Армения – Иран: есть серьезный контекст — и не только экономический
В контексте недавнего визита премьер-министра Армении Карена Карапетяна в соседний Иран можно сделать достаточно интересные выводы в политическом, вернее, в геополитическом контексте развития взаимоотношений двух стран. Это вовсе не значит, что экономическая (официальная) составляющая визита руководителя армянского правительства менее важна.
Наоборот, список тем, которые обсуждал премьер с иранскими высокопоставленными чиновниками и дипломатами, действительно впечатляет. Лишь то, что стороны договорились об увеличении объемов программы "Газ в обмен на электричество", или то, что шло серьезное обсуждение вокруг свободной экономической зоны "Сюник" и его взаимодействии с иранскими свободными зонами "Арас", говорит само за себя.
Однако политический контекст того, что премьер-министр Армении посетил Иран в момент обострения взаимоотношений между Вашингтоном и Тегераном, со счетов сбрасывать никак нельзя. Наоборот, этому обстоятельству следует уделить пристальное внимание, поскольку целый ряд обстоятельств, складывающихся вокруг ситуации с иранским "ядерным договором" свидетельствует о следующем – Иран вовсе не исключает предельного обострения ситуации.
А в подобных случаях, как принято в международной политической сфере, следует прощупать настроения ближайших соседей, которые так или иначе могут быть втянуты в развитие событий вокруг ядерного договора 6+1. Вот Иран и "щупает", получая не совсем утешительные результаты.
Удар в спину от ближайшего окружения
Получается так, что в зоне северных границ Иран окружен странами, которые способны в любую секунду, как это принято в современной политике, "ударить ножом в спину". Касается это, скажем, того же Азербайджана, подписавшего недавно в Нью-Йорке в составе организации ГУАМ декларацию, согласно которой он заинтересован в большем развитии эффективного и результативного сотрудничества с США.
Документ сей достаточно интересен в том плане, что американцы, видимо в преддверии потрясений в регионах, где расположены страны-члены ГУАМ, собирают антироссийски настроенные силы в единый кулак. По всей вероятности, ожидание потрясений относится и к региону Южного Кавказа, в котором находятся два из четырех членов ГУАМ – Азербайджан и Грузия. Но сейчас речь не об этом.
Речь идет о том, что тот же Азербайджан в любой момент готов подтянуться к любым анти-иранским мероприятиям и санкциям хотя бы в силу декларации, согласно которой он в любой ситуации будет выступать на стороне американцев. А мероприятия и санкции, по всей видимости, ждать себя не заставят. Во всяком случае, настрой у американского президента Трампа именно таков.
Но ведь только Азербайджаном беспокойство Ирана не может ограничиться. Хотя бы потому, что по другую сторону своих границ, на северо-западе, он имеет Северный Ирак и очень уж беспокойный Курдистан, который уже провел свой референдум о независимости от Багдада.
О том, которая из сверхдержав спровоцировала этот референдум, иранцы не просто догадываются — они знают. И понимают, что при любой эскалации политических взаимоотношений между США и Ираном первый удар следует ожидать именно оттуда. Причем речь идет даже не о военных действиях, а "всего лишь" о стимулировании сепаратистских настроений, которые начнут (а то и уже поступают) с той стороны границы в адрес иранских курских племен.
В Тегеране знают, что получив отмашку из-за океана, курдские отряды, подчиняющиеся Эрбилю, обязательно вмешаются в процесс.
О Турции – другой разговор. Хоть Анкара, как и Тегеран, обеспокоена курдистанским референдумом и делает все возможное, чтобы заключить с иранцами пакт о совместных действиях в случае обострения ситуации на границах с Курдистаном, однако доверия туркам в подобных случаях нет. Они в секунду могут сменить политический вектор, если вдруг Анкаре покажется, что выгоднее дружить не с русскими и иранцами, а с американцами.
Доверия достойна лишь Армения
Вот и получается, что из всех стран, которые имеют общие границы с Ираном на севере, одна лишь Армения, несмотря на свои небольшие размеры и небольшое население, достойна доверия: не предаст, не спровоцирует и не ударит ножом в спину.
Более того, желание Ирана прорваться на европейский рынок энергоносителей также связывается с ожидаемым подписанием Арменией рамочного договора в ЕС. Тегеран действительно надеется, что вот так, медленно, легким аллюром, она умудрится-таки получить хоть какие-нибудь контракты на поставку нефти и газа в Европу в обход Турции (с которой у Ирана связаны не самые хорошие воспоминания по вопросу транзита энергоносителей).И в обход тех же Азербайджана и Курдистана (еще бы, у них у самих есть нефть и газ).
Ну и, конечно же, следует учесть два очень важных обстоятельства, способные связать Иран с Россией посредством Армении. Вернее, даже не только с Россией, а со всем потребительским рынком ЕАЭС, на который иранцы зарятся уже давно.
В этом плане совместная работа над свободной экономической зоной "Сюник" и его планируемым взаимодействием с иранскими свободными зонами сети "Арас" могут являться, пожалуй, еще одним подтверждением того, что Армении Иран доверяет, пожалуй, как никому другому в регионе.
Второй аспект – членство Армении в ОДКБ, равно как и наличие в самой Армении российской военной базы. Не имея каких-то политических соображений, в идеологическом плане направленных против России, Иран не просто достаточно ровно относится к присутствию Российской Федерации на Южном Кавказе, но и считает его в определенной степени гарантом стабильности в регионе.
Наличие российских пограничных войск, защищающих армяно-турецкую границу, как говорится, под боком у Ирана, и вовсе добавляет уверенности Тегерану. Ведь чисто логически иранцы приходят к выводу – и весьма правильному, — что Россия сделает все возможное (и даже невозможное), чтобы не дать взорвать Южный Кавказ, как этого в определенный момент может захотеть (и потребовать у своих вассалов) та же Америка, если обострение между американцами и иранцами достигнет апогея.
Арман Ванескегян, политический обозреватель Sputnik Армения