"Обозначено начало нового витка противостояния в регионе Ближнего Востока", - заявил в интервью "ГА" научный сотрудник Центра региональных исследований академии госуправления Армении Джонни Меликян.
- Г-н Меликян, Трамп объявил о выходе США из ядерной сделки с Ираном и возобновляет санкции против Ирана. К каким последствиям это приведет в первую очередь для Ирана?
- На данный момент Тегеран уже успел обвинить Вашингтон в нарушении взятых обязательств. Этот шаг Трампа означает начало нового витка противостояния в регионе Ближнего Востока с привлечением региональных союзников США - Израиля и Саудовской Аравии, которые намереваются путем санкций и жесткого силового давления сменить власть в Тегеране. В то же время в регионе есть и другие игроки, у которых также есть свои интересы, - прежде всего Россия, Китай и ЕС. Таким образом, так как 5 из 6 стран, подписавших Совместный всеобъемлющий план действий 2015 года (СВПД) с Ираном, до сих пор придерживаются своих договоренностей, то может возникнуть двоякая ситуация. С одной стороны, Иран все еще сможет сотрудничать со странами ЕС и основными партнерами в Азии, с другой - США до конца года будут постепенно возвращать санкции по отношению к ИРИ.
Основной проблемой является экономика. Иран производит до 4 млн баррелей нефти в сутки, 50% которой на данный момент экспортируется за рубеж: в ЕС, Китай и Южную Корею. В случае введения санкций против нефтяного и финансового сектора Иран, во-первых, начнет уменьшать производство нефти, во-вторых, может подскочить мировая цена на нефть, в-третьих, может продолжиться обесценивание национальной валюты (риала). Все вкупе может негативно отразиться на экономике страны и понижении доходов бюджета. Все зависит от того, насколько решительными будут в Вашингтоне. Если США решат ввести жесткую санкционную политику, то она коснется и европейских компаний, если нет, то у ЕС и других стран будет возможность для маневрирования. Время покажет.
Особого интереса заслуживает вопрос о том, сумеют ли крупные транснациональные нефтяные и промышленные корпорации завершить реализацию своих контрактов, подписанных с Тегераном после 2015 года. Среди них: контракт Ирана с европейским Airbus на поставку 100 самолетов на сумму до $19 млрд, контракт иранской авиакомпании Aseman с американским Boeing о поставках 30 самолетов Boeing-737 Max на сумму до $3 млрд, а также контракт французской Total SA и Китайской China National Petroleum Co. с Ираном сроком на 20 лет, на разработку прибрежного месторождения Южный Парс на сумму до $5 млрд.
- Мы часто говорили о том, что, вырвавшись из–под груза санкций, Иран обретет гораздо больше возможностей, в том числе и с экономической точки зрения. И во многом связывали развитие армяно-иранских отношений, в том числе в контексте членства Армении в ЕАЭС, именно с этим фактором. Что теперь станется с уже имеющимися договорами или только намеченными?
- Не сказал бы, что с момента заключения Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД) с Ираном в 2015 году в армяно-иранских отношениях что-то изменилось кардинальным образом. Серьезных инвестиций из Ирана мы не смогли получить, товарооборот не увеличился, а основной сферой интересов являются туризм и энергетика. Не так давно армянская сторона презентовала Свободную экономическую зону в Мегри, на границе с ИРИ. Официальному Еревану есть над чем поработать и активизировать все возможности для того, чтобы реализовать данный проект, который позволит тем компаниям, которые хотели бы работать на иранском рынке, но не смогут из-за санкций, вложиться в СЭЗ – с тем чтобы далее продукция, произведенная в Армении, могла бы поставляться на иранский рынок. В то же время, несмотря на решение Вашингтона, в ближайшее время планируется заключение торгового договора ЕАЭС с ИРИ, что в некотором смысле может положительно повлиять на армяно-иранские торговые отношения. Не считаю, что новый виток противостояния и антииранских санкций может серьезным образом повлиять на армяно-иранские отношения, хотя кое-какие корректировки могут иметь место. Опять же все зависит от того, насколько далеко готовы зайти в Вашингтоне.
- Чем решение США выйти из ядерного соглашения чревато с точки зрения геополитических развитий в регионе, умножения угроз? И какую роль может и будет играть Израиль в этих развитиях?
- Как мне кажется, Израиль и Саудовская Аравия (в меньшей степени) играют важную роль в решении Трампа. Сам факт переноса Посольства США из Тель-Авива в Иерусалим и дальнейшая поддержка показывают, что администрация Трампа делает ставку на Израиль в качестве одного из основных стратегических партнеров в регионе. Следуя этой логике, региональный противник Израиля в лице Ирана должен быть нейтрализован. Как минимум уже было заявлено о том, что для Вашингтона было бы предпочтительно, если бы внутриполитическая ситуация в ИРИ привела к смене теократического режима. Данную идею как раз подтвердил на днях адвокат президента США и экс-мэр Нью-Йорка Рудольф Джуллиани на съезде Организации ирано-американских общин.
- Какие сценарии наиболее вероятны в ближайшем будущем?
- Экономически вся сложившаяся ситуация, безусловно, скажется на странах Южного Кавказа. Однако есть и вопросы безопасности. В случае жесткого противостояния стран антииранской коалиции против Тегерана можно ожидать также ухудшения безопасностной среды в нашем регионе. Это в первую очередь важно для Армении и Азербайджана, которые напрямую граничат с ИРИ. Ситуация с Азербайджаном станет достаточно пикантной в связи с тем, что Баку также развивает и углубляет свои связи с Израилем. Официальный Ереван постарается минимизировать все возможные риски, исходя из своих национальных интересов, в которые входит также наличие по ту сторону границы стабильного и развивающегося Ирана. Это также важно и для нагорно-карабахского урегулирования.
На сегодняшний день становится ясным одно: все те проекты, где ожидалось участие Ирана, - железнодорожный коридор Юг - Запад (участие в котором должны были принять Иран - Азербайджан - Грузия и Турция), строительство железной дороги Север - Юг (с участием Ирана -Азербайджана - России) могут быть приостановлены или пересмотрены исходя из ожидаемых изменений в региональной конъюнктуре. В интересной ситуации может оказаться как раз Азербайджан, который рассчитывал на Иран в качестве элемента своей региональной инфраструктурной политики.
Еще одна важная деталь: принятию решения по Ирану предшествовал скандал с вывозом израильскими спецслужбами через территорию Азербайджана иранского ядерного архива, что сразу же опроверг МИД Азербайджана. Все это показывает, насколько сложно будет Баку маневрировать между Израилем и ИРИ в новых региональных реалиях…
Зара Геворкян, "Голос Армении"