Встреча основных стран - производителей нефти, состоявшаяся 17 апреля в столице Катара Дохе, окончилась безрезультатно. По ее итогам ключевые производители энергоносителей - как члены ОПЕК, так и государства, не входящие в состав картеля, - не сумели достичь соглашения о заморозки уровня добычи нефти. Основной причиной провала переговоров стала сохраняющаяся конкуренция между основными игроками на нефтяном рынке.
ПЕРВЫМИ ПРИЗНАКАМИ ВОЗМОЖНОСТИ РЕАЛЬНОГО ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ между членами ОПЕК и не входящей в ОПЕК Россией стали договоренности, достигнутые на встрече в Дохе в феврале. Тогда министры нефти Саудовской Аравии, Катара, Венесуэлы и министр энергетики России выразили готовность сохранить в среднем в 2016 г. добычу нефти на уровне января текущего года, если другие страны -производители нефти присоединятся к этой инициативе. При этом данная договоренность сразу же дала результат - восстановление цены на нефть марки Brent с начала года составило 65%, хотя необходимо отметить, что еще одним фактором, способствовавшим росту цен, стало сокращение добычи нефти в США.
Переход от жесткой конкуренции в энергетической сфере к определенному сотрудничеству между Россией и Саудовской Аравией, особенно на фоне геополитического противостояния двух стран в Сирии, был явно не случаен. Ранее Россия прохладно относилась к обсуждению темы заморозки добычи, опасаясь за свою долю на рынке, в то же время саудиты примерно год назад запустили операцию по понижению нефтяных цен, стремясь нанести удар по экономическим позициям Москвы и Ирана и защитить свою долю на рынке от наступления американской сланцевой нефти.
Ситуация, однако, существенно изменилась к началу 2016 года. С одной стороны, и РФ, и Саудовская Аравия, и большинство производителей нефти несли существенные экономические потери от падения цен, которые к середине января 2016 г. упали до рекордного с 1990-х годов показателя в $27,5 за баррель для сорта Brent. С другой стороны, саудиты, сумев частично сократить масштабы добычи нефти в США, в то же время убедились в невозможности быстро выдавить с рынка американских конкурентов, поддержанных мощным финансовым сектором США. Параллельно позициям Москвы и Эр-Рияда начал угрожать Иран, нацеленный после снятия санкций на возвращение своей доли на рынке и намеренный максимально расширить добычу. Особенно сложной была в этом плане позиция России, так как одним из направлений энергетической экспансии Тегерана был рынок ЕС, рассматриваемый Москвой как приоритетный.
В ЭТИХ УСЛОВИЯХ ИНИЦИИРОВАНИЕ ГЛОБАЛЬНОЙ ДОГОВОРЕННОСТИ о замораживания уровня добычи объективно могло играть и против Ирана. При этом позициям России и саудитов мало что угрожало: обе страны в начале 2016 года вышли на рекордные уровни добычи и, как следствие, от заморозки этого уровня мало что теряли. По сути, апрельская встреча в Дохе была призвана перевести предварительную локальную договоренность между Россией и Саудовской Аравией на глобальный уровень. Однако сделать этого не удалось. Иран изначально отрицательно отнесся к указанным планам, очевидно, рассматривая их как новую форму конкуренции. Еще в феврале министр нефти страны Биджан Намдар Зангане назвал смешным предложение остановить повышение объемов добычи.
Накануне состоявшейся 17 апреля встречи Зангане сообщил, что Иран не направит своего представителя в Доху и не собирается подписывать соглашение по заморозке добычи нефти. Министр отметил: если Иран сохранит добычу нефти на уровне февраля, это будет означать, что страна не извлечет выгоды в связи с отменой санкций. По формулировке Зангане, присоединиться к заморозке сейчас для Ирана означало бы самому наложить на себя санкции. В свою очередь позиция Саудовской Аравии претерпела определенную динамику: 12 апреля появилась информация о том, что Саудовская Аравия и Россия согласовали позиции о заморозке нефтедобычи, при этом предполагалось, что окончательное решение Эр-Рияд примет без привязки к позиции Тегерана.
Однако непосредственно до встречи саудиты заняли более жесткую позицию. 16 апреля заместитель наследного принца королевства Мохаммед бин Салман заявил агентству Bloomberg, что Саудовская Аравия зафиксирует уровень нефтедобычи только в том случае, если так же поступят и другие крупные производители, в том числе Иран. При этом саудовский принц также пригрозил, что королевство способно незамедлительно повысить добычу до 11,5 миллиона баррелей в сутки, а в течение нескольких месяцев - до 12,5 миллиона баррелей. В сочетании отказ Ирана от соглашения и жесткая привязка подходов саудитов к позиции Тегерана сделали, по сути, бессмысленной встречу в Дохе еще до ее начала.
В ЦЕЛОМ ПО ИТОГАМ ВСТРЕЧИ В ДОХЕ ИРАН ПРОДЕМОНСТРИРОВАЛ: хотя экономика страны также страдает от падения цен на нефть, для него на данном этапе приоритетом является наращивание объемов добычи досанкционного уровня и возвращение доли на рынке. Примечательно, что на фоне встречи в Дохе заместитель министра нефти страны Рокнеддин Джавади сообщил, что Иран намерен нарастить экспорт нефти до 2 млн баррелей в сутки, а добыча нефти в стране достигла 3,5 миллиона баррелей в сутки. Иран также активизировал экспансию в европейском направлении. Министр нефти страны заявил, что Иран подписал контракт на поставку 700 тысяч баррелей нефти в сутки на европейский рынок, также в апреле появились сообщения о том, что две иранские компании подписали соглашение о строительстве магистрального газопровода с месторождения Южный Парс через территорию Ирака и Турции для дальнейшего экспорта газа в Европу.
На этом фоне после провала встречи в Дохе в сложном положении оказалась Россия, которая в условиях усиливающегося экономического кризиса в стране была заинтересована в глобальном соглашении о заморозке добычи. Не менее сложным является и положение Саудовской Аравии. Хотя финансовое положение королевства чуть получше, чем у конкурентов, за счет накопленных резервов, однако падение цен сказывается уже и на геополитических возможностях Эр-Рияда, финансирующего сирийскую оппозицию, поддерживающего правящий режим в Египте и ведущего войну в Йемене. Саудитам по итогам встречи в Дохе не удалось и минимизировать эффект от возвращения Ирана на рынок. По сути, сценарий с провалом дохийской встречи предполагает для Эр-Рияда продолжение курса на понижение цен на нефть, наносящего экономический ущерб конкурентам, в том числе производителям нефти в США. Однако и последний аспект несет в себе определенные риски, так как Эр-Рияд подвергается все большему политическому давлению со стороны администрации Обамы, явно недовольной потерями энергетического сектора США.
В заключение отметим, что провал встречи в Дохе уже вызвал падение цен на нефть – 18 апреля цена нефти марки Brent упала на 7% - до $40,1 за баррель. Таким образом, на данном этапе итоги встречи в Дохе свидетельствуют о провале попыток достичь перемирия в ценовом противостоянии, а это в свою очередь означает, что по крайней мере в ближайшие месяцы "нефтяная война" продолжится.
Давид Арутюнов, "Голос Армении"