Совсем недавно в наших СМИ прошла информация об исследованиях одного из европейских институтов, согласно которым наша страна была охарактеризована и отнесена к категории несчастливых. Думаю, говоря страна, они имели в виду ее граждан. Если это так, то я как армянин и гражданин задаю себе вопрос: а счастлив ли я?
Вопрос очень деликатный, отвечая, необходимо быть откровенным до конца и при этом блюсти все этические параметры, дабы не причинить дискомфорт и боль своему окружению. В сложном контексте ответа, как правило, присутствуют такие понятия, как родина, геноцид, семья, родня, любимый человек и т.д. Идти по пути такого дифференцирования в формате газетной статьи невозможно, не охватишь. И тогда я переоформил вопрос: что лежит в основе счастья для меня лично? Ответ нашел сразу: комфорт состояния души. Дальше все сразу встало на свои места, ибо я понял простую истину: как армянин, я счастливый человек, а как гражданин РА таковым не являюсь (хочу подчеркнуть сразу — не быть счастливым совсем не означает быть несчастным). В чем же причина такой двойственности?
АБСОЛЮТНО НЕ ЯВЛЯЯСЬ АДЕПТОМ СОВЕТСКОЙ ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ и сторонником идеологии советского коммунизма я не кривя душой признаюсь, что детство и юношество моего поколения были счастливыми, не потому что у нас было все то, что мы хотели, а ввиду того, что мы ощущали себя частичкой какого-то миссионерского величия и значимости. Да, повзрослев, мы начали осознавать некое человеконенавистничество, посредством которого выстраивалось это величие и значимость. Более того, мы начали осознавать недееспособность советской экономики и каждодневную ложь, которой были наводнены советские СМИ относительно ситуации в экономике и в целом относительно будущего страны Советов. В брежневские времена, особенно в период, который принято называть застойным, коррупция и взяточничество были сопоставимы с нынешней ситуацией, однако в целом не было сегодняшнего разочарования и угнетения. При безусловном воздействии и других факторов (не было безработицы, удельный вес коммунальных расходов был на порядок ниже, бесплатные образование и здравоохранение и т.д.) негатив советской действительности перекрывался и благодаря тому, что мы были государствообразующей частью великой державы. Народ по нисходящей, но все-таки продолжал верить, что все исправится. А это значит, что мы были хозяевами и носителями всех тех великих достижений, которые (несмотря ни на что), безусловно, присутствовали в советской действительности.
Но СССР развалился и развалился не усилиями ЦРУ или ввиду того, что не выдержал гонки вооружений, а по простой банальной причине — граждане Страны Советов с какого-то момента полностью перестали верить собственной власти. Государство на самом деле развалил обыкновенный советский человек, своим недоверием и пренебрежением к окружающей его советской действительности. Политбюро врало своим гражданам, последние врали государству своим отношением к работе и коммунистической идеологии. Вывод, во всяком случае для меня, звучит следующим образом: мне как гражданину государства для комфорта состояния души, т.е. для ощущения счастья, необходимы: как вера в собственную власть и дееспособность государства, так и чувство сопричастности, соучастия к чему-то значимому, великому.
КАК АРМЯНИН, Я СЧАСТЛИВЫЙ ЧЕЛОВЕК ПО ТОЙ ПРОСТОЙ ПРИЧИНЕ, что глубоко убежден: то огромное культурно-духовное наследие, которое создал армянский народ за шесть тысячелетий существования, включая советский период, имеет драгоценное значение для всего человечества. Приведу два нешаблонных примера:
1) После того, как в 428 году Армения утратила независимость, именно наша Святая Церковь стала носителем армянской государственности. Это удавалось в рамках формата ее деятельности в мирской жизни. В 506 году(!) на Двинском вселенском соборе ААЦ католикос Бабкен Отмесеци очень жестко критиковал нахараров (феодалов) за то, что те уменьшили дотации на содержание приюта для бездомных и больных, а также на пищу для нищих.
Сегодня культурные народы мира заботу о слабом и больном, т.е. составляющую вектора христианской любви, называют социальной защитой человека и стараются превратить это в норму жизни общества. Тогда как наша Святая Церковь, взвалив на свои плечи функции государства, подобным занималась уже пятнадцать столетий назад. Абсолютно не будучи сторонником ура-патриотизма, я не сомневаюсь, что приведенный пример дает нам основание утверждать, что наша церковь одной из первых превратилась в институт формирования культуры выстраивания социальной защиты человека, т.е. любви в контексте веры христиан. Эта любовь, как мы увидим дальше, оказала влияние и на архитектуру.
2) Как вы думаете, почему в архитектурной традиции соборно-храмового строительства нашего народа нет таких громадных сооружений, как собор Петра и Павла в Риме, храм Христа Спасителя в Москве? Согласитесь, что было бы глупо говорить, что армянским зодчим не под силу проектировать и строить огромные культовые сооружения.
Попадая в громадные объемы подобных храмов, тем более если в них довлеет богатство, роскошь и титанические фрески, которые вот-вот снизойдут на тебя сверху, человек начинает чувствовать себя неуютно, ощущая собственную ничтожность. Все это отлично понимали наши святые отцы, поэтому армянские храмы и соборы скромны и уютны, ибо христианская любовь не нуждается в демонстративном тщеславии (Христос не носил золотых украшений, но омывал ноги своим ученикам). Более того, в ареале ААЦ никогда не горели инквизиторские костры, людей не четвертовали, не было педофилии, гомосексуализма (во всяком случае зафиксированных историей фактов нет) и ни одному Католикосу всех армян не приходилось извиняться перед представителями других вероисповеданий.
