Геноцид армян в
Османской Турции - первое в истории человечества широкомасштабное международное
преступление, совершенное с целью убийства целого народа по политическим
мотивам. С 24 апреля 1915 года из Константинополя стали выселять и в пути
уничтожать известных армянских деятелей культуры, писателей, врачей, юристов,
которые имели большие заслуги не только в развитии армянской, но и турецкой
культуры. Каждый из них нес в себе гены своего народа и разделил его судьбу.
Вспомним некоторых из них.
Григор ЗОГРАБ
Григор Зограб - армянский писатель, публицист, общественно-политический деятель, подлинный выразитель идей и настроений демократической армянской интеллигенции конца XIX - начала XX века в Турции, пламенный борец против рабства и деспотии.
ГРИГОРУ ЗОГРАБУ АРМЯНСКАЯ ЛИТЕРАТУРА ОБЯЗАНА ПОЯВЛЕНИЕМ И УТВЕРЖДЕНИЕМ В НЕЙ ЖАНРА НОВЕЛЛЫ. Лучшие из сорока двух новелл писателя составили три книги: "Голоса совести", "Жизнь как она есть", "Тихие боли". Написаны новеллы и печатались они в газетах и журналах главным образом в 80-90 годах XIX в., то есть в наиболее жестокое время царствования Абдул-Гамида.
Получив инженерное и юридическое образование, Зограб мог сделать карьеру государственного чиновника. Но страдания родного народа, свидетелем которых был Зограб, пробудили в нем иные стремления и чувства, определили иную, трагическую, однако неповторимую и прекрасную судьбу, - судьбу писателя-борца, писателя-гуманиста.
Поистине самоотверженной была общественно-политическая деятельность Григора Зограба в условиях деспотического режима султана Гамида. Среди передовой интеллигенции Турции писатель пользовался заслуженным авторитетом блестящего адвоката, гневное слово которого приводило в трепет государственных чиновников. В трагические дни армянских погромов Зограб разоблачал кровавую политику правителей Турции и их западных подстрекателей, требовал всенародного суда над палачами.
Неутомимый поборник правды и прогресса, он горячо и смело выступал с защитой болгарских революционеров, отданных под суд турецкими властями. Знаменательно также, что во время дикой и позорной истерии вокруг "дела Дрейфуса" Зограб был одним из первых, кто поднял гневный голос протеста против подлой провокации, инспирированной реакционной военщиной.
Турецкие реакционеры искали повода, чтобы расправиться с опасным политическим врагом и его многочисленными единомышленниками. Такая возможность представилась в июне 1915 года, в самый разгар Первой мировой войны. Под предлогом обеспечения государственной безопасности во многих городах и селах страны власти организовали не виданную доселе резню. Более миллиона армян пало от турецкого ятагана. Среди них был и Григор Зограб. Так трагически завершился жизненный путь человека, который с полным правом сказал о себе: "Я всю свою жизнь прожил в борьбе" (Акоп Салахян).
Рубен ЗАРДАРЯН
В числе сотни тысяч погибших был и писатель, публицист, переводчик, общественный деятель Рубен Зардарян.
ОБРАЗОВАНИЕ ОН ПОЛУЧИЛ В АРМЯНСКИХ УЧЕБНЫХ ЗАВЕДЕНИЯХ ХАРБЕРДА. Его сборник рассказов и новелл "Рассвет", в котором нашла отражение царившая в Турции удушающая атмосфера насилия, в 1912 году в переводе на французский язык вышел в Париже. Известны также его переводы произведений М.Горького, Э.Верхарна, П.Шелли, В.Гюго, О.Уайльда, В.Короленко, А.Франса. В 1903 г. он был арестован за политическую деятельность. Потом он обосновался в Пловдиве и через несколько лет снова вернулся в Константинополь и в 1915 году пал от турецкого ятагана.
