Роза Хастян родилась в 1956 году в горном селе Цебельда (Абхазская АССР) в семье амшенских армян. С 1960 года проживает в селе Гумиста, где оканчивает армянскую среднюю школу, после чего выходит замуж и переезжает в Сухум. С 1992 года и по настоящее проживает в г. Майкоп (Республика Адыгея). Имеет троих детей, четверых внуков.
Стихи, рассказы и статьи пишет с детства. Публиковалась в газетах «Пионер канч», «Гракан терт», «Советакан Врастан» , «Советская Абхазия», «Советская Адыгея», «Дзайн Амшенакан», в журналах «Гарун», «Айастани Ашхатавори». Имеет три сборника стихов и прозы: «Мечты и реальность» (рассказы и миниатюры на русском языке), «Мыслепотоки» (сборник стихотворений и верлибров на русском языке) и «Հոգու արահետներով» (сборник стихов на армянском языке). Также опубликованы рассказы на амшенском диалекте в сборнике «Амшенский фольклор и народная литература» и стихи на амшенском диалекте в книге Вагана Менакеци «Душа Амшена». В 1914 году награждена ценным призом «открытие года» Фонда «Ирэн Гюльназарян» (США) в Союзе писателей Армении. Кандидат в члены Союза писателей Армении и Адыгеи.
.
.
Таверна
Душа — не таверна, мой благоверный:
Захотел — вошел, поел и попил…
И напоследок, утехи ради,
Любовь, как вино — на пол разлил…
Не забегаловка, Душа, на дороге,
Она не открыта всегда и всем,
Тебе открыли? — Не стой у порога!
Войди, коль пришел! И, насовсем!
.
.
Тоске не дашь другое имя…
Я не могу быть в нашем доме,
Где я жила сто лет назад…
Я ТАМ жила! — поверьте слову,
И собирала виноград,
Прабабушки моей руками,
Прадедушки — мечтой в глазах.
.
Полёту радовалась, птиц,
Напеву подпевала, ветра,
Мечты не знали ТАМ границ,
И не было теней у света.
Во снах прабабушки жила,
А по утрам мела с ней двор,
В думах прадеда была, —
Вела веселый разговор.
.
Соседям мило улыбалась.
Я радовалась всей родне.
Устами деда я смеялась…
Пропал который на войне.
.
Но прадед мой не знал о том,
Поэтому, бранил сыночка –
За то, что потерял весло
И лодку, в чем катал девчонку.
.
Улыбкою была я предков.
Их уверенностью, силой.
Но, сломали древа ветки,
А дом родной — стал их могилой…
.
А я… Я всё же родилась.
В чужой стране, в чужой Отчизне,
Циничный видела оскал,
В том, что рода вижу тризну…
.
Но я жива, и жив мой род.
И более — цветет народ!
.
…Но лишь тоска, что в подсознании,
По дому ТАМ… порой страдает…
.
Я не могу быть в нашем доме,
Где я жила сто лет назад…
Но по весне мой дух строптивый,
Летит ТУДА, теперь, где — враг…
.
До дома, ведь, рукой подать…
.
Тоске не дашь другое имя…
Ах, Арарат!
.
.
Такова жизнь…
Внезапно ты шагнул ко мне из бездны,
(Боже, что же сделали с тобой?)
Все слова вдруг стали бесполезны,
(Надсмеялся кто-то над судьбой.)
.
Любовью был измучен, не иначе,
(Экзекуций след был налицо.)
В новую любовь билет оплачен,
(Любить хотел, злорадствам всем назло.)
.
Твоё спасенье — стало делом жизни,
(И стала твои раны я лизать.)
Ты спасён! — Я стала третьим лишним,
(Боже! Научи же проиграть!)
.
.
Дымит…
Дымит костер,
Я жду огня.
Ты меня стёр,
Понять пора.
.
Дымит костер,
Пошла слеза.
Меня не ждешь,
А я горда.
.
Дымит костер,
Он без огня.
Кто-то силен,
Только не я.
.
.
Не театр жизнь. Она – война
Синюшный спрут из подозрений
Подкрался к сердцу моему,-
А вдруг(!) совсем ты мне не верил!?
Так! Надсмехался! Иногда…
К правде жизни — я готова,
(Бывает. Редко. Не всегда.)
Скромненько и незаметно,
И всё ж… — сжигаю я себя.
Хрен с маслом! Жизнь — не бутерброд,
И… достают когда-то… грезы!
Страданий выдержала… МРОТ,
Да, по фиг мне… твои угрозы!
Синюшный спрут из подозрений
Подкрался к сердцу моему,-
Поверь,- сознательно и явно
Я — НИКОГО не достаю!
Не подрезаю крылья птице,
Рвётся кто с тобой в полёт,
Да потому что… той синице
И сам журавль не поймет.
…А нрав мой, (чокнутой и дуры),
Так… я… всегда у амбразуры!
И КАК не кончится война –
ПЕШКАМИ помрут фигуры…
.
.
Мужская ревность
Пружиной натянуты нервы,
Слово — и внутренний треск,
Погас, как будто и не был
В глазах восторженный блеск…
Ревность начало конца,
Стрелки мчатся к нулю,
И рвутся мышцы лица,
От страшной мысли: «убью!»
.
.
Слов дурацких, ряд…
Себе я обещаю,
(…И в который, и в какой же раз…?)
В скобках молчания беззвучного
И онемения сознательного рамках оставаться…
.
И снова,
Вновь(!)
Из коробка,
Куда запрятала себя я принужденно-добровольно,
(Не я б запрятала -ТЫ был бы рад перестараться!
Ох, и умеешь в прозу бытовую волшебные мечты любого сходу превращать…),
Вскакиваю!
И невольно,
Что-то говорю: несуразно же конечно, не к месту, и конечно — невпопад…
.
Вот… вот!
Водопад!
Не рифмы ради,
А несвязных слов,
Когда остов всех твоих мыслей –
Не более, чем нереальность снов,
Которые,
Едва приснившись,
Ис че за ют!
.
Не разговор то!
.
Разговор, — когда возможность говорить у каждого есть. И у всех.
.
Когда же говорит один,
А второй
Просто вынужден порою сделать вид, что… говорит…
А сам… бормочет что-то, зная наперед:
Бормотание его
Не более, чем… у водопада стоящее дырявое ведро…
.
… И, о чем я? Да всё о том!
Есть истина простая:
Когда нет смысла говорить,
Сказанное — слов дурацких, ряд…
.
Говори – не говори,
Едино всё: что рай, что ад.
ВСЕГДА — молчавший виноват…
