Военный трибунал вооруженных сил Турции вынес приговор по делу об убийстве в армии армянского юноши Севака Шаина Баликчи. Суд счел, что убийство было совершено по неосторожности, и назначил виновному предельно мягкое наказание — 4,5 года лишения свободы. Быть может, к судьбе 25-летнего стамбульского армянина внимания было бы меньше, если бы инцидент произошел в иной день. Все дело в том, что сослуживец-турок застрелил парня 24 апреля — в день, когда армяне всего мира чтут память жертв учиненного турками геноцида. Есть немало оснований подозревать, что это — не простая случайность. Приговор суда очень многим в Турции кажется несправедливым.
Севак Шаин Баликчи был призван на действительную воинскую службы по окончании факультета изящных искусств Технического университета Стамбула. Служил рядовой Баликчи в части внутренних войск, дислоцированной в районе Козлук провинции Батман. Командиры характеризовали его исключительно положительно. За день до инцидента мать Севака Ани Баликчи говорила с ним по телефону. У сына было хорошее настроение. Накануне мать послала ему пасхальные яички и куличи. Но отпраздновать Пасху он не успел. В полдень 24 апреля Севак был убит. Убийство произошло вне территории воинской части. Согласно официальной версии, Баликчи и его сослуживцу Кванчу Агаоглу было поручено обеспечить безопасность группы ремонтников, которые занимались починкой ограждения боевого опорного пункта. Оба были вооружены. Как следует из донесения, составленного командованием воинской части, сослуживец “в результате небрежного обращения с закрепленным за ним оружием произвел случайный выстрел в область брюшной полости работающего неподалеку Севака Шаина Баликчи”. В то же время в другом рапорте отмечалось, что убийство стало следствием неудачной шутки друга потерпевшего. Но самым примечательным является тот факт, что в первом рапорте о случившемся говорилось, что очевидцев инцидента не было. В таком случае, откуда у командования такая уверенность в том, что все произошло именно так?
Подлинность официальной версии случившегося изначально показалась сомнительной. Родители Севака следствию и суду не верят. Отец убитого Гарабет Баликчи в беседе с турецкими журналистами заявил: “Очень странно, что наш сын был убит 24 апреля, в день, когда мы отмечали очередную годовщину трагических событий 1915 года. Все это нас заставляет сомневаться в правдивости официальной версии”. Мать погибшего в свою очередь заявила: “Не верю, что мой сын 24 апреля погиб от случайной пули”. Но центральные турецкие газеты продолжают настойчиво твердить, что “родители призывают всех не связывать смерть сына с событиями 1915 года”. Смелее родителей высказывается невеста Севака Мелани Кумруян. Она рассказала представителям прессы о том, что незадолго до инцидента командир части жестоко избил ее жениха. Севак решился подать жалобу на командира, чем вызвал его еще большую ярость. Тот грозился убить, а затем сжечь его тело. “Я не верю, что Севака убили в результате шутки. Такого количества совпадений быть не может”, — сказала невеста.
Следственные органы категорически отказались подтверждать просочившиеся в прессу сведения о том, что утром 24 апреля в воинской части Козлука между Севаком и его сослуживцами-турками возник спор, связанный с оценкой событий 1915 года. Суд почему-то не уделил должного внимания сведениям, подтверждающим факт того, что Кванч Агаоглу накануне убийства не раз угрожал Севаку Баликчи. Солдат, служивший вместе с убитым и убийцей, дал на суде показания о том, что Кванч однажды грубо сказал Севаку: “Готовься, толстячок. Я тебя убью”. Эти сведения подтверждает и другой свидетель. Некий высокопоставленный военный, чье имя не сообщается, заявил на суде, что после убийства Севака к нему подошел военнослужащий-очевидец и сказал, что Кванч Агаоглу грозил Севаку убийством. А рядовой Халил Экши, ставший очевидцем инцидента, на суде заявил: “Подозреваемый Кванч и его семья, в частности дядя, просили меня дать показания в его пользу. В действительности я видел тот момент, когда Кванч Агаоглу снял свое оружие, направил его в сторону Севака и выстрелил. Именно так был убит Севак. Почему Кванч выстрелил в Севака, я не знаю”.
Так из-за чего все-таки Агаоглу застрелил сослуживца? Есть ли факты, доказывающие, что причиной убийства Севака стала его национальная принадлежность? Косвенные улики свидетельствуют именно об этом. Правозащитница Айше Гюнайсу выяснила, что Кванч Агаоглу состоял в радикальной националистической группировке. “Убийца был турецким ультранационалистом, который не скрывал свои взгляды на своей странице на Facebook. Они были быстро удалены”, — сказала Гюнайсу в интервью стамбульским журналистам. Севак тоже имел на Facebook свою страничку. “У меня есть причина бояться. Моей жизни угрожает опасность”, — написал он в социальной сети незадолго до смерти. Депутат турецкого парламента от курдской партии “Мир и Демократия” Нурсель Айдоган, сопоставив все известные ему факты, заявил: “Это было специально подготовленное убийство, и осуществлено оно было 24 апреля — в день армянской резни — не случайно”.
Убийца и в течение предварительного расследования и в ходе судебного разбирательства вел себя слишком уверенно. Вопреки логике и закону служители Фемиды сочли уместным предложение прокуратуры не задерживать Кванча Агаоглу, так как “в его действиях не было злого умысла и у него нет причин для побега”. Мерой пресечения была выбрана всего лишь подписка о невыезде. Агаоглу демонстрировал самоуверенность и диктовал суду условия. Он, в частности, потребовал, чтобы ему были предоставлены телохранители, так как армянские радикальные группировки типа АСАЛА якобы готовят на него покушение. Судья спокойно терпел все эти выходки убийцы. Более того, на последнем заседании судья заявил, что должен вынести такой приговор, чтобы ему не было стыдно смотреть в глаза обеим семьям. Имеются в виду семьи убитого и убийцы. С какой это стати судья беспокоится о том, чтобы понравиться родственникам преступника? Его единственной заботой должно быть торжество справедливости. Как и следовало ожидать, справедливость не восторжествовала.
Артем Ерканян, "Новое время"