Собеседник Первого Информационного – экс-министр иностранных дел Арцаха Арман Меликян.
– На днях заместитель директора Департамента информации и печати МИД России Артем Кожин, говоря о заявлении премьер-министра Армении Никола Пашиняна о возвращении Нагорного Карабаха за стол переговоров, заявил, что они «вероятно, являются деструктивными заявлениями». Конечно, есть различия между информацией, размещенной на сайте МИД России и представленной азербайджанской прессой, поскольку азербайджанские сайты представили только часть ответа представителя МИД РФ. Тем не менее, российское отношение к этому вопросу неоднозначное. Как Вы считаете, в каком-либо случае Россия может поддержать это заявление Пашиняна, которое, фактически, может стать новой стратегией для армянской стороны в переговорах по Карабаху?
– Озвученная точка зрения представителя МИД РФ была ожидаемой – в свое время были предприняты серьезные усилия, чтобы оставить Арцах вне переговорного процесса и подвести формулу урегулирования к Мадридским принципам. В этом контексте цель господина Пашиняна – сделать официальный Степанакерт непосредственным участником переговоров – не могла быть поприветствована. Другой вопрос, что нынешняя исполнительная власть Республики Армения, похоже, не имеет эффективной политической программы для достижения этой цели. Без отказа от переговоров с Арцахом официальный отказ Еревана будет рассматриваться как деструктивное поведение, односторонняя попытка достичь своих политических целей путем шантажа. Я не исключаю, что господину Пашиняну потребуется время, чтобы ознакомиться со всеми нюансами переговорного процесса, и до этого было бы желательно, чтобы не были сделаны заявления, содержащие требование переломных решений, которые весьма вредны, особенно в условиях нынешнего двоевластия в Армении. Также очень важно, чтобы наши нынешние принимающие решения лица, строили собственную концепцию разрешения конфликта, а не полагались на принцип возвращения к старой, формируя новую ситуацию, которая отвечает нашим интересам и с использованием имеющегося потенциала. В прошлом я неоднократно заявлял, что за очень короткое время можно добиться подобных изменений, если власти действительно поставят такую цель. Режим Сержа Саргсяна всегда игнорировал возможность, о которой я говорил. Вероятно, игнорировал по той причине, потому что был согласен с применением принципа территории взамен на статус и с армянской стороны был его гарантом.
– А как этой инициативе, стратегии возвращения Арцаха за стол переговоров может отнестись Запад, другие сопредседатели Минской группы ОБСЕ? Считаете ли Вы возможным консенсус между заинтересованными странами-сопредседателями и вокруг какого вопроса будет этот консенсус – вернуть НКР за стол переговоров или же отвергнуть инициативу армянской стороны?
– Я должен особо подчеркнуть, что провозглашение этой цели само по себе не содержит возможности приобрести для нас союзников в рамках Минской группы, и пока она просто нарушает существовавший до сегодняшнего дня относительный баланс. Для достижения этой цели необходимы конкретные действия, которые, с одной стороны, обеспечат ее реализацию, а с другой стороны, не станут поводом для ужесточения позиций сопредседателей и Азербайджана. Я повторяю, что это вполне осуществимо, но пока, к сожалению, мы все еще остаемся на уровне преждевременных заявлений, затеняющих перспективы заявленной цели.
– 7 июня министр иностранных дел Армении Зограб Мнацаканян совершает рабочий визит в Москву и встретится с министром иностранных дел России Сергеем Лавровым. Официально было заявлено, что урегулирование карабахского конфликта будет особым пунктом в повестке дня переговоров. Как Вы считаете, будет ли визит исключительно ознакомительным или будут обсуждаться конкретные вопросы в связи с карабахскими переговорами?
– Я считаю, что лучшим вариантом для армянской стороны станет объявить, что нынешнее правительство Армении временное, оно пришло к власти с условием проведения внеочередных парламентских выборов по требованию народа. Следовательно, до этого оно не может взять на себя полную ответственность за переговорный процесс, и это будет подход, полностью соответствующий реальности, и не может быть подвергнут критике со стороны посредников. Только будущее законное правительство Армении сможет получить мандат народа для принятия ответственных решений в урегулировании конфликта. Мы пока не можем позволить себе роскошь проводить чисто ознакомительные официальные визиты – каждый официальный дипломатический контакт должен иметь очень четко сформулированную цель.
– В последнее время азербайджанская сторона ведет интенсивную работу в нахичеванском направлении армяно-азербайджанской границы. Существует даже информация о том, что Азербайджан передвинул свои позиции вперед. Министры иностранных дел и обороны Армении также посетили этот отрезок границы. Какие опасности Вы усматриваете в этом направлении, может ли азербайджанская сторона предпринять провокацию с этого направления?
– Военная активность Азербайджана является результатом наших слабых переговорных позиций. Существующее в Армении двоевластие может стать источником серьезного соблазна для противника в плане решения проблемы в свою пользу военным путем.
– Бывший глава Службы национальной безопасности Давид Шахназарян на днях в беседе озвучил такой вопрос: должна ли наша внешняя политика быть проистекать из Карабахской проблемы или же вопрос Нагорного Карабаха должен быть одним из компонентов нашей внешней политики. Как бы Вы ответили на этот вопрос?
– Мы не можем не считаться с тем фактом, что в настоящее время армянская в особенности военно-политическая роль важна в контексте региональной политики мировых силовых центров. А эта роль будет цениться и применяться в их планах до тех пор, пока Арцахский конфликт не будет исчерпан и будет иметь потенциал для дестабилизации ситуации на Южном Кавказе. Таким образом, пока этот конфликт не будет урегулирован, мы будем вынуждены играть определенную роль, обусловленную его наличием, и мы должны приложить очень серьезные усилия для минимизации политических, военных и экономических угроз, вызванных этой ситуацией.
– Известная формула, что внешняя политика является продолжением внутренней политики, насколько она действует или будет действовать в нашем случае, после революции и формирования нового правительства?
– Теперь, в нашем случае, прежде всего, необходимо выработать эту внутреннюю и внешнюю политику – она еще не существует даже в эмбриональном состоянии. Я думаю, что, пока это переходное правительство имеет дело с нынешними политическими недостатками и подготовкой внеочередных парламентских выборов, сотрудники Совета национальной безопасности Армении должны проявлять старательность в решении этого вопроса, разрабатывать и согласовывать внешнюю и внутреннюю политику страны, используя наилучшую логику геополитических процессов и воспользоваться преимуществами и нейтрализовать угрозы.
Мариам Григорян, http://ru.1in.am