Недавно в родном Буденновске, в гостях у родителей Раисы Михайловны и Георгия Хачатуровича Татаровых побывал их сын Карэн. Казалось бы, вполне заурядное событие – сын приехал издалека погостить у родных ему людей. Это вполне обычное явление практически для всех семей. Стоит ли уделять ему такое внимание? Но в том-то и заключается то, особенное, что отличает именно этот случай от остальных, похожих. Это, безусловно, вызывающая интерес уникальная личность Карэна, молодого, но, в то же время, уже вполне опытного музыканта и начинающего композитора.
— Карэн, откуда, как в песне поется, у тебя «к музыке любовь»?
— О, даже не знаю, откуда отсчитывать. Наверное, с самого начала, с корней.
— То есть?
— У меня вообще очень музыкальная, очень творческая семья. Все они, так или иначе, имели и имеют отношение к искусству. Еще мой дедушка Михаил делал музыкальные инструменты. Был настоящим мастером своего дела. Особенно ему удавались струнные инструменты, в частности, домры. Конечно, замечательно играл на них, как же без этого… Другие родственники тоже не отставали…
— Карэн, конечно, это – корни, но корни достаточно «глубокие». А вот твои родители, например, и их дети – твои братья, они тоже музыканты?
— Они люди искусства. Мама Раиса Михайловна – педагог. Но это – профессия. А вот её призвание – это литература. Она пишет замечательные стихи и прозу и сейчас уже достаточно известная в культурных обществах поэтесса. У нее есть отдельные публикации стихотворений и, не так давно маленьким тиражом вышел сборник рассказов «Мелодия Родины». Мама пишет под псевдонимом Раиса Меседили. Меседили – это фамилия её бабушки.
— А Георгий Хачатурович?
— Папа у меня, если так можно сказать – человек-театр. Нет ничего такого, что было бы ему не подвластно на этой стезе. Он может быть и актером и театральным режиссером. И постановщиком и организатором. Знает буквально все. Кстати, он длительное время возглавлял в Буденновске Дом культуры, а в последнее время часто ездит по разным городам с театральными гастролями, которые, собственно, и организует. Причем не только в России, но и в соседних с ней странах. Из-за этого он дома бывает крайне редко. Но я, к счастью, его дома застал. Да, вам будет конечно интересно, если я расскажу вам о его мечте.
— Конечно, интересно. И о чем же мечтает Георгий Хачатурович?
— Когда он закончит свою деятельность по организации гастролей, он хочет открыть в Буденновске театр. Армянский театр!
— Какая замечательная мечта. Она должна обязательна сбыться нам всем на радость. Пожелай здоровья и сил маме и папе, Карэн.
— Спасибо за пожелания. Я тоже буде счастлив, когда сбудется эта мечта.
А теперь о братьях. Старший брат Хачатур играл на бас-гитаре, а Армен, средний, – на баяне. Кстати, Армена потом привлекли живопись и ювелирное искусство. Есть ряд работ на армянскую тему. У него уже были выставки.
<
— Карэн, расскажи, как ты постигал это чудо – музыку?
— В смысле, как и где я учился музыке?
— Ну, и в этом смысле тоже.
— Если не считать домашнего музицирования, то начинал я, как впрочем и все, должно быть – с музыкальной школы. Я нас в Буденновске отличная школа и замечательные преподаватели. Мне очень хотелось заниматься музыкой. И в 1999 году, двенадцатилетним мальчишкой, я сам пошел туда сдавать экзамены. Вначале решил освоить баян. Помогал в этом мне Николай Владимирович Шинкаренко. Он первый начал заниматься со мной. Но уже во втором классе я выбрал кларнет. И тут первым моим учителем стал Владимир Алексеевич Давыдов. Человек-легенда нашей музыкальной школы. Я еще долго учился параллельно на баяне и на кларнете, но все же выбрал духовой инструмент и окончил школу с отличием по классу кларнета в 2004 году.
— Ты говоришь, что твоим первым учителем, открывшим для тебя кларнет, стал Владимир Алексеевич Давыдов. Ты его назвал человеком-легендой. Нельзя ли чуть подробнее узнать о нем?
— Ну конечно. Мой первый учитель – заслуженный работник культуры Российской Федерации. Еще в 1966 году он поступил в Ставропольское музыкальное училище, и, после того, как отработал по распределению преподавателем музыки в селе Летняя Ставка, вернулся домой, в Бу¬денновск. Стал работать учителем пения в школе-интернате. А с 1975 года по настоящее время работает преподавателем в городской музыкальной школе по классу народных инструментов, и руководит народным хором ветеранов. Особо отмечу общественную деятельность Владимира Алексеевича. Он активный участник всех городских культурно-массовых мероприятий, праздников; был членом президиума горсовпрофа; председателем профсоюза работников культуры. Стоял у истоков создания и фактически был первым председателем Буденновской городской общинной армянской организации «Святой Крест». Несколько лет довольно успешно вел там работу. Был он и в составе культурно-массовой комиссии со¬вета микрорайона № 4, отвечал за работу с детьми. Нагрузка, конечно, большая, но он везде успевал. Вот такой он, мой первый учитель.
<
— Ты так тепло отзываешься о Владимире Алексеевиче…
— Разумеется. Он развил во мне чувство ответственности, работоспособность и трудолюбие. Без этого любые способности, какие только есть у человека, просто «висят в воздухе». Они остаются не реализованными на практике. Владимир Алексеевич посоветовал мне заниматься музыкой на серьезном уровне. И я прислушался к его совету. Тем более, что и мое сердце тоже, как говорится «рвалось» в этом же направлении. Так я поступил в Ставропольский краевой колледж искусств на отделение оркестровых, духовых и ударных инструментов по специальности «артист оркестра и педагог».
