200-миллиметровый лед на всем протяжении трассы. Лед, однако, несмотря на крепчайшие морозы, нарастал медленно...
ЛЕДОВАЯ ТРАССА
- Мы, бойцы и командиры, обслуживавшие дорогу, знали, что в Ленинграде нет продовольствия, что и та голодная норма, которая была установлена 13 ноября, не обеспечена необходимыми запасами. И вот 22 ноября, когда толщина льда составляла всего около 100 миллиметров, колонна из 58 полуторатонных автомобилей ГАЗ-АА сошла на лед, - вспоминал в год 30-летия прорыва блокады, в 1974г., Г.В.Максапетян в своей статье "Величие подвига". - Для обеспечения безопасности шоферов и командиров дверцы с автомобилей были сняты. В кузове каждого автомобиля были лом, лопата, одно-два бревна. Позади колонны следовала "летучка" технической помощи. На подножке головной машины ехал майор Василий Антонович Порчунов - командир прославленного 389-го автобатальона.
Тонкий, осенний лед Ладоги трещал, прогибался под колесами, а образовавшиеся трещины, словно лучи, разбегались из-под колес, выпуская воду на поверхность льда. Но нам удалось пересечь озеро, потеряв лишь одну машину, и в первый же рейс доставить Ленинграду более 30 тонн муки.
Так началась героическая эпопея Дороги жизни, длившаяся более 150 дней и ночей. Круглые сутки под непрерывным огнем береговых батарей и бомбардировок противника с воздуха работала дорога, обеспечивая Ленинград и фронт продовольствием, горючим, боеприпасами, эвакуируя население и раненых, перевозя оборудование из осажденного города.
Работа на дороге была непрерывным боевым подвигом. В суровой, почти полярной обстановке, в снежные бураны и метели, в леденящие морозы и туманы водители автомобилей совершали рейсы с бесценным грузом. При бомбежках тяжелыми фугасками целые пласты льда переворачивались вместе с находящимися на них машинами. Для многих моих боевых товарищей Ладога стала братской могилой. 27 ноября от осколка бомбы погиб отважный, никогда не унывавший лейтенант Ваня Буравлев, бывший танкист, пришедший на Дорогу жизни вместе со мной. Погибли лейтенанты Вася Быков - московский студент и Сережа Крутовский - одессит. Утонули, спасая свои машины с мукой, водитель Садор Кавязин из Кирова и ленинградский таксист Миша Попов. Провалился под рыхлый апрельский лед водитель Вася Руднев. Погибли многие другие. Они навечно останутся в нашей памяти двадцатилетними...
...Последний рейс герои Ладоги совершили 24 апреля 1942 года, когда у берегов метров на двести уже была чистая вода. В этот день они доставили на ледяное поле репчатый лук - первомайский подарок Большой земли ленинградцам. Дальше его везли на автомобилях и лошадях. Затем бойцы и командиры взваливали мешки на плечи и несли их сначала по рыхлому льду, а последние сотни метров - по пояс в студеной воде...
40 ЛЕТ СПУСТЯ
1985 год. Карелия. Туристический лагерь г. Сортавало. Пожилой начальник лагеря вчитывается в мой паспорт и...: "А кем вам приходится Гамлет Максапетян?" Услышать такой вопрос за тысячи километров от дома, в далеком карельском лесу... Как, что, откуда? "Мой отец..." - "Ух ты! Жив-здоров наш командир?"
Весь вечер проговорили мы с Яковом Михайловичем Басиным. Вернее, говорил и рассказывал, конечно, он - бывший водитель одной из полуторатонок Дороги жизни, рядовой взвода лейтенанта Максапетяна. Сорок с лишним прошедших с той зимы лет ничего не стерли из его памяти: сотни рейсов по льду, имена погибших друзей, уходящие под воду тяжелые грузовики с бесценным грузом и бесконечная благодарность тем, кто бросался на помощь, не думая о себе, рискуя жизнью...
"Ну и мужик был твой отец! Первым в шугу прыгал, чтоб спасти водителя или хоть что-то из груза. Настоящий мужик! Шофера наши уважали его очень, слушались... Кончил войну командиром полка? Сейчас профессор? Я и тогда чувствовал: жив останется, большим человеком станет..."
Сам Яков Михайлович шоферил до конца войны, дошел до Берлина, вернулся в Ленинград и до пенсии проработал на одном из здешних заводов. Он был намного старше папы, так что скорее всего его уже тоже нет в живых...
А после его рассказа, помню, вертелась в голове только одна мысль: "настоящему мужику и командиру" был 21 год!
Слава богу, жива благодарная память детей и внуков о тех, кто прошел дорогами страшной войны, чтобы проложить дороги нашей жизни. Большинство из них не дожили до 65-летия Великой Победы. Вечная им память! И достойной старости и благодарности потомков тем, кто жив.
Карина МАКСАПЕТЯН, "Голос Армении"