В Москве 26 декабря состоялся неформальный саммит Содружества Независимых Государств (СНГ) – самой представительной региональной организации на постсоветском пространстве. Как пишет «Коммерсантъ», этот регион считается приоритетным с точки зрения российской внешней политики, однако он же является для Москвы и самым проблемным. О том, чего удалось добиться в отношениях с соседними государствами, а чего нет, статс-секретарь, заместитель министра иностранных дел РФ Григорий Карасин рассказал корреспонденту «Ъ» Елене Черненко.
Представляем некоторые ключевые моменты из данного интервью,
связанные с Арменией, регионом Южного Кавказа и неурегулированными
конфликтами.
– Армения в ноябре подписала с Евросоюзом Соглашение о всеобъемлющем и расширенном партнерстве. Как Россия к этому относится?
–
К нашим соседям и союзникам мы относимся всегда как к людям, у которых
есть свои взгляды на жизнь и внешнюю политику. Наши соседи являются
суверенными государствами, это касается и союзников по ОДКБ, ЕАЭС.
Понятно, что в современную эпоху они развивают разновекторные контакты,
это вполне естественно в XXI веке. Мы никогда не ставили своих соседей и
союзников перед выбором, с кем вы: «с нами или с ними». Но мы вправе
рассчитывать на приоритет отношений союзнических. Кроме того,
договоренности, которые подписываются в других форматах, включая
«Восточное партнерство» ЕС, не должны нарушать обязательств, о которых
мы уже договорились.
– В мае текущего года мы с вами подробно
беседовали о перспективах работы над Конвенцией о правовом статусе
Каспийского моря. Тогда вы сказали, что документ находится «на
расстоянии вытянутой руки». Удалось дотянуться?
– Думаю, подвижки в
этой работе – один из самых значимых итогов года. Проект конвенции в
целом согласован министрами иностранных дел каспийской «пятерки» на
совещании, состоявшемся совсем недавно в Москве. Кропотливая работа
экспертов длилась более 20 лет. За эти годы сформировалась настоящая
многонациональная команда из дипломатов и специалистов других ведомств
пяти стран, которая путем доверительного диалога и поиска компромиссов в
итоге сумела создать сбалансированный проект, учитывающий интересы
каждой из сторон.
– То есть можно с уверенностью сказать, что в 2018 году конвенция будет подписана?
–
Я человек «битый», поэтому не буду категорически говорить «да».
(Смеется.) Вырисовывается Пятый каспийский саммит в Казахстане.
Прогнозирую, что повестка дня этой встречи президентов будет весьма
насыщенной. Но по мере приближения встречи на высшем уровне могут
появиться какие-то нюансы, которые будут нуждаться в дополнительном
согласовании. Поэтому не стал бы исключать подготовительной встречи
министров иностранных дел или рабочих групп для того, чтобы эти нюансы
уточнить.
В целом взаимоотношения прикаспийских стран развиваются
сейчас в позитивном русле. Если 90-е годы прошли под знаком
дезинтеграции и попыток одностороннего «дележа» моря, то сейчас мы
находимся на совершенно ином этапе. Пришло осознание, что Каспий – это
не только нефть и газ. Жизнь заставляет нас взять на себя коллективную
ответственность за все происходящее в этом уникальном водоеме.
Первое,
что приходит на ум, – это осетр. Общим местом стало сетование на
бедственное положение с его запасами. Ситуация действительно далека от
идеала. Но общими усилиями нам, кажется, удалось переломить негативную
тенденцию. С 2013 года нашими странами добровольно соблюдается мораторий
на коммерческий вылов этой рыбы, то есть она добывается только и
исключительно в научных целях. Недавно прошла первая сессия
межправительственной Комиссии по каспийским биоресурсам в Баку, и там
вновь была подтверждена решимость «пятерки» воздерживаться от добычи
осетровых. Кроме того, почти готов документ о совместной борьбе с
браконьерством на Каспии.
Другой важный аспект – потенциально
возможные аварии или бедствия. Мы уделяем этому самое пристальное
внимание, в том числе совершенствуя и конкретизируя механизм защиты
экологии Каспийского моря. «На выходе» важнейшее соглашение – по оценке
воздействия на окружающую среду в трансграничном контексте, которое
должно быть подписано в увязке с конвенцией.
– Если вернуться непосредственно к конвенции, можно ли сказать, что все спорные моменты решены?
–
Пути их решения согласованы. Тут важно отметить, что конвенция всех
возникающих вопросов не решит, но она создаст необходимые рамки для
договоренностей между соответствующими каспийскими государствами.
– А согласован собственно принцип разделения Каспия?
– Да, но я бы сейчас предпочел не вдаваться в детали.
–
Молдавские власти недавно представили план урегулирования
приднестровского конфликта, так называемое видение, подразумевающее
объединение страны через предоставление Приднестровью особого правового
статуса в ее составе. Готова ли Россия вести переговоры на основе этого
документа?
– Есть две стороны, они главные – это Кишинев и
Тирасполь, именно они должны договариваться о совместном видении. Москва
ни в какие серьезные переговоры по приднестровскому урегулированию без
участия Тирасполя вступать не намерена. Поэтому мы и говорим
представителям Кишинева: вы обсудите это «видение» со своими
тираспольскими коллегами, сядьте за стол, хотите, пригласите нас, мы не
возражаем, но чтобы главными обсуждающими сторонами были Тирасполь и
Кишинев. Мы верим в то, что это все возможно.
Panorama.am