9 октября 1995 года на Аландских островах состоялись переговоры под эгидой Минской группы ОБСЕ, в которых приняли участия все три стороны карабахского конфликта. Делегацию НКР возглавлял министр иностранных дел НКР Аркадий Гукасян, Ереван и Баку были представлены заместителями министров иностранных дел Варданом Осканяном и Тофиком Зульфугаровым. На переговорах обсуждались пункты Большого политического соглашения. В качестве решения конфликта была рассмотрена модель автономии Аландских островов. В ходе переговоров имел место обмен репликами, ставший расхожей шуткой, которую упоминают, когда говорят об Аландской модели. Когда Аркадий Гукасян сказал, что да, модель замечательная, но ведь вы же не финны.
Таким образом, с марта 1994 по апрель 1997 года регулярно проводились трехсторонние переговоры по политическому урегулированию нагорно-карабахского конфликта под эгидой ОБСЕ. Переговоры проходили при посредничестве сопредседателей Минской группы ОБСЕ сначала от России и Швеции, затем — России и Финляндии; при участии наблюдателей от секретариата СНГ и межпарламентской ассамблеи СНГ. Раунды проводились, как правило, попеременно в Москве и столицах других стран-сопредседателей (Швеция, Финляндия). Однако такое положение дел не устраивало азербайджанскую сторону, которая, вопреки действительности и документам ОБСЕ, трактовала и ныне трактует нагорно-карабахский конфликт как «агрессию Армении против Азербайджана с целью оккупации Нагорного Карабаха». Поэтому азербайджанская сторона стремилась изменить формат переговорного процесса, выключив из него НКР – непосредственную сторону конфликта.
С 1998 года, когда к власти в Армении пришел Роберт Кочарян, бывший президент НКР, переговоры были переведены в формат встречи президентов Армении и Азербайджана и глав МИД этих стран. Таким образом, на сегодняшний день внешнеполитическая деятельность НКР по урегулированию конфликта локализовалась в практике контактов с сопредседателями Минской группы ОБСЕ. Вместе со сменой формата переговоров Баку добился смены образа конфликта – представив Нагорный Карабах не субъектом, а объектом конфликта, в качестве стороны конфликта рассматривалась уже только Армения. В данной ситуации следует отметить, что в нарушение собственных ранее принятых документов ОБСЕ, сопредседатели в своих многочисленных заявлениях, интервью и отчетах нарочито акцентировали внимание лишь на двух сторонах конфликта. В дискурсе стали использоваться такие словосочетания, как «Армения и Азербайджан», «обе стороны» и т.д.
В настоящее время процесс урегулирования нагорно-карабахского конфликта происходит на основе так называемых «Мадридских принципов» — базовых принципов по урегулированию конфликта. Они были выдвинуты сопредседателями Минской группы ОБСЕ в ноябре 2007 года в Мадриде, однако были конфиденциальны и недоступны широкой общественности. Несмотря на это, некоторые важные пункты этого документа через утечки, все-таки, попали в СМИ и стали достоянием общественности. После чего базовые принципы вскоре официально были озвучены 10 июля 2009 на саммите G8 в Л’Аквилле президентами Российской Федерации, Соединенных Штатов Америки и Франции. Затем через год, вновь на саммите G8, теперь уже в канадском городе Мускока Д. Медведевым, Б. Обамой и Н. Саркози были еще раз подтверждены обновленные мадридские принципы. До сегодняшнего дня базовые положения документа активно критикуются общественностью всех участников конфликта: Армении, Азербайджана и Нагорно-Карабахской Республики. В частности, обновленные мадридские принципы содержат следующие положения:
- возвращение территорий вокруг Нагорного Карабаха;
- промежуточный статус для Нагорного Карабаха, обеспечивающий гарантии безопасности и самоуправления;
- коридор, связывающий Армению с Нагорным Карабахом;
- определение будущего окончательного правового статуса Нагорного Карабаха путем имеющего обязательную юридическую силу волеизъявления его населения;
- право всех внутренне перемещенных лиц и беженцев на возвращение в места прежнего проживания;
- международные гарантии безопасности, включая миротворческую операцию
Многие в Нагорно-Карабахской Республике полагают, что в случае заключения соглашения об основных принципах их потери как «победившей стороны» перевесят выгоды. Элитам НКР хотелось бы видеть ясную перспективу обретения независимости Нагорного Карабаха, и в целом они утверждают, что основные принципы ее не гарантируют.
В этом контексте примечательно выступление президента НКР Бако Саакяна, который в 2010 году на встрече с действующим председателем ОБСЕ Канатом Саудабаевым, заявил следующее: «Поскольку НКР не участвует в переговорном процессе, естественно, что официальный документ сопредседатели нам не предоставляют. Однако это не означает, что мы не знакомы с содержанием того или иного документа. Естественно, что мы знакомы и с пунктами обновленных принципов. Но мы, опять же, повторяем: без участия НКР ни разработка этих документов, ни их дальнейшее обсуждение, ни достижение какого-либо соглашения в рамках этих документов невозможны».
