Президент Армении Серж Саргсян, выступая в Бишкеке на заседании глав государств СНГ, сделал важное заявление по перспективам урегулирования нагорно-карабахского конфликта. Он напомнил, что впервые с установления в 1994 году режима прекращения огня в апреле этого года в Нагорном Карабахе снова стреляли. «Эти действия привели не только к боевым потерям, но и к жертвам среди гражданского населения», заметил Саргсян, а также «нанесли серьезный удар по переговорному процессу». По словам главы Армении, он затронул эту тему потому, что именно в Бишкеке был подписан Протокол о прекращении огня, который основывался на положениях Заявления Совета глав государств СНГ от 15 апреля 1994 года.
Реплика президента Саргсяна приобретает принципиальное значение по следующим причинам. Дело в том, что в начале 1994 года в Закавказье кровоточили два конфликта — грузино-абхазский и нагорно-карабахский. Эти конфликты имели однородный характер, были и остаются связанными со стремлением Тбилиси и Баку создать государственность на основе прямолинейной реализации принципа о праве наций на самоопределение (если проецировать этот принцип в отношении СССР). Но Грузия и Азербайджан этнически неоднородны. Попытки в интересах «новой титульной нации» нарушить хрупкий баланс между самоопределением титульной нации и интеграцией национальных меньшинств, стремление создать моноэтничное государств неизбежно вели к дестабилизации ситуации и локальным вооруженным конфликтам. Почти два года (с августа 1992 по июнь 1994 года) продолжались ожесточенные бои между воинскими формированиями Абхазией и Грузией. Точно так же это происходило и в Нагорном Карабахе.
Перед нами два документа, датированные 15 апрелем 1994 года. Протокольное решение Совета глав государств СНГ «О Заявлении Совета глав государств-участников Содружества Независимых Государств о проведении операции по поддержанию мира в зоне грузино-абхазского конфликта» и «Протокольное решение Совета глав государств СНГ по конфликту в Нагорном Карабахе и вокруг него». Процитируем первый документ в части обеспечения урегулирования грузино-абхазского конфликта с поручением представить его на рассмотрение Совета глав государств-участников СНГ: «В документах, которые принимались в ходе переговоров об урегулировании грузино-абхазского конфликта под эгидой ООН и при содействии России, продолжающихся с декабря прошлого года, содержатся обращения к Совету Безопасности ООН о скорейшем развертывании операции по поддержанию мира (ОПМ) с участием в составе миротворческих сил ООН российского воинского контингента. Реализация этой операции должна содействовать разрешению острейшей проблемы — безопасному возвращению десятков тысяч беженцев в родные места. Однако решение об осуществлении ОПМ так до сих пор и не принято. Совет глав государств Содружества выражает готовность в случае, если по каким-либо причинам такое решение не будет принято в ближайшее время, в соответствии с духом и принципами Договора, призванного обеспечить мирное, безопасное развитие государств-участников, с согласия сторон в конфликте, ввести в зону конфликта миротворческие силы, состоящие из воинских контингентов заинтересованных государств-участников Договора. Все действия государств СНГ — участников Договора о коллективной безопасности должны будут сочетаться с использованием поддержки со стороны ООН и СБСЕ. Важную роль могло бы сыграть увеличение числа международных наблюдателей, уже находящихся в Абхазии по решению Совета Безопасности ООН, их тесное взаимодействие с командованием миротворческих сил».
Теперь процитируем аналогичный документ, касающийся урегулирования нагорно-карабахского конфликта: «Принимая к сведению заявления глав государств Азербайджанской Республики и Республики Армения о принятии ими мер по прекращению военных действий, Совет глав государств Содружества констатирует, что нагорно-карабахский конфликт наносит невосполнимый урон азербайджанскому и армянскому народам, экономике и экологии обширного региона в Закавказье, затрагивает существенные интересы других участников СНГ, Содружества в целом. Совет глав государств Содружества подтверждает свое стремление всемерно способствовать поиску единственно возможного компромиссного решения. Главный приоритет, императив урегулирования — незамедлительное прекращение огня, всех военных действий и вслед за этим его надежное закрепление. Без этого не перейти к ликвидации последствий трагического противоборства. Совет глав государств Содружества обращается к международному сообществу, СБСЕ и ООН с призывам оказать поддержку принимаемым Содружеством Независимых Государств мерам в интересах урегулирования конфликта».
Бросается в глаза разница. Если в отношении урегулирования грузино-абхазского конфликта вверх берет технология использования миротворческих сил, состоящих из воинских контингентов заинтересованных государств — участников Договора о коллективной безопасности, то в отношении нагорно-карабахского урегулирования просматривается тенденция к интернационализации конфликта.
