Президенты Грузии и Азербайджана не сумели урегулировать конфликт вокруг принадлежности спорных земель
Завершился первый визит президента Грузии Георгия Маргвелашвили в Азербайджан. Баку был одной из первых столиц, которую посетил новый грузинский лидер. О продуктивности бакинских переговоров судить трудно. Однако основание для кое-каких выводов дает отсутствие прогресса в вопросе делимитации общей государственной границы. Это значит, что территориальный спор между Грузией и Азербайджаном все еще не урегулирован. Официальный Баку не отказывается от ничем не обоснованных притязаний в отношении исконно грузинских земель.
Визит Георгия Маргвелашвили в Баку планировался на начало января. 23 декабря тбилисские СМИ неожиданно сообщили о том, что поездка откладывается. О причинах изменения даты визита никаких сообщений не было. Между тем в прессу стали просачиваться сведения об обостряющихся противоречиях между правителями двух стран. Официальный Баку, желая самоутвердиться и показать тбилисским лидерам степень их уязвимости, пошел на искусственное ужесточение таможенной политики в отношении грузинских товаров. Как пишет бакинский информационно-аналитический портал “Хаккин.аз”, “с начала текущего года Азербайджан объявил Грузии настоящую торговую войну”. По данным сетевого издания, по указанию высокопоставленных государственных мужей таможенные органы под разными абсурдными предлогами запретили ввоз в страну целого ряда грузинских товаров. Это касается, в частности, минеральной воды и вина, то есть основного предмета традиционного грузинского экспорта. Именно с этого в свое время начиналась и российско-грузинская торговая война.
Совершенно очевидно, что незаконно применяемые азербайджанскими таможенниками “санкции” были по сути политическим мессиджем, адресованным накануне визита президенту Маргвелашвили. Быть может, таким образом Ильхам Алиев мстил грузинским правителям за политический мессидж, направленный Бидзиной Иванишвили накануне его прошлогоднего бакинского визита. Напомню, перед поездкой в Азербайджан грузинский премьер заявил, что считает бесполезным для Грузии реализацию транспортного проекта Карс-Ахалкалаки, призванного ужесточить изоляцию Армении. В Баку восприняли эти слова как демарш. На этот раз перед визитом с демаршем поспешила выступить уже азербайджанская сторона. Продуктивности переговоров такая вот атмосфера явно не способствовала. И вовсе не удивительно, что в итоге не увенчалась успехом та часть переговоров, которая касалась делимитации и демаркации государственной границы. (Кстати, столь же безуспешными были переговоры на этот счет и в ходе визита Бидзины Иванишвили.)
Общая протяженность государственной границы Грузии и Азербайджана — 480 километров. Из них согласовано и делимитировано лишь 300 километров, то есть всего 62 процента линии госграницы. Спор вокруг оставшихся 180 километрах продолжается уже почти четверть века. Цивилизованному решению вопроса мешают территориальные претензии, которые продолжает предъявлять Азербайджан. (Стоит заметить, что точно такие же территориальные претензии Азербайджан предъявляет и другим своим соседям — России, Ирану, Туркменистану, не говоря об Армении.) В Баку стараются принизить значение конфликта, имеющегося в этом вопросе. Но в Грузии не могут не замечать, что притязания азербайджанской стороны растут пропорционально долгу, который накапливает Грузия за получаемое из Азербайджана топливо. Все тбилисские правители, начиная со Звиада Гамсахурдия и заканчивая Бидзиной Иванишвили, старались заморозить ситуацию и оставить ее в наследство преемникам. То же самое делают и нынешние власти. В июне прошлого года министр иностранных дел Грузии Майя Панджикидзе заявила: “У Грузии пока нет времени заниматься вопросом делимитации и демаркации границ с Азербайджаном”. Такая политика официального Тбилиси вполне устраивает Ильхама Алиева, так как время работает на Азербайджан, зависимость от которого делает грузинское государство все более уязвимым.
Самым важным из спорных участков границы является территория древнего грузинского монастырского комплекса Давид Гареджи. Речь о местности на стыке Сагареджского района Грузии и Агстафинского района Азербайджана, известной множеством древних православных памятников. Расположенный там средневековый храм считается одним из самых почитаемых святынь. До окончательного решения вопроса о принадлежности этого участка было решено, что грузинским паломникам будет предоставлена возможность беспрепятственно посещать святые места. Но вопреки этому соглашению азербайджанские пограничники время от времени демонстративно арестовывают православных монахов. Эти провокации вызывают справедливое возмущение верующих. В прошлом году в Тбилиси было проведено несколько достаточно массовых акций протеста против агрессивных действий Азербайджана, самовольно взявшего под контроль участок приграничной территории. Общественное движение “Защити Давид Гареджи” даже взялось мобилизовать отряды добровольцев, готовых с применением силы отстоять законное право грузинского народа в отношении храмов монастырского комплекса. Активность протестующих косвенно поддержал Патриарх Всея Грузии Католикос Илия Второй. Накал страстей достиг того уровня, когда уместно было беспокоиться о способности сторон сохранить мир. Ситуация вполне могла выйти из-под контроля, если бы первые лица двух стран не вступили в непосредственный контакт и не договорились о мерах по разрядке напряженности.
Совершенно очевидно, что бакинские правители не собираются идти ни на какие уступки и готовятся силовым путем закрепить свои претензии в отношении всего южного склона горного хребта, разделяющего монастырский комплекс на две части. Недавно генштаб Вооруженных сил Азербайджана решил создать по соседству с монастырем военную базу. Алиев играет мускулами, демонстрируя тбилисским лидерам свои истинные планы.
Ценность, которую представляет Давид Гареджи для грузин, вполне понятна. Монастырский комплекс, построенный в VI веке, является жемчужиной грузинской архитектуры и сокровищницей их культурного и духовного наследия. В то же время неумелые попытки азербайджанцев выдать церкви за албанские научными аргументами не подкрепляются. Не говорю уже о том, что между албанцами и азербайджанцами нет абсолютно никакой связи. Известный тбилисский политолог Мамука Арешидзе считает, что настойчивое стремление азербайджанцев доказать свое право на Давид Гареджи напрямую связано с их претензиями в отношении Карабаха. “Гипотеза азербайджанских ученых, представленная в конце 1990-х годов, исходила из проблем Карабаха”, — утверждает эксперт. По его словам, новая платформа официального Баку основывается на теории о том, что “все христианские памятники, находящиеся на территории Карабаха и Саингило, в том числе Давид Гареджи, являются частью албанской культуры, а Азербайджан является правопреемником Албании”. Считая эту версию абсурдной, Арешидзе справедливо заключает, “Давид Гареджи — грузинский, Карабах — армянский, а Азербайджан — вовсе не преемник христианской культуры”.
Но есть у азербайджанцев еще одна мотивация, заставляющая их до конца отстаивать свою позицию в территориальном споре с Грузией. И мотивация эта вовсе не историческая, а военно-политическая. Дело в том, что участок, на котором располагается монастырский комплекс, имеет стратегическое значение. Доминирующая высота близ лавры Святого Давида позволяет простреливать все окрестности. Это единственный участок на грузино-азербайджанской границе, с которого дальнобойными орудиями можно стрелять прямо по Тбилиси. В то же время это единственное место, откуда можно бомбить Гянджу. Быть может, весь сыр-бор именно из-за стратегического значения горного хребта, а не из-за духовных ценностей? Неужели соседи, на словах так страстно демонстрирующие любовь, в действительности так сильно друг друга боятся?
Артем Ерканян, "Новое время"