В Азербайджане в спешном порядке изготовлен роман "в противовес" "Каменным снам"
В начале ноября появилось сообщение о том, что в Баку вышел в свет роман молодого писателя Ниджата Дадашева под названием "Станция "Аврора". Сюжет расписывался в СМИ исключительно в возвышенно-романтических тонах – дескать, в произведении с элементами фантастики повествуется о любви азербайджанского военного Нурана и армянки Зары, которые "чудесным образом из 2012 года оказались в 70-х годах". По словам самого автора, он постарался "описать любовь двух молодых людей, которая в старом Баку воспринималась совершенно нормально, и не привнес в свое повествование какой-либо политической окраски".
АРМЯНСКАЯ ПРЕССА ТУТ ЖЕ НАПИСАЛА ОБ ОЧЕРЕДНОМ КАНДИДАТЕ на отрезание ушей вслед за Акрамом Айлисли, которому пригрозили такой расправой за нашумевший роман "Каменные сны" – скандал вокруг книги и самого писателя еще у всех на слуху. Однако иллюзии относительно истории о чистой, возвышенной любви, лишенной политической окраски и направленной на сближение народов, развеялись очень быстро. На днях на сайте хаккин.аз появилось довольно подробное описание сюжета с комментариями. Как приторно-слащавый сюжет с претензией на трагедию вселенского масштаба, так и комментарии не способны вызвать ничего, кроме гомерического хохота. И еще очень сильного подозрения, что роман срочно сварганен по госзаказу с явным намерением заиметь не менее "толерантную" альтернативу произведению Айлисли. И юный Дадашев не подкачал: проявив буйную фантазию, он "круто" смешал в одном сюжете сопливую историю "всепобеждающей любви" с... главным азербайджанским пропагандистским мифом - о событиях при Агдаме (т. наз. ходжалинских) конца февраля 1992 г.
А вот как именно он это сделал – заслуживает особого разговора. Потому что фантазия Ниджата оказалась действительно запредельной. Возможно, правда, что сюжет стал плодом совместного творчества гигантов азерпропа, который 24-летнему таланту оставалось лишь расписать в лучших традициях Болливуда: как можно больше слез, как можно меньше реальности. Так на свет появился "их ответ" Айлисли. А заодно и тем злорадствующим недоброжелателям, которые после публичного сожжения книг писателя посмели сравнить современный Азербайджан с фашистской Германией. Потому что новая книга, которую усиленно раскручивают в Азербайджане, является, согласно замыслу, ну настолько толерантной, что отныне никто и пикнуть не посмеет на эту тему.
В ИЗЛОЖЕНИИ САЙТА ХАККИН.АЗ СЮЖЕТ ВЫГЛЯДИТ ТАК. "После одной из посиделок с друзьями Нуран шел по ночному городу. Он едва успел до закрытия метро, зашел в полупустой вагон, закрыл глаза и погрузился в мысли о своем будущем. А дальше… Поезд дошел до станции. Двери открылись, и женский голос громко объявил: "Станция "Аврора". Да, именно "Аврора", а не "Кара Караев", как ныне. Почему? Да потому, что Нуран попал в 1972 год".
Далее автор статьи пишет: "Я не буду подробно рассказывать об истории любви азербайджанца Нурана и армянки Зары. Скажу лишь, что такая история действительно могла иметь место в реальности. Доказательством тому служит огромное количество азербайджано-армянских семей, что жили в Баку. Создаются они и сейчас, но уже не в нашей столице. Мог бы жить в реальности и сапожник-грузин по фамилии Амирани, о жизненной драме которого невозможно читать без слез. Да и в целом многое из того, что описано в романе Ниджата Дадашева, могло иметь место. В том числе и то, как себя вели некоторые армяне, жившие в Баку. Речь идет об отце Зары по имени Вираб. Он долгое время жил "двойной жизнью": говоря семье, что едет в очередную командировку по работе, а работал он антикваром, на самом деле Вираб выезжал из дому для встречи с такими же, как и он, армянскими националистами. Еще тогда, сорок с лишним лет назад, он вместе с единомышленниками подготавливал план по истреблению мирного азербайджанского населения в Ходжалы.
Обо всех этих планах случайно узнает Нуран. Он вспоминает, что по рассказам очевидцев геноцида в Ходжалы, особую жестокость проявлял некий армянин со шрамом на шее. Точно такой же был и у Вираба. И Нуран пытается изменить историю. Он вступает в схватку с армянскими националистами. В самом сложном положении оказывается Зара. Она разрывается между любовью к Нурану и долгом дочери. В итоге побеждает любовь, Нуран и Зара бегут из отчего дома. Но так уж угодно судьбе, что встречаются они только через сорок лет, в 2012 году".
Согласитесь, замешано действительно о-о-очень круто. Это какой же недюжинный талант надо иметь, чтобы так ловко совместить толерантность, любовь и Ходжалу. То есть одним романом заткнуть рты всем – и защитникам Айлисли, и местным армянофобам. Нурану, проницательно узнавшему в злодее Вирабе будущего палача, не удалось, как тонко намекает автор, помешать планам армянских националистов, которые, как сейчас выясняется, целых 20 (!!!) лет готовили события 26 февраля в Ходжалу. Более того, обладали такой прозорливостью, что смогли предвидеть абсолютно все: зарождение и ход конфликта, войну, абсолютную блокаду и чудовищные бомбардировки Степанакерта, необходимость освобождения Ходжалу, подавления огневой точки и прорыва блокады для спасения 80-тысячного населения от неминуемой смерти от голода, холода и обстрелов, хладнокровно уготованной городу Азербайджаном.
И ВОТ ЭТУ ЕРЕСЬ В БАКУ ЦЕЛЕНАПРАВЛЕННО ВЫДАЮТ ЗА "ПРОТИВОВЕС" мужественному и честному роману Акрама Айлисли. И фарисействуют – дескать, "именно так, взывая к лучшим, светлым качествам человека, наши народы сумеют сделать шаги навстречу друг другу". То есть представляя армян националистами, якобы десятилетия назад – в "интернациональном Баку" - вынашивавшими "планы по истреблению мирного азербайджанского населения", Дадашев, по мнению автора статьи, ставит "акцент на положительных качествах двух конфликтующих народов". И именно этим, как утверждает автор, и отличается "роман "Станция "Аврора" от "Каменных снов" Акрама Айлисли". Поистине, фантазия апологетов романа мало отличается по своей абсурдности от "креативности" его создателя...
Соперничать с ними в "полете мысли" нам, конечно, не по плечу, да и незачем. Срочное появление "противовеса" роману Айлисли лишь доказывает силу отображенной в нем истины, представляющей собой реальную угрозу всем созданным и усиленно тиражируемым Баку мифам. Причем в первую очередь – для внутренней аудитории. Несмотря на усиленно демонстрируемую "общенациональную солидарность" в агрессивном неприятии "Каменных снов" и омерзительной кампании против их автора, слишком многие в Азербайджане еще отлично помнят Баку не только 1972-го, куда попадает Нуран, но и Баку января 90-го. И отлично знают, что все написанное Айлисли – историческая истина в отличие от фантастических бредней Дадашева, которые, опять-таки в отличие от "Каменных снов", судя по сюжету, могут вызвать телячий восторг разве что у зомбированных идиотов, давно и безнадежно застрявших на "станции" "Палата номер 6".
Марина Мкртчян, "Голос Армении"