Тема открытия аэропорта в Арцахе продолжает оставаться ключевой в перипетиях карабахского процесса. На фоне уже подзабытых и изначально умозрительных намерений сопредседателей разработать механизмы расследования приграничных инцидентов возобновление работы аэропорта стало по сути дела единственным предметным вопросом, в который на настоящем этапе упирается весь процесс урегулирования. Принципиальность проблемы подчеркивается очередным беспрецедентным шагом Баку - законодательным закреплением права сбивать гражданские самолеты и непоколебимостью армянской стороны в решимости открыть аэропорт. В очередной раз об этом заявил в ходе предвыборных встреч действующий президент РА, отметив, что аэропорт начнет работать в ближайшее время.
На этом фоне в Париже 28 января состоялась встреча сопредседателей с министрами иностранных дел Армении и Азербайджана, по итогам которой по традиции было принято заявление. Теме аэропорта в нем уделена всего одна фраза, однако достаточно красноречивая: посредники обсудили этот вопрос с министрами, но не сказали ничего нового, сославшись на собственные заявления от 14 апреля 2011 года и 13 июля 2012г. и подчеркнув тем самым, что их позиция остается неизменной. Стоит в этом контексте вспомнить, что именно говорилось в этих заявлениях.
Итак, 14 апреля 2011 года, то есть без малого два года назад, сопредседатели Минской группы выражали свою "обеспокоенность планируемым открытием аэропорта в Нагорном Карабахе, которое может привести к дальнейшему возрастанию напряжения". Они оговаривали, что выполнение полетов не может быть использовано для поддержки изменения статуса НК в рамках международного права, призывали стороны достичь взаимопонимания в трактовке международных конвенций и учитывать существующую между Арменией и Азербайджаном практику полетов над их территориями. Наконец, сопредседатели приветствовали заверения сторон об отказе от угроз и атак в отношении гражданских самолетов, стремление решить вопрос дипломатическим путем и избегать его политизации.
В заявлении, принятом более года спустя - 13 июля 2012 года, сопредседатели были лаконичны. Они вновь заявили о полученных от сторон заверениях воздержаться от применения силы в отношении гражданских самолетов и повторили практически все остальные пункты предыдущего заявления. Кроме одного, но весьма существенного: в июльском документе отсутствовала фраза о том, что открытие аэропорта может привести к возрастанию напряженности. Именно эта весьма существенная деталь позволила экспертам предположить, что вопрос аэропорта практически решен.
Однако очень скоро позиция Баку круто изменилась. Напомним, что вскоре после этого заявления - спустя полтора летних "мертвых" месяца, регион взорвали передача Венгрией Азербайджану и немедленное помилование и героизация будапештского убийцы - Рамиля Сафарова. На официальный Баку посыпался шквал всевозможных заявлений с осуждением этого позорного шага, с которыми выступили лидеры наиболее авторитетных международных организаций и крупных держав, множество политиков и правозащитников. Дольше всех этот курс выдерживали Соединенные Штаты: отреагировав первым, Белый дом затем неоднократно требовал объяснений как от Венгрии, так и от Азербайджана. Правда, спустя пару месяцев Вашингтон благополучно забыл о своей "принципиальной" позиции.
Переждав этот шквальный огонь, Баку ринулся в атаку. И главной мишенью стал Степанакертский аэропорт. Игнорируя очевидно данные посредникам заверения в отказе от насилия, алиевский режим от словесных угроз перешел к действиям, на уровне закона закрепив свое "право" сбивать гражданские самолеты, пользующиеся аэропортом Арцаха.
Опасные капризы и легкомысленные отказы от собственных обязательств, конечно, не новость в поведении Баку. Однако в данном случае важнее другое: в то время как на уровне Минской группы сопредседатели фактически подтверждают лояльный подход к открытию аэропорта, на уровне государственном посредники - по меньшей мере, двое из них - не только не осуждают, но и в ряде случаев идут на поводу агрессивных намерений Баку. Так, ни одна из стран - членов Минской группы и ее сопредседательства не выступила по поводу принятого в Баку закона, откровенно противоречащего нормам международного, в том числе гуманитарного, права (об этом, кстати, детально говорилось в статье, опубликованной 24 января на сайте американского издания Eurasianet.org.). А посол США в Баку Ричард Морнингстар неоднократно заявлял и буквально накануне последней встречи в Париже повторил, что, дескать, сопредседатели МГ считают, что "стороны должны воздерживаться от шагов, которые могут нанести удар по мирному процессу".
Напомним г-ну Морнингстару, что не только в июльском заявлении сопредседателей, но и в озвученной в ноябре прошлого года позиции его непосредственного работодателя - Госдепа США - представитель последнего Виктория Нуланд ни слова не сказала о возможном "ударе" по мирному процессу в связи с открытием аэропорта. Она лишь подчеркнула то, что уже заявляли посредники, призвав найти дипломатическое решение вопроса "в соответствии с международными соглашениями, международным правом и нынешней практикой между Арменией и Азербайджаном в отношении гражданских авиаперевозок". Последнее заявление посредников - от 28 января - подтверждает эту позицию, а тот факт, что июльский документ 2012г. был принят по времени значительно позже апрельского от 2011г., заставляет думать, что они не считают открытие аэропорта потенциально опасным шагом для мирного процесса.
С аналогичным морнингстаровскому заявлением выступил в ноябре и посол России в Азербайджане В. Дорохин. Это невольно наводит на мысль о том, что послы в Азербайджане, сознательно искажая позицию своих стран в формате сопредседательства в Минской группе, просто-напросто потакают агрессивным намерениям Азербайджана. В связи с этим очень хотелось бы задать этим дипломатам один-единственный вопрос: может ли эксплуатация гражданского аэропорта, являясь реализацией права жителей Нагорного Карабаха на свободу передвижения, больше помешать мирному процессу, нежели помилование и героизация на государственном уровне преступника, осужденного судом европейской страны на пожизненное заключение за убийство, совершенное по этническому признаку?
Впрочем, ответа от послов мы, конечно же, не ожидаем. И прежде всего потому, что как в вопросе Сафарова, так и - особенно - в вопросе Степанакертского аэропорта отразился корневой подход международного сообщества в лице посредников к карабахской проблеме в целом: политика прежде права. Призывая стороны не политизировать открытие аэропорта, сопредседатели сами подают яркий пример политизации этого преимущественно гуманитарного вопроса, не желая признавать фундаментальный постулат: народ Арцаха, вне зависимости от признанности или непризнанности государства, имеет такие же общечеловеческие права, как и народ любой другой страны, в том числе Соединенных Штатов и России.
Марина ГРИГОРЯН, "Голос Армении"