Даниэл ВАРУЖАН
Одна из самых крупных и одновременно самых трагических фигур многовековой армянской поэзии. Всего 31 год прожил Даниэл Варужан, а его активная творческая жизнь насчитывает едва лишь десятилетие.
НО ЗА ЭТО СРАВНИТЕЛЬНО КОРОТКОЕ ВРЕМЯ ОН СУМЕЛ СОЗДАТЬ БЛЕСТЯЩЕЕ художественное наследие, которое не только вошло в золотой фонд армянской литературы, но и влилось в мощный поток мировой поэзии начала XX века.
Не случайно еще в начале 1906 года, когда 22-летний поэт собирался издать свой первый сборник стихов, известный армянский и литературный критик и общественный деятель Аршак Чобанян, обращаясь к Варужану, прозорливо заметил: "Вы станете одним из великих наших поэтов, я в этом не сомневаюсь". Это предсказание критика полностью сбылось еще при жизни поэта, а десятилетия, прошедшие после его смерти, помогли еще полнее и глубже осознать место и роль Варужана в истории армянской поэзии.
За свою недолгую творческую жизнь Даниэл Варужан создал четыре поэтических сборника. Он успел воплотить лишь небольшую часть своих неисчерпаемых творческих возможностей. Он был полон новых серьезных замыслов: думал о создании второго цикла буколической поэзии "Песнь вина", мечтал обработать армянские эпические сказания под общим названием "Армянская гомериада" и армянский героический эпос ("Дом сасунцев"). Эти планы оборвал турецкий ятаган (Эдуард Джрбашян).
Мисак МЕЦАРЕНЦ
Родился в 1886 году. Ему было всего десять лет, когда его родной Бинкян был предан огню и мечу, превращен в руины и пепел.
В ТОЙ ЖЕ ЗАПАДНОЙ АРМЕНИИ, В ШКОЛЕ ГОРОДА СВАЗ, ГДЕ ОН ОБУЧАЛСЯ, дисциплина предписывала множество различных запретов, в том числе на любую форму национального движения. К этому следует добавить и тот злополучный случай, когда какой-то мальчишка-турок ударил 15-летнего Мецаренца ножом в спину, что явилось причиной частых рецидивов воспаления легких и привело к ранней смерти. Мецаренц ни разу не упомянул об этом, мы не знаем почему, по какой причине он так и не вспомнил этого турчонка, который унаследовал от своих дедов и отцов способ вершить человеческие судьбы с помощью ножа?
...У Мисака Мецаренца есть несколько стихотворений, помеченных городом Сваз. История помнит связанный с этим городом трагический случай, не имеющий аналога. Ленк Тимур, самый кровожадный азиатский завоеватель, более чем за пять столетий до Мецаренца встал со своими ордами у стен Сваза, одного из самых цветущих городов тогдашней Армении, известный как "город ста тысяч розовых кустов". Жители Сваза, чтобы смягчить сердце тирана, вывели к нему тысячу малолетних детей, с ног до головы одетых в белое, с букетами алых роз в руках. То была немая мольба о пощаде, чтобы город не был уничтожен, превращен в руины и прах. Но палач устремил свой взор на детей и приказал растоптать эту белоснежную непорочность копытами коней. Местность окрасилась кровью детей и роз.
А еще пять столетий спустя стихи Мисака Мецаренца, подобно той тысяче малолетних армянских детей, с ног до головы одетых в белое, вновь были выведены к османскому ятагану, и ятаган умертвил их создателя, но самих стихов умертвить не смог, потому что они были крылаты и, взмыв в небеса, долетели до нас и обосновались в своей отчизне, беседуя с вечностью (Размик Давоян).
СИАМАНТО
Между рождением поэта и его бессмертием есть миг, сотканный из тончайших капилляров памяти, сострадания, борьбы. Миг творчества. Таков и миг западноармянского поэта, известного литературному миру под именем Сиаманто.
