Процессы последних дней, связанные с событиями 1 марта 2008 года, затмили на время все остальное в Армении. Было бы непростительно, увлекшись бурными перипетиями очередного детектива, не посмотреть немного вперед, во всех направлениях. Подумать о последствиях.
Предъявленные второму президенту Роберту Кочаряну и генсеку ОДКБ Юрию Хачатурову обвинения пусть комментируют юристы. Это слишком деликатная тема, чтобы пускать в нее дилетантов, к коим в плане юриспруденции относится и автор этих строк. Скажу одно: то, что представлено в качестве официальной информации, вызывает у меня, неспециалиста, когнитивный диссонанс: абсурд ведь получается, Кочарян, выходит, в 2008-ом свергал сам себя?
Будем надеяться, что этот момент разъяснят профессионалы, причем разъяснят понятным языком, без любимой ими казуистики и нагромождения сложносочиненных предложений. А заодно и объяснят нам, неподкованным, почему Кочарян арестован за "свержение конституционного строя", а первый президент, Тер-Петросян, на свободе, хотя в 1996 году произошло практически то же самое?
В октябре 2011 года Тер-Петросян высказывался по этому вопросу, сказав, что подобные сравнения уместны лишь в одном плане — в обоих случаях события были связаны с результатами выборов. На этом, по его словам, похожесть событий 1996 и 2008 годов заканчивается, а то, что произошло 1 марта 2008 года, "беспрецедентно", поскольку такого насилия и стольких жертв никогда не было.
Согласимся с первым президентом, но то, что в 1996 году не было "такого насилия" и лишь одна жертва (по данным оппозиции), вовсе не отменяет того, что, по сути и по аналогии, Тер-Петросян "свергал конституционный строй". Кочаряну же обвинение предъявлено не за убийство 10 человек 1 марта, а именно за "свержение".
Вот этот момент юристам, когда они сами разберутся в происходящем, стоит объяснить общественности, а то в душах поселяется ощущение какой-то не полной справедливости процессов. Чтобы люди поняли, кто "свергал", а кто "не свергал", а может быть — оба "свергали", или никто и не думал даже ни о каком "свержении" никогда. Чтобы понять, кого, в чем и почему обвиняют, а кого, если не обвиняют, то тоже — почему?
А оно, это ощущение не полной справедливости, может и укорениться в душах, что, в преддверии общегосударственных выборов — должны же они когда-нибудь состояться — способно сослужить плохую службу. Плохую именно для возможности проведения полноценных, справедливых и прозрачных выборов, которые Армении обещают несколько месяцев. Потому что избиратель, если только он не принадлежит к одному из радикально настроенных фанатичных полюсов, будет пребывать в недоумении от неубедительности высказываний политических сил (всех), от ощущения чего-то, творящегося за его, избирателя, спиной (даже если ничего не творится), от десятилетиями сформировавшегося стойкого убеждения в том, что его, избирателя, опять дурят (даже если уже давно обдурили).
В этих условиях на предстоящих выборах преимущество, скорее всего, получит та политическая сила, которая будет в состоянии профессