Сегодня мы представляем читателям беседу с руководителем Центра космологии и астрофизики Национальной лаборатории им. Алиxаняна профессором Ваагном Гурзадяном.
Доктором наук он стал
в 32 года. Ваагн Гурзадян был профессором в университетах Сассекс (Англия) и
Рима, членом правления Euroscience (Страсбург, 1998-2004), одним из двух
основных докладчиков (keynotespeaker) на IX Швейцарском биеннале по науке ("научный
Давос"), где обсуждались тенденции изучения космоса в следующем
десятилетии, докладчиком на XXII Солвеевской конференции по физике. В настоящее
время Ваагн Гурзадян является членом руководящего совета Европейской
спутниковой программы LARES, соредактором журнала European Physical Journal
Plus (Springer).
- Г-н Гурзадян,
после объявления о проведении выборов в НАН РА на страницах "ГА"
оживилось обсуждение судьбы фундаментальной науки в нашей стране, были
опубликованы интервью академиков, критикующих систему выборов в НАН. Каково
ваше мнение по этим вопросам?
- В своих интервью академики, по существу, констатируют
плачевное состояние выборов в НАН, особенно после того, как в 1996 г. Виктор
Амбарцумян заявил о своем выxоде из НАН. На мой взгляд, вопрос сегодня должен
ставиться шире, дело не только в выборах. Корни этого плачевного состояния
кроются в самом статусе НАН, который противоречит мировой практике. И об этом
уже говорилось многократно. Позволю себе процитировать отрывок из моего же
интервью десятилетней давности: "На Западе академии имеют чисто
символические значения, как клубы-общества для особо заслуженных ученых, где
членство (как правило, с уплатой членских взносов) почетно, однако никакой
административной власти не влечет, чему крупные ученые обычно бывают только
рады. Я помню, как В.Л.Гинзбург иронизировал, когда на конференциях его
величали академиком, в то время как Дирака, легендарного физика XX века, члена
множества академий - профессором".
Посмотрим xотя бы вокруг. За последние годы в Грузии и
даже в России (откуда копировалась НАН) академии потеряли
"министерский" статус, и это при условии, что членами Российской АН
становятся, как правило, люди достойные, известные в мире специалисты.
- А у нас?
- Как уже отмечено в интервью академиков, система выборов
ориентирована не на выявление научного вклада специалиста, а на угодныx
руководству НАН людей. Плачевные результаты сейчас представимы даже
количественно. Два года назад Государственный комитет по науке наконец сделал
то, с чего, казалось, должен был начать свою деятельность, – провел
"инвентаризацию". Был составлен список 100 эффективных научных
сотрудников на основе публикаций и ряда в целом принятых критериев
(прецизионность их применения - отдельная тема). Так вот, оказалось, что лишь
около десяти процентов из этого списка состоят в НАН, это при том, что
начислялись дополнительные баллы за членство в НАН и сопутствующие должностные
привилегии - руководство грантами, премии. Если бы такой список был составлен в
60-е годы прошлого века по тогдашним объективным критериям, то он включал бы,
без сомнения, в основном членов академии. Казалось бы, проведенная
"инвентаризация" должна была положить конец мифу о НАН как о
дееспособной структуре.
- Но
соответствующие выводы так и не были сделаны?
- Не были. Членство в НАН по-прежнему является
пожизненным правом на руководящую должность, в том числе руководство кафедрами,
советами защиты диссертаций, конкурсными комиссиями, редактирование журналов и
т.д. В результате статус НАН, по существу, является тормозом науки и
университетского образования. Академики, десятилетиями заведующие кафедрами, не
замечают, что вокруг появилось поколение руководителей возраста их внуков. И
даже, если и расстаются с должностью, то успевают избавиться от неугодных
сотрудников и поставить своего "наместника", тем самым продолжив свое
"царствование". Для сравнения: конкурс на должность заведующего
кафедрой в Европе, как правило, помимо того что имеет четкий возрастной ценз
(даже если это нобелевский лауреат), проводится с приглашением ведущих
специалистов из других университетов и центров. Я уже не говорю об отдельных
начинаниях руководства НАН РА, свидетельствующих о его полной некомпетентности.
- Каким вам
видится выход?
- Надо критиковать не руководство НАН и выборы (вакансии,
необъективность, кумовство и т.д.), ведь кого выбрать и по каким критериям -
презумпция самого клуба. Сейчас последствия этих выборов имеют непосредственное
отношение к нам – налогоплательщикам, оплачивающим существование НАН. Решить
проблему просто: надо упразднить пожизненные права академиков, так же как и
финансовую надбавку за членство в НАН, как это принято на Западе. Сомневаюсь,
что в этих условиях недостойные продолжат рваться в подобный клуб, ведь
зарплата (надбавка) будет назначаться по критериям, а не по членству. А
достойных ученых будут сами приглашать в свой клуб, стремясь к повышению его
престижа. На Западе эксперты приглашаются на должности, а также в экспертные
комиссии, независимо от членства в какой-либо академии, а лишь исходя из
компетенций и научного опыта. Понятно, что у этого вопроса есть социальный
аспект. Возможный выход - пенсии-надбавки от организации заслуженным
специалистам, как это принято в ряде стран. Если же статус НАН не будет
изменен, нас ждет тупиковая ситуация.
Нора Кананова, "Голос Армении"