Секретарь совета по координации мероприятий, приуроченных к 100-летней годовщине Геноцида армян, директор Музея–института Геноцида армян Айк Демоян согласен с тем, что и в Диаспоре, и в Армении многие спрашивают о том, что будет после мероприятий, приуроченных к 100-летней годовщине Геноцида армян. По его словам, турки также ждут, что волна нахлынет и уляжется. Айк Демоян подчеркнул в беседе с Tert.am, что нужно избавиться от этого комплекса: за мероприятиями, приуроченными к столетию Геноцида армян, последуют другие мероприятия, пока не будет достигнут окончательный результат.
- Г-н Демоян, готовится ряд широкомасштабных мероприятий, приуроченных к столетию Геноцида армян, у многих возникает вопрос, а что будет после 24 апреля, каков будет результат этих работ?
- Конечно, имеют место подобные настроения, но мы многократно отмечали, что не нужно настраиваться на то, что в 2015 г. будет подведена черта и все. Я спокойно могу говорить о мероприятиях, планируемых нами на 2016 г. Но, конечно же, подобные настроения господствуют и в Диаспоре, и здесь: ну ладно, провели, прошло, а потом?! В действительности, турки также ждут этого и даже не скрывают. Посмотрите, в последнем заявлении Этьена Махчупяна (главный советник премьер-министра Турции Ахмета Давутоглу– Tert.am) говорится, что все уляжется после 2015 г., только после этого будем обсуждать открытие границы и другие вопросы. То есть, они ждут, что нахлынет волна, уляжется, после чего они предпримут какие-то шаги.
Нужно избавиться от этих комплексов, это комплексы, что в 2015 г. что-то произойдет и закончится, нужно настроиться на то, что столетняя годовщина Геноцида – это еще не конец. Но и здесь есть другая проблема: о Геноциде говорят почти все, возможно, что из этого и выйдет что-то логическое, но после разговоров нужно перейти к делу, не нужно беспрерывно трубить об этом, необходимо провести серьезную работу и со временем эта работа должна принести свои плоды. Но, к сожалению, в настоящее время, нам предстоит отметить столетие Геноцида, имея один музей, вы понимаете, что это означает?! Тогда как у нас должно было быть, хотя бы, 5-6 музеев в крупных центрах мира, которые смогли бы послужить инструментом. Подобные музеи являются средством распространения информации непосредственно в образовательно-воспитательной сфере, тем временем, как мы говорим об однодневном шествии, пикетах, демонстрациях.
- Что Вы имеете в виду, говоря результат? Констатировать, что увеличится число стран, которые признают Геноцид армян, и которые заставят Турцию признать самое большое зло, совершенное против человечества?
- Результатом было бы то, чтобы в школьных учебниках хотя бы одной строчкой был бы отмечен факт Геноцида армян, подобного нет ни в одном учебнике – ни в американских, русских или европейских. Я считаю это серьезным упущением, можно также сказать об упущениях структур Диапоры, которые преследуют цель международного признания, но забыли о самом главном. Если должен прийти депутат, который нажатием кнопки проголосует за признание Геноцида армян, будучи абсолютно не ознакомленным с этим вопросом еще со школьной скамьи, то подобное становится похоже на механическое голосование. Другим важным обстоятельством является то, что, когда говоришь о Геноциде ничего невозможно решить одной статьей или двумя публикациями, но если у тебя есть такое учреждение, как Музей-институт Геноцида армян, которое является научным учреждением, где ты проводишь выставки, приглашаешь людей, то это уже серьезная заявка.
К примеру, сорвалось открытие музея в Вашингтоне, который сегодня должен был быть готов, говорим о других музеях, не имея человеческих и финансовых ресурсов, и предстаем этим одним музеем, с которым связываем множество ожиданий и предъявляем требования.
- Не считаете ли Вы, что наша политика по признанию Геноцида армян не реализовывается целевым образом, учитывая тот факт, что никто не извлекает уроки из этого. В мире продолжают совершаться Геноциды, даже в том же регионе, где произошел Геноцид армян. Почему, к примеру, резню езидов мы не используем как повод для напоминания цивилизованному человечеству о том, что это является последствием игнорирования вопроса Геноцида армян, осуществленного в начале прошлого века?
- Армения инициирует различные шаги в европейских структурах, мы приняли две резолюции, но в общем смысле, когда рассматриваем исключительно как политику, то это зафиксировано в нашей Конституционной декларации, что мы будем последовательными в вопросе, в стратегии национальной безопасности также обозначено, но понимаете, иногда появляется сомнение относительно того, что мы хотим в действительности.
Знаете, мы становимся немного похожими на спортсмена, который должен тренироваться, чтобы его мышцы не ослабли, а какова наша главная цель? Хотелось бы, чтобы именно это сформировала государственная комиссия по координации мероприятий, приуроченных к 100-летию Геноцида армян. В январе Комиссия примет декларацию, и я надеюсь, что эта декларация не останется только на бумаге и станет цепочкой действий для Республики Армения и для диаспоры.
- Что значит ряд действий, может быть то, что мы должны перенести акцент с процесса признания на процесс требования компенсаций?
- Вы знаете, постоянно в оборот вводятся новые формулировки, которые вызывают недоумение. Мы переходим с одного этапа на другой, говоря, что этот этап не был хорош, мы сделали ошибку. Ну хорошо, но, где же тогда были мозги, что совершили ошибку, что же, только сейчас накануне 100-летней годовщины решили, что шли в неправильном направлении? Все подобные мероприятия очень важны, но важно и то, куда идут ресурсы, как человеческие, так и финансовые. Просто мы не уточнили первоочередности, то, что хотим.
- Вы, как секретарь совета, координирующего мероприятия, посвященные 100-летней годовщине Геноцида армян, как директор музея-института Геноцида армян, уточнили ли для себя то, что должно быть первостепенным для нас для достижения окончательного результата?
- Для достижения окончательного результата не нужно быть директором музея, нужно просто быть армянином. Если у тебя армянская сущность, ты знаешь, чего ты хочешь, в первую очередь, ты должен думать о родине. Если твоя родина сегодня уязвима, поскольку мала, а некоторые лица пытаются сделать ее еще меньше и более уязвимой… конкретно для меня первостепенной является внутренняя проблема… будучи небольшой страной, мы должны, в первую очередь, решить внутренние проблемы. Если ты уязвим на внутреннем фронте, то на внешнем ты уязвим в десятки и сотни раз больше.
Для меня одним из приоритетных вопрос, будь то Армянский вопрос или вопрос 100-летней годовщины Геноцида армян, начинается с внутреннего фронта. Если на внутреннем фронте у нас есть явления, которые недостойны сильных государств, то это для меня проблема.
http://www.tert.am/