Свидетельствует посол России, председатель Совета ветеранов МИД РФ, первый заместитель председателя Ассоциации российских дипломатов Владимир Казимиров: «12 ноября 1993 года Совет Безопасности ООН принял последнюю резолюцию по карабахскому конфликту. Тогда всего за полгода их набралось четыре (822/30 апреля 1993 года, 853/29 июля, 874/14 октября и 884/12 ноября). Целых четыре! Ибо стороны конфликта не соблюдали их. Строго говоря, и 20 лет спустя ни одно из их существенных требований так и не выполнено. Комплекс неудач Азербайджана и его упорные попытки решить конфликт силой парализовали реализацию всех четырех резолюций. К концу 1993 года обстановка в конфликте еще больше обострилась из-за провала контрнаступлений Азербайджана, предпринятых вопреки всем 4 резолюциям и несмотря на резкий рост его потерь. СБ ООН впредь уже не хотел принимать резолюций по Карабаху, ибо их невыполнение, особенно главного требования прекратить войну, дискредитировало высший международный орган. Мирное урегулирование конфликта заходило в тупик. В начале 1994 года уже практически нельзя было опереться на эти резолюции из-за утраты ими действенности. Россия была вынуждена расширить поиск точек опоры в посреднических усилиях. Вступление Азербайджана в СНГ и избрание Гейдара Алиева президентом Азербайджана создали к концу 1993 года новую площадку для этого. С декабря Межпарламентская ассамблея СНГ начала работу с парламентскими структурами Азербайджана, Армении и Нагорного Карабаха. Совет глав государств (СГГ) СНГ в марте и апреле 1994 года выступил с заявлениями по карабахскому урегулированию. Резолюции СБ ООН охватывали немало требований и призывов, а Россия сосредоточила все усилия на главном — прекращении огня и военных действий. В Бишкекском протоколе руководители парламентских структур всех сторон конфликта поддержали это заявление глав государств СНГ и призвали прекратить огонь к 9 мая. Именно на основе заявления СГГ СНГ и Бишкекского протокола и было подписано соглашение о прекращении огня и бессрочном перемирии с 12 мая 1994 года».
Еще о фактах. Президент Грузии Эдуард Шеварднадзе в ситуации, когда страну раздирали внутренние противоречия, экономика оказалась практически разрушенной, а национальная армия находилась в состоянии полной дезорганизации, в 1994 году подписывает два важных документа. По российско-грузинскому договору о дружбе и сотрудничестве Россия получила право иметь на территории Грузии в течение десяти лет три военные базы: в Батуми, Ахалкалаки и Вазиани. Правовой основой размещения миротворческих сил в зоне конфликта явилось грузино-абхазское «Соглашение о прекращении огня и разъединении сил» от 14 мая 1994 года. На правительственном уровне между Тбилиси и Сухуми заключается соглашение о прекращении огня и военных действий. По этому соглашению российские миротворческие войска были развернуты по реке Ингури, которая отделяет Абхазию от Грузии. А в соседнем Азербайджане президенту Гейдару Алиеву удалось через Москву остановить мощное наступление армянских войск и по сути спасти азербайджанскую государственность. В формате Протокола от 18 февраля 1994 года и Бишкекского протокола от 5 мая 1994 года было подписано соглашение о бессрочном режиме прекращения огня в Нагорном Карабахе. Под этим документом стоят подписи занимавшего в то время должность министра обороны Армении Сержа Саргсяна, командующего Армией обороны НКР Самвела Бабаяна и министра обороны Азербайджана Мамедрафи Мамедова.
После недавней апрельской карабахской войны, на саммите в Вене и в Санкт-Петербурге при прямом посредничестве президента России Владимира Путина и участии сопредседателей Минской группы ОБСЕ была подтверждена договоренность между конфликтующими сторонами придерживаться соглашения о прекращении огня, заключенного в 1994 году. Этот процесс происходит уже без участия Степанакерта. Но венские и санкт-петербургские соглашения предусматривают введение на линию соприкосновения конфликтующих сторон международных наблюдателей и системы мониторинга. А лежащие в основе переговорного процесса по урегулированию конфликта Мадридские принципы предусматривают введение в зону конфликта и международного миротворческого корпуса. Не случайно президент Армении Серж Саргсян в Бишкеке призвал страны Содружества вспомнить о том, как они искали и находили ответы на сложные вопросы, с которыми постсоветские страны столкнулись в начале 1990-х годов, чтобы сейчас они выступили в роли гаранта реализации бессрочного соглашения 1994 года. Дальше, по словам Саргсяна, дело за продвижением переговорного процесса на основе «разумных взаимных компромиссов», которые, добавим от себя, могут быть самыми разными. Но будет ли принята Баку идея полного исключения военных действий в нагорно-карабахском конфликте. Не зашел ли президент Азербайджана Ильхам Алиев на этом пути так далеко, что явно сжег «мосты» для предлагаемого ему Саргсяном политико-дипломатического маневра?
Станислав Тарасов, ИА REGNUM