Президент Ильхам Алиев провёл встречу с членами правления Совета по прессе, приуроченную к 140-летию создания азербайджанской печати. В числе прочих вопросов глава государства коснулся освещения в СМИ карабахского конфликта, подчеркнув при этом, что «следует шире освещать как историческую действительность, позицию Азербайджана, связанные с армяно-азербайджанским, нагорно-карабахским конфликтом, так и нынешнюю ситуацию в целом, так как Армения постоянно пытается не допустить выхода информации по существу вопроса».
Однако прежде необходимо иметь перед глазами адекватную картину, поскольку проблема состоит не только и не столько в Армении. Сначала о сведениях общего характера. До 1918 года на территории Российской империи никакого Азербайджана вообще не существовало. Были Бакинское, Гянджинское, Карабахское ханства и т.д. Когда же мусаватисты провозгласили Азербайджанскую Республику, заимствовав этноним у одноименной иранской области, они фактически приватизировали историю Персии, но таким образом, что стали покушаться на Закавказье и даже Дагестан. Потом ничего не изменилось, если иметь в виду знаменитый указ президента Азербайджана Гейдара Алиева «О геноциде азербайджанцев» от 26 марта 1998 года.
Напомним, что после провала августовского путча 1991 года Верховный совет Азербайджана принял декларацию о восстановлении независимой Республики Азербайджан, т. е. той, что существовала в 1918—1920 годы. Для армян это означало, что правовая основа автономного статуса Нагорно-Карабахской автономной области (НКАО) советской эпохи отменяется. 2 сентября 1991 года на совместном заседании областного Совета НКАО и районного Совета населенного армянами Шаумяновского района была провозглашена Нагорно-Карабахская Республика (НКР). 26 ноября 1991 года Верховный совет Азербайджана принял закон, отменяющий автономию Нагорного Карабаха. Поэтому сейчас, как писал доктор исторических наук Владимир Ступишин, «разговоры о какой-то новой автономии для Карабаха по принципу, мол, вы уйдите с контролируемых вами территорий и тогда получите «широ-оо-кую автономию» в рамках Азербайджана, представляет такую широкую, что мало никому не покажется».
Обозначенная позиция является для Баку базовой, но не находящей поддержки в мировом сообществе, хотя некоторые государства стандартно заявляют о приверженности принципам территориальной целостности Азербайджана. В чем же дело? В том, что с точки зрения международного права никакого конфликта между принципом территориальной целостности государства и принципом признания права наций на самоопределение не существует. Прежде всего потому, что право на самоопределение не требует никакого признания. Оно само по себе, а не принцип его признания, зафиксировано в Уставе ООН и пактах по правам человека. Во-вторых, право народов на самоопределение — не политический принцип, а международно-правовая норма, чем и отличается от принципов территориальной целостности, которых нет в Уставе ООН. А так называемые основополагающие документы ОБСЕ, где этот принцип сформулирован, в частности, в хельсинкском Заключительном акте, не являются юридическими документами. В данном случае речь идёт о разноуровневых и разнохарактерных институтах международного права, между которыми нет противоречий. Право на самоопределение реализуется в отношениях между частью государства и целым, а принцип территориальной целостности связан с обязательствами между государствами не претендовать на территорию друг друга. Стоит только нарушить (к сожалению, это происходит) постоянство норм и использовать двойные стандарты, как от международного сообщества ничего не останется — мир будет ввергнут в кровавые конфликты.
Тем не менее десятки независимых государств Азии, Африки, Латинской Америки родились благодаря нарушению принципов территориальной целостности имперских государственных образований, какими были Франция, Британия. Никто не пытался выдвинуть этот принцип и тогда, когда распадался Советский Союз. Кстати, Азербайджан осуществил свое право на самоопределение с серьезными нарушениями территориальных прав не только Центра, но и всех народов, которых не спросили, как требовал ещё действовавший тогда закон: желают ли они последовать за тюркским большинством и порвать с Москвой.
Степанакерт имел юридическое право не делать этого, чем и воспользовался. Поэтому Баку следует искать компромисс не в решениях резолюций СБ ООН и не за счет дискредитации Минской группы ОБСЕ, ведущей посреднические переговоры по карабахскому урегулированию на основе Мадридских принципов, построенных на обозначенных принципах международного права, а в организации горизонтальных межгосударственных отношений отделившегося народа с бывшей метрополией. Но он не может затрагивать статус новообразованного государства, так как последний относится к исключительной компетенции самого суверенного народа, реализовавшего право на самоопределение. Остальное от лукавого.
Станислав Тарасов, ИА REGNUM.