Дональд Трамп мечтал о больших переменах в отношениях России и Америки, однако спорных вопросов становится все больше.
«Разве было бы не замечательно, если бы мы смогли договориться о мире с Россией и вместе решить мировые проблемы?» — без конца твердил во время предвыборной кампании Дональд Трамп, подчеркивая «восхищение» Путиным. Как бы то ни было, год спустя отношения двух стран переживают крах, отметил пресс-секретарь Кремля Дмитрий Песков.
Кто несет ответственность за ухудшение отношений Москвы и Вашингтона?
После распада СССР в 1991 году все президенты США пытались следовать курсу открытости к России. Как бы то ни было, никому из них не удалось изменить расклад, что наводит на мысль о существовании более глубоких структурных основ, чем простые личные отношения, полагает эксперт по России Анджела Стент (Angela Stent) в книге «Пределы партнерства». По словам бывшего посла Джона Хербста (John Herbst), основное разногласие, которое отравляет отношения с 1991 года, связано с утвержденной после падения берлинской стены и распада СССР международной договоренностью». Потерпевшая поражение в холодной войне Москва не смогла смириться с потерей империи, а также вступлением в ЕС и НАТО части центральноевропейских и балканских стран, которое лишило ее зоны влияния. Неискоренимое (и намеренно разжигаемое) стремление вернуть былое, а также страх окружения (у него имеются глубокие исторические корни) заняли доминирующее положение после прихода к власти Владимира Путина. «Россия стала требовать для себя чего-то вроде второй Ялты, которая дала бы ей право влиять на ситуацию на территории бывшей империи. Америка же в принципе не могла этого принять», — говорил этой осенью посол США Дэн Фрид (Dan Fried). «Россияне прошли через сильнейшую фрустрацию, у них сложилось ощущение предательства и глубокого двуличия Запада.
К месту в клубе тех, кто решают судьбы мира, стремился не только Путин, но и окружавшие его либералы, которые считали процесс ослабления России преднамеренным», — считает журналист Михаил Зыгарь, автор книги «Вся кремлевская рать». В США находящиеся в меньшинстве сторонники «реалистической» школы вроде Джона Миршаймера (John Mearsheimer) и Стивена Уолта (Stephen Walt) согласны с этой позицией и призывают Вашингтон с большим вниманием отнестись к российским интересам. Как бы то ни было, после аннексии Крыма в 2014 году подавляющее большинство внешнеполитического сообщества Вашингтона (в том числе министры и советники президента) считает Россию агрессивной «ревизионистской» державой, которая стремится оспорить статус-кво и повсюду навредить интересам Вашингтона, отмечает посол Хербст. Эксперт по России Ханна Хоберн (Hannah Hoburn) говорит о болезненном «постимперском опьянении Москвы»: ей было тяжело в мгновение ока лишиться империи без каких-либо объяснений. «Я не вижу дипломатического инструмента, которому было бы под силу излечить эту болезнь из Вашингтона», — говорит она. Все обостряют противоположные философские подходы. «США думают, что все могут остаться в выигрыше, тогда как Москва видит в протянутой руке слабость, которой нужно воспользоваться, и верит в антагонистическую игру». Наконец, представители российской либеральной оппозиции вроде журналистки Евгении Альбац считают, что поведение Москвы объясняется соображениями внутренней политики, и что «события 2014 года на Украине сделали национализм и использование Запада в качестве воображаемого врага средством укрепления путинской власти» после протестных демонстраций 2012 года. «В этот момент он стал добровольным пленником жесткого крыла касты КГБ», — объясняла Альбац в четверг в Вашингтоне продолжение конфронтационного курса.
В чем заключаются самые главные трения?
В числе отравляющих отношения региональных вопросов ключевая позиция принадлежит Украине, говорит посол Хербст. После аннексии Крыма, что явилось нарушением международного права, и благодаря устроенному под надзором российских войск стихийному референдуму, а также после начала в Донбассе сепаратистского движения при поддержке Кремля Москва и Вашингтон ведут диалог слепого с глухим. Россия отрицает причастность к появлению сепаратистов и заявляет, что оно стало фактически неизбежным из-за действий киевских властей и революции на Майдане. США в свою очередь требуют возврата Крыма Киеву и прекращения донбасского сепаратизма, ставя это предварительным условием отмены санкций, введенных при Бараке Обаме против Москвы. Вопреки звучавшим в ходе кампании заявлениям, администрация Трампа не только не отказалась от этих требований, но и ужесточила позицию, согласившись в том числе на поставки оружия Киеву.