ОДНАЖДЫ МОЛОДОЙ СИАМАНТО, ГОВОРЯ О НАЗНАЧЕНИИ ПОЭТА, СКАЗАЛ, что единственная цель художника - видеть и любить прекрасное. Но он стал поэтом Геноцида, где спрессованы голоса ужаса, отчаяния и тревоги, где нет места даже улыбке. Аветик Исаакян называет Сиаманто "уникумом в мировой литературе".
Правы армянские и зарубежные исследователи творчества Сиаманто, когда говорят, что нежнейший лиризм поэта, его страстный, неповторимый характер придают его поэзии особое обаяние. Без этих качеств стихи воспринимались бы как холодные лозунги-призывы. И неудивительно, что литературная общественность Европы высоко оценила творчество армянского поэта, выдвинув за несколько месяцев до его гибели на Нобелевскую премию.
Поэт в полной мере разделил судьбу своего народа, когда в 1915 году младотурки стали планомерно осуществлять свой чудовищный акт истребления целой нации. В расцвете творческих и жизненных сил наряду с лучшими представителями интеллигенции - Комитасом, Д.Варужаном, Рубеном Севаком, Г.Зограбом, Еруханом, Келекяном и многими другими - был арестован, а через несколько месяцев зверски убит и Сиаманто.
Но поэт погиб, оставив нам посаженную на берегах Евфрата Лозу Гнева, которая по страстному убеждению Сиаманто, однажды прорастет Розой Свободы (Рубен Ангаладян).
Рубен СЕВАК
Вырос в Константинополе (тогда турецкое название - Стамбул - еще не вошло в мировой обиход), учился в Лозанне, а, получив диплом врача, несколько лет практиковался в швейцарских клиниках.
УСПЕЛ ИЗДАТЬ ОДНУ-ЕДИНСТВЕННУЮ КНИГУ - СТИХОТВОРНЫЙ ОТКЛИК НА РЕЗНЮ 1909 ГОДА. На резню совсем иного, чудовищного масштаба - на Геноцид - он уже не смог откликнуться: весной 1915 года его взяли под арест, а летом убили.
Согласно весьма достоверному свидетельству, бок о бок с ним умирал его друг и великий поэт Даниэл Варужан. Если свидетельство правдиво, то 26 августа - наичернейший день в истории армянской поэзии. Потому что Севак и сам обладал огромным дарованием. Не до конца воплотившимся, но поистине блестящим.
Судьба Севака по-своему подтверждает, что Геноцид, от которого Турция до сих пор открещивается, был именно геноцидом, а не совокупностью досадных инцидентов, имеющих место в пору военной неразберихи (Георгий Кубатьян).
КОМИТАС
Лучшие годы своей творческой жизни замечательный армянский поэт Паруйр Севак отдал работе над поэмой "Неумолкаемая колокольня". Даже после того, как поэма увидела свет и была восторженно встречена читателями, Севак продолжал работать над ней до самой своей безвременной кончины. В ее основе - трагическая судьба великого армянского композитора и просветителя Комитаса.
... ИМЕННО С КОНСТАНТИНОПОЛЯ, ГДЕ ЖИЛ ТОГДА ПОЧТИ ВЕСЬ ЦВЕТ мастеров армянской культуры и литературы, начался чудовищный Геноцид армян. Увезенный в числе первых смертников и чудом спасенный Комитас от всего увиденного сошел с ума и 20 лет, до самой кончины, находился в психиатрической больнице.
Армянский народ глубоко чтит память своего великого композитора, и не только потому, что он дал мощный толчок развитию армянской музыки. Образ Комитаса, человека из народа и разделившего с народом самую страшную трагедию в его многовековой истории - Геноцид, который смогли превзойти только гитлеровские фашисты, стал символом армянской нации, одним из тех имен, которыми она гордилась и будет гордиться всегда. Поэтому поэма Паруйра Севака не только и не столько биография Комитаса, сколько эпическое полотно жизни народной, произведение, которое показывает, что лишь неразрывные узы с народом рождают и питают гения (Гарольд Регистан).
.
Наталия Гомцян, "Голос Армении"