Трилогия "Книга очага" доктора исторических наук Кима Каграманяна посвящена истории Северного Арцаха. Каждый из томов имеет отдельное название: "Заветные крупицы", "Земля зовет", "Адреса тоски". Эти книги вышли на армянском и русском языках. Русский перевод третьего тома увидел свет уже после смерти автора прежде всего усилиями вдовы Любови Гевондян и кандидата филологических наук Алвард Газиян.
САМО НАЗВАНИЕ ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНОЙ ЧАСТИ ТРИЛОГИИ ПОДСКАЗЫВАЕТ СОДЕРЖАНИЕ. В первых двух книгах были представлены многовековая история Гюлистана, описание памятников, фольклорные, этнографические материалы, события на рубеже развала СССР, увенчавшиеся насильственным изгнанием армян из Шаумяновского района, который в полном соответствии с законами СССР стал частью самоопределившегося Арцаха. В третьей, главным образом, речь идет о рассеянных по всему свету шаумянцах. Все эти годы они находили друг друга благодаря издаваемой Кимом Каграманяном на общественных началах газете "Мрави гоганджнер", писали в редакцию о своих делах, заботах, мечтах. Так накапливались "Адреса тоски", превратившиеся за эти годы в заглавие книги.
Книга решает прежде всего информационную задачу. Автор дом за домом, квартал за кварталом представляет райцентр (Верин Шен, Неркин Шен), рассказывает с приложением планов и схем, какие семьи жили на той или иной улице. Пофамильно, с некоторыми биографическими вкраплениями даны также жители сел Карачинар, Гахтут, Хархапут, Эркедж, Ай Парис, Бузлух, Манашид, Гюлистан... Чтобы собрать все эти сведения, потребовался многолетний труд многих людей, координируемый Кимом Арутюновичем, которому пришлось побывать во многих уголках России. Именно в этой стране обосновалась большая часть шаумянцев, хотя в адресах фигурируют и Франция, Германия, Голландия, Бельгия, Швейцария, США, Канада и другие страны. Таким образом, напомнив о том, в каких домах и селах жили семьи шаумянцев до изгнания, автор далее решает вторую, еще более сложную задачу - указывает на страны и города, куда их рассеяла жизнь. Кроме имен и фамилий, нередко приводятся год рождения, семейное положение, род занятий. Так что книга, распространяемая во многих общинах, поможет людям получить дополнительную информацию друг о друге, узнать по фотографиям, как выросли одни и состарились другие.
...В трагические июньские дни 1992 года они в спешке покидали дома, еще не зная, что больше туда не вернутся. Люди шли горными тропинками, через лес, сквозь дождь, помогая друг другу. В книге есть воспоминания о муках беженцев.
"ЭТО БЫЛ СПОНТАННЫЙ И ХАОТИЧНЫЙ ПОБЕГ, - ПИШЕТ БОРИС ГЛЕЧЯН. - Многие не знали, куда идут. Во время обстрела села Гюлистан я увидел, как некоторые матери с детьми на руках входили по колено в холодную воду, потом с полпути возвращались, не зная как быть". "Я встретил в трех разных местах женщин, которые в пути рожали, - пишет Эдуард Шахян. - Помню, на вершине Мрава, на снегу, наша односельчанка Света родила мальчика. Там была медсестра Зоя Степанян, которая помогла ей. Шахян Гамлет поставил на землю старый ботинок, положил туда пять рублей и сказал: "Люди, я поздравляю с рождением ребенка, кто может, пусть присоединится, и назовем его Мрав..."
Интересно, где сегодня этот 22-летний юноша и попадет ли ему в руки книга "Адреса тоски"? На армянской ли он земле или на чужбине?
Рассказывая о судьбах рассеянных по миру шаумянцев, Каграманян отмечает, как мучает многих пожилых мысль о том, что они лягут не в родную землю. В местах компактного проживания они стараются упокоиться рядом друг с другом. Есть фотографии памятников, хачкаров, часовни. Близкие поминают усопших и живут, стремятся не забывать родной язык, традиции и свою малую часть большого Отечества, где их предки жили тысячелетиями. Все эти годы им помогала газета "Мрави Гоганджнер", которая, увы, после смерти Кима Каграманяна не выходит. Трилогия "Книга очага" сыграла и еще долго будет играть важную роль в объединении шаумянцев. А что будет дальше? Об этом с надеждой и верой говорится с последнем абзаце резюме издания.
"1500-страничная трилогия, над которой Ким Каграманян неустанно трудился почти два десятилетия, завершена. Хотя известно, что эпопеи, рожденные самой жизнью, никогда не завершаются. Вот и эпопея шаумянцев должна завершиться еще одним обязательным томом - "Книга очага: возвращение". Конечно, было бы справедливо, чтобы и ее написал Ким Каграманян. Но не это, в конце концов, важно - важно, чтобы ее написала сама жизнь".
Александр Товмасян, "Голос Армении"