Другой острый вопрос касается российского вмешательства в американский избирательный процесс. Трамп поставил под сомнение это обвинение администрации Обамы, так как видел в этом попытку противников подорвать его легитимность. Тем не менее его администрация и в частности глава ЦРУ Майк Помпео (Mike Pompeo) признали, что Россия действительно пыталась вмешаться в выборы 2016 года с помощью киберопераций и массовой пропаганды. Республиканцы и демократы в Конгрессе единогласно осудили эти действия Москвы. В недавней доктрине национальной обороны Пентагон ставит российскую подрывную деятельность и пропаганду в США и Европе (там Москва проявляет интерес к укрепляющим повсюду позиции популистским и антиевропейским партиям) в число главных угроз. «Угроза со стороны «соперничающих» и «ревизионистских» держав вроде России и Китая называется перед террористической», — отмечает Ханна Хоберн. Недавно был обнародован список из 250 человек из окружения Путина, в отношении которых могут быть приняты санкции. Кроме того, не исключено, что американским казначейством был подготовлен другой, меньший по размеру, но уже вступивший в силу список.
Следует подчеркнуть «отрицательную» роль России в северокорейском вопросе, которую критиковал сам Трамп (он считает КНДР одной из главных проблем своего президентства). Глава государства обвиняет Москву в подрыве нефтяного эмбарго, которое тот хочет ввести против Пхеньяна при сотрудничестве с Пекином. В данном случае Россия вставляет ему палки в колеса… Сирия, где Путин ловко воспользовался нежеланием Обамы проводить вмешательство, тоже остается спорным вопросом, хотя Трамп и надеялся на сотрудничество, поскольку хотел бы уйти с проблемного Ближнего Востока и разделить груз ответственности. Накопленные Москвой военно-политические козыри вытеснили американцев на второй план. После начала Турцией военной операции против курдов (союзники Вашингтона в Сирии) у американцев складывается ощущение, что Россия пытается подорвать их отношения с Анкарой, тогда как в Москве называют безответственным использование США курдских сил у турецкой границы. Вашингтон также подозревает режим Асада в применении химического оружия. Сильна напряженность и вокруг Ирана: американская администрация неоднократно выражала поддержку народных протестных движений в Тегеране, тогда как наученная ливийским примером Россия опасается стремления Вашингтона к «смене режима».
Все эти разногласия проявляют себя в атмосфере сильнейшего недоверия. В ответ на санкции Москва предложила 755 американским дипломатам собрать чемоданы. «Нью-Йорк таймс» писала о притеснении работающих в России американских дипломатов и серьезной подспудной напряженности. На прошлой неделе российские самолеты пролетели на очень низкой высоте над американскими судами в Черном море, как это уже происходило в Балтике. Все эти действия — попытки запугивания, по словам Хербста. США также объявили о намерении принять на вооружение новое ядерное оружие малой мощности, отмечая в частности перевооружение России в данной сфере.
Как отражается на отношениях следствие о российских связях в кампании Трампа?
Вопреки первоначальным надеждам россияне убеждены, что следствие о российских связях в кампании Трампа станет препятствием для любых подвижек. «Это действительно так: Трамп не может позволить себе настоящей российской политики, пока не закончено следствие», — подтверждает Джон Хербст. Президент затребовал публикации секретного меморандума комиссии Конгресса, который, с его слов, доказывает его невиновность. Произошедшее он называет «американским позором». Российский источник подтверждает, что созданный этим позором хаос ослабляет Америку и подталкивает Россию к тому, чтобы воспользоваться такой слабостью для укрепления собственных позиций, что в свою очередь плодит напряженность. В любом случае, возможное закрытие дела вряд ли изменит ситуацию, поскольку разногласия слишком сильны. Все министры и советники Трампа, а также Конгресс (он практически единогласно проголосовал за новые антироссийские санкции) сегодня настроены против России. Как бы то ни было, посол Хербст не исключает сюрпризов в том случае, если Трамп получит большую свободу, а Россия изменит позицию по Украине в ходе последнего мандата Путина (в частности по внутриполитическим соображениям). «Владислав Сурков и представитель США по Украине Курт Волкер, судя по всему, провели плодотворные переговоры в Дубае», — рассказывает он. Настоящий прорыв все же представляется маловероятным, учитывая масштабы разногласий и растущий гнев политического класса. Россияне же сейчас сбиты с толку.
Источники газеты «Московский комсомолец» в российском посольстве в Вашингтоне признают, что американские чиновники и конгрессмены не хотят разговаривать с ними. «На американском направлении внешней политики российская дипломатия находится в состоянии глухого интеллектуального тупика. (…) В политическом плане Америка Трампа для России Путина закрыта», — отмечает издание.
Лор Мандевиль, Le Figaro, Франция
http://inosmi.ru