Еще весной французские власти развесили в местных префектурах перечень стран, так сказать, более-менее пригодных для проживания, что означает: принимать оттуда эмигрантов и в частности беженцев нецелесообразно. “Загремела” в этот список и Армения... Европейские армяне забеспокоились: мол, то ли еще будет. И вот уже на днях в Ереване прозвучало заявление Кати Врзилен (на снимке), ответственной по Армении из отдела иммиграции Управления по иностранцам МВД Бельгии. “Армяне гордые, теплые, умные, работящие, но будут депортированы...” — сказала она, пояснив, что подобные шаги бельгийское правительство предпринимает с целью остановить приток армян.
Будут выселены из Бельгии и те наши соотечественники, которые проживают там нелегально уже давно. По словам Врзилен, армяне лидируют среди претендентов на получение политубежища. Нашими соседями по “горячему списку” являются такие страны, как Афганистан, Ирак, Конго, Иран, РФ и Гвинея. “За последние месяцы мы оставили на улице 3000 человек, так как не было места для их содержания. Среди них было много армян. В 2008 году из нашей страны были депортированы 8000 иностранцев, в том числе и армяне. В 2009-м случаев депортации армян не было”, — констатировала она, добавив, однако, что в прошлом году положительный ответ получил лишь 1% армян, а в этом — всего 0,2%. По мнению представителя бельгийского МВД, столь низкие показатели объясняются тем, что подавляющее число заявок не соответствует критериям Женевских конвенций. Если резюмировать слова Врзилен, то мало просто приехать и провозгласить — я беженец, это надо еще и обосновать. Статус “признанного беженца” получает лишь тот, кто сумел доказать: в своей стране он был гоним по расовым признакам, из-за вероисповедания, социальной принадлежности или по политическим убеждениям.
В тонкости конвенций наши новоприбывшие соотечественники явно не вникают, руководствуясь разве что досужими разговорами и сплетнями общины, примерами чьих-то родственников, друзей, якобы сумевших получить статус чуть ли не за пару недель. Всевозможных небылиц наслушалась и 22-летняя Нарине, которая, впрочем, и не стремилась поселиться в этой стране. “У меня был контракт на работу — присматривала за двумя умственно отсталыми малышами, — рассказывает она. — Так мои соотечественники чуть ли не каждый день предлагали мне пойти “сдаться по политической”, предварительно состряпав какую-нибудь душещипательную историю. Еще советовали: выходи-ка ты замуж за какого-нибудь нашего парня и будешь кататься как сыр в масле. Но я не хочу замуж и не хочу придумывать байки. Я приехала подзаработать, объясняла я своим удивленным доброжелателям”.
Видимо, таким, как Мариетта Геворкян, воскликнувшая в беседе с корр. “НВ”: “А что тут обосновывать? Мы приехали в Брюссель в июне 2008-го, как раз после трагических мартовских событий”. “Тикин” Мариетта называет себя “пострадавшим борцом за справедливость”, самой что ни на есть “чистокровной” беженкой. Тем не менее бельгийские власти что-то не спешат выдавать ей статус. Участие в поствыборных митингах 2008-го для них, судя по всему, еще не аргумент. И впрямь, мало ли кто в те тревожные дни околачивался на площади Свободы. К тому же по-настоящему идейные активисты эмигрировать не спешат, прекрасно понимая, как некрасиво спекулировать на своей борьбе. Что до Мариетты Геворкян, то ее многодетная семья так и живет уже два года на птичьих правах и без работы. Нелегальная не в счет. К слову, сама Кати Врзилен, выступая на пресс-конференции в Ереване, недоумевала по поводу того, как много армян стремится получить статус в ее стране. “Возможно, это происходит от большого желания заработать легально. Но на самом деле для получения работы это не самый лучший метод: прошение о политубежище не дает права на финансовую помощь и не является трамплином для трудоустройства”, — просветила она.
“Обмануть власти невозможно, даже если это удастся раз, все равно рано или поздно до сути докопаются, — рассказывает Андрей В., проживающий в небольшом приморском городке Остенд. — По своему опыту скажу, если вам выдали статус раз, это еще не значит, что эмиграционные службы о вас позабыли. Вполне может статься, что при обновлении того или иного документа вам откажут, несмотря на то что в первый раз дали добро”. Подруга Андрея Марина — российская армянка, приехала в Бельгию нелегально. Посольство отказало в визе, и пришлось путешествовать по всей Европе буквально “зайцем”. Пряталась, лишалась паспорта, попадала во всякие истории, но до Андрея доехала — любовь, знаете ли... “Статуса у меня до сих пор нет. И хотя у Андрея было право на проживание и на работу, мне лично оно ничем не помогло. Пожениться мы не можем, так и живу... Раньше тряслась — вдруг арестуют, выдворят. А теперь устала. Будь что будет...”
Бельгия недвусмысленно предупреждает: “Нелегальное пребывание означает, что данное лицо в любой момент может быть арестовано, после чего последует заключение под стражу в специальном закрытом центре с целью насильственного выдворения из страны”... Жестко, конечно, но закон есть закон. Спасает же некоторых армян-нелегалов от выселения зачастую то обстоятельство, что бельгийские власти не располагают точными данными об их количестве. И это даже радует: все же неприятно, когда узнаешь, что с нашими соотечественниками обращаются как с преступниками, держат в тюрьме или в каком-нибудь бункере. А все из-за того, что устроить свою жизнь в родной стране у них не получилось и теперь вот вынуждены за бугром зарабатывать на кусок хлеба — нелегальный, но что поделать.
P.S. По непроверенным данным, процедура получения европейского статуса для армян-беженцев вскоре ужесточится в Испании, Италии, Нидерландах...
Анна САТЯН, "Новое время"