— Как складывалась учеба там?
— Отлично! Я учился с 2004-го по 2008-й, годы, окончил колледж также с отличием. И опять мне очень повезло с педагогами и кураторами. Моим преподавателем по специальности был замечательный специалист Владимир Викторович Шихалев, а куратором – Людмила Петровна Анистратова. Уже тогда я стал работать в ставропольском городском духовом оркестре.
— То есть и учился и работал?
— Ну да, начиная с третьего курса. Это оркестр под управлением Даниила Осиновского.
— И где ты побывал с оркестром?
— Везде, где был этот оркестр! Кстати, даже шутка бытовала тогда такая: «Где Карэн, там и оркестр, где оркестр, там и Карэн».
— То есть учеба, работа…
— Нет, еще конкурсы и фестивали. Их было много. Разного уровня. Городские, краевые, региональные, всероссийские. Да и международного уровня тоже. Становился их лауреатом, занимал первые места… А потом…
— Что «потом»?
— А потом настал черед служить в армии. Стал военнослужащим с осени 2008 года.
— Давай угадаю, в какую часть ты попал служить. В музыкальную, правильно?
— И да, и нет.
— Как это?
— Вначале-то я попал в обычную «учебку». В часть, расположенную в городе Владимире. В ту, где готовят сержантов для танковых войск. И целых два месяца осваивал там специальность танкиста.
— Это ты хорошо ответил на вопрос, почему «нет». А почему «да»?
— А «да», это потому, что оказывается на меня, накануне призыва в армию пришел запрос в ставропольский колледж искусств. Начальник Оркестра штаба Московского военного округа майор Кубышкин Юрий Георгиевич поддерживает связи с учреждениями, работающими по профилю ставропольского колледжа искусств, и выявляет через кураторов потенциальных участников для своего оркестра. Вот и меня он «выявил» через моего куратора Людмилу Петровну Анистратову. Кстати, уже четверо выпускников этого ставропольского колледжа, о которых я знаю, служили в этом оркестре.
— Я так понимаю, когда разобрались, что к чему, ты из владимирских танкистов стал московским музыкантом?
— Ну да. Целых два месяца разбирались…
— И как пошла служба потом?
— А как должна идти служба, если она совпадает с любимым занятием? Отлично! Родители регулярно получали благодарственные письма от командования.
<
— Расскажи об оркестре, в котором проходила твоя служба.
— Оркестр Штаба Московского военного округа, а, если точнее, то 13-й Оркестр штаба МВО – очень знаменитый коллектив. Он третий по всем статьям, среди военных оркестров России. Так, в этого оркестра входит обслуживание официальных церемоний на высшем уровне по Москве и Московскому округу, в том числе: военные парады на Красной площади, встречи и проводы зарубежных правительственных делегаций и дипломатического корпуса, воинские ритуалы и т.д. Оркестр был создан в сентябре 1940 года и принял участие в исторических парадах 7 ноября 1941 года и 24 июня 1945 года. Оркестр также был в числе участников таких важных событий, как Международный фестиваль молодежи и студентов в 1957-м году, ХХII летние Олимпийские игры в 1980-м году и торжества по случаю 850-летия российской столицы. И репертуар у оркестра соответствующий: от военной музыки и филармонических концертов до богослужений. Кстати, оркестр выступает далеко не только в Москве. Он успешно выступал на международных фестивалях в Нидерландах, Франции, Германии, Швейцарии, Австрии, ОАЭ и не раз становился лауреатом смотров-конкурсов военных оркестров.
— И ты тоже участвовал в парадах?
— Ну конечно. И на 9-е мая, в честь Дня Победы и на 7 ноября, в честь парада 1941-го года… Мне, кстати, и медаль памятную вручили, как участнику Парада Победы.
— Еще награды имеются?
— Имеются. Медаль «200 лет Министерству обороны». Но, как вы понимаете, не это главное.
— Понимаю. А в смотрах-конкурсах, о которых ты только что рассказывал, участвовал?
— И в смотрах конкурсах участвовал. Особенно запомнился международный фестиваль «Спасская башня». Приехали оркестры из разных стран. Экзотическая форма, экзотическая музыка… У меня, кстати, есть фотографии с этого фестиваля.
— Да уж. И впрямь – очень необычно…
— Мне предлагали остаться служить в оркестре после завершения срочной службы.
— И что ты решил?
— А я решил продолжить серьезные занятия музыкой и поступил в Московский государственный университет культуры – Институт музыки, факультет оркестровых, духовых и ударных инструментов, на специальность «концертный исполнитель».
— Почему так?
— Главная причина, конечно же, это сама музыка. Все-таки военный оркестр это военный оркестр. И спектр исполняемых им произведений, его репертуар, так или иначе, но органичен. Хочется большего. Хочется больше музыки.
— Весомо.
— Да, и с другой стороны, хочется уже некоторой самостоятельности. Нет, я не говорю, что подумываю о своем оркестре, но уже у меня в голове рождается моя музыка..
— Интересно, какая она? Есть записи?
— Пока нет. Но пока скажу только о стиле. Это очень похоже на фолк-рок.
— Ну что ж. Надеюсь, мы вскоре услышим…
— Правильно надеетесь, только пока не очень торопитесь.
— Понимаю. Но, раз обещал, Карэн, то уж порадуй как-нибудь своими произведениями.
— Договорились!
— А пока же пожелаю тебе, в том числе и от лица читателей, успешно окончить университет и не отказываться от своей мечты. И еще поддержать мечту своих родителей, своего отца, Георгия Хачатуровича.
— Большое спасибо! Я не подведу!
С Карэном Татаровым беседовал Георгий Карибов