При этом особо отметим то обстоятельство, что впервые с 1998 года, руководство Нагорно-Карабахской Республики официально потребовало от действующего председателя ОБСЕ восстановить трехсторонний переговорный формат, утвержденный на саммите организации в Будапеште (1994 год). Камнем преткновения здесь, по большему, счету является не столько вопрос освобождения территорий вокруг Нагорного Карабаха, сколько неопределенный в будущем статус НКР. Хотя, безусловно, вопрос 7 районов контролируемых ВС НКР, так же важен, поскольку в НКР, в дискурсе закрепился термин «освобожденные территории».
Кроме того, по Конституции НКР 2006 года эти территории являются неотъемлемой частью де-факто государства и составляют территориальную целостность НКР. И когда Серж Саргсян называет данные территории«зоной безопасности», это вызывает раздражение среди карабахской элиты, поскольку зона безопасности подразумевает вывод войск и возвращение этих территорий Азербайджану при международных гарантиях безопасности НКР. На такой шаг карабахская элита пока пойти не может. Более того карабахские власти подчеркивают что НКР не принимала участия в обсуждении данного документа и, конечно, не несет ответственности за его содержание. «Власти Нагорного Карабаха неоднократно заявляли, что без учета воли и согласия НКР любое решение несостоятельно» — заявил Георгий Петросян, будучи министром иностранных дел НКР.
Таким образом, актуализировался вопрос смены формата ведения переговоров – включения Нагорно-Карабахской Республики в процесс выработки мирного договора. О требовании включить НКР в переговорный процесс несколько раз выступал президент НКР, обосновывая это тем, что ни одна договоренность, принятая Арменией и Азербайджаном за столом переговоров без согласования с НКР не будет реализована. При этом, на фоне вялотекущего переговорного процесса власти Азербайджана все чаще стали оперировать воинственной риторикой. Благодаря сверхприбыли от продажи углеводородов, Баку ежегодно увеличивает свой военный бюджет и закупает в огромных количествах вооружение. В свою очередь президент Армении отвечает: «Я уверен, что если вдруг придет час, мы сможем не просто повторить то, что имело место в 1992-94 годах, а окончательно решим проблему, окончательно закроем этот вопрос».
Кроме воинственной риторики, которая постоянно звучит в адрес Армении и НКР, власти Азербайджана, называя Армению и армян оккупантами, возвели антиармянскую идеологию в ранг государственной политики. Ярким примером данной политики стало так называемое дело Рамиля Сафарова. 19 февраля 2004 года в Будапеште на языковых курсах английского языка в рамках программы НАТО «Партнерство ради мира» азербайджанский офицер Рамиль Сафаров ночью зарубил топором спящего армянского офицера Гургена Маргаряна. В результате венгерский суд приговорил Сафарова к пожизненному заключению без права на помилование в течение 30 лет.
31 августа 2012 года Рамиль Сафаров был экстрадирован в Азербайджан, где в тот же день указом президента Ильхама Алиева был помилован, получил звание майора, квартиру, а также жалование за последние 8 лет. Азербайджанский офицер, зарубивший спящего армянского офицера, был возведен в ранг героя и примера для подражания. Дело Сафарова вызвало широкий резонанс в международном сообществе. Экстрадицию, помилование и героизацию Сафарова в Азербайджане осудили президент США Барак Обама, госсекретарь, внешнеполитические ведомства ряда стран, включая Россию и Францию, генсек Совета Европы, генсек ОДКБ, НАТО, Европарламент, ряд видных западных политиков и международных правозащитных организаций.
После этого, официальная риторика армянской стороны ужесточилась, а позиция стала более бескомпромиссной. «В этой стране растет целое поколение, полное злобы и ненависти к нашему народу. Как квалифицировать заявление руководителя Азербайджана о том, что «врагом Азербайджана номер один является мировое армянство»? Но ясно одно: эта пропагандистская политика, которую власти Азербайджана осуществляют по отношению к собственному народу, просто чудовищна. Как результат, народ Азербайджана еще долгое время не будет готов к мирному сосуществованию, если даже удастся достичь согласия вокруг решения проблемы», – заявил Серж Саргсян. Своим выступлением президент Армении дал понять, что армяне не намерены более идти на уступки. В то же время стоит отметить, что дело Сафарова закрепило существующий статус-кво, который устраивает армянскую сторону. Кроме того, героизация в Азербайджане убийцы Гургена Маргаряна дала армянской стороне очередной аргумент в пользу невозможности возвращения Нагорного Карабаха в состав Азербайджана, где культивируется политика армянофобии.
Ван Арутюнян, «time to analyze» — politics, society, and ideas (tta.am)