Приводя вышеперечисленные примеры, а их уйма, хотелось показать, что наше культурно-духовное наследие — человеколюбиво, обдуманно-поучительно, а значит, интеллектуально. И поэтому я как армянин — счастливый человек, ибо имею право причислять себя к этому огромному наследию, ценю его и, очень хочется верить, являюсь носителем этого богатства.
КАКОВЫМ ЖЕ ЯВЛЯЮСЬ Я КАК ГРАЖДАНИН СУВЕРЕННОЙ РА? Грустно, и поверьте, очень обидно признаваться, что в принципе почти не за что зацепиться, чтобы было не стыдно утверждать, что я как гражданин РА счастливый человек. Да, мы приобрели независимость, да, мы вышли победителями в войне с потомками племен черных и белых баранов. Но давайте будем откровенными и отметим, что независимость приобрели все другие союзные республики. Говоря иначе, наша независимость является производной глобального политического процесса, а не итогом усилий воли народа РА — таковой является победа в карабахской войне. Но и здесь еще не подведен окончательный итог: разве наших солдат и офицеров или жителей приграничных сел, деревень не убивают и сегодня? За что зацепиться, если жесткий структурный авторитаризм, царящий в нашем обществе, усугубляет нарыв души граждан, ибо мы в собственной стране не защищены от насилия, произвола, вседозволенности, не имеющих никакого отношения к потомкам племен черных и белых баранов.
Сложившаяся ситуация — результат того, что власти предержащие рассматривают Право и Закон как категории, имеющие «плавающий курс», устанавливая его каждый раз исходя из своих партийных и корпоративных целей и устремлений. Здесь важно понять, что только прочно стоящие на ногах Право и Закон могут сформировать соответствующую им категорию — справедливость. Другой вопрос: кому и чему в обществе служит данная справедливость? К примеру, советское право и закон сформировали советскую справедливость, которая в первую очередь служила коммунистической идеологии и партийной номенклатуре. Вспомните специальные магазины для партийной верхушки, необходимость членства в КПСС для карьерного роста и т. п. Однако абсолютное большинство советских людей все это воспринимало вполне спокойно. Ибо у них даже в условиях тоталитаризма была возможность планировать свою жизнь, опираясь на эту пусть даже контролируемую советским государством идеологическую справедливость КПСС.
За все время существования суверенной РА справедливость так и не превратилась в норму жизни ее общества, которое провозгласило курс на демократию. Вот уже более двадцати лет власти предержащие не могут стать носителями культуры — руководить страной, руководствуясь исключительно верховенством Права и Закона. Более того, придав этим категориям «плавающий курс», они просто уничтожили справедливость как таковую. И поэтому общество независимой РА перманентно переживает самую настоящую трагедию, ибо ее гражданам не на что опереться, чтобы суметь прогнозировать и планировать свою жизнь и жизнь своей семьи в собственной стране. В итоге: отток населения и уродливая трансформация парадигмы ментальности народа РА, которая в свою очередь дополнительно инициирует этот отток, дают основание внешнему взгляду причислять нас к несчастливым странам.
СОВСЕМ НЕДАВНО ПРЕЗИДЕНТ РА, ВЫСТУПАЯ ПЕРЕД УЧАСТНИКАМИ военных учений в Арцахе, говорил, что все очень легко писать на бумаге, в том числе и про патриотизм. Что они — участники учений — и есть патриоты, ибо свой долг выполняют с самоотдачей, мужественно и даже героически. Он, безусловно, прав! Более того, когда в СМИ или просто где-то слышишь, как кто-то смакует и получает, извините меня за сленг, кайф от чего-то негативного, происходящего в собственной стране, хочется просто дать по морде. Но, с другой стороны, никому не дано права обнулять дух мужества и героизма наших солдат и офицеров. Ведь он, выражаясь языком математики, будет стремиться к нулю, если родные и близкие этих солдат, офицеров и вообще граждане РА не будут защищены Правом и Законом.
Когда же (?) придет продуктивное осознание того, что власть — это в первую очередь ответственность во всех сферах деятельности, а не только в ее военной составляющей. Именно полнота, целостность этой ответственности, а не какие-то другие заслуги, наделяют власти предержащие правом принятия решений. Осознание этой ответственности является первым необходимым условием культуры осуществления власти для тех, кто стоит у руля.
«Интеллигент — это паразит, вырабатывающий культуру». Это высказывание польского философа Т. Котарбиньского означает одно: интеллигент, не вырабатывающий культуру, более того, вырабатывающий антикультуру, превращается в обыкновенного паразита собственного общества.
Я стану наполовину счастливым человеком как гражданин РА, когда наконец власть начнет материализовывать свою ответственность перед обществом не декларативными постулатами, а настолько продуктивно, чтобы простой гражданин РА почувствовал комфорт состояния души. Полностью счастливым как гражданин РА стану, когда к этому итогу придет и оппозиция, но об этом в другой раз.
Грег Орян, «Голос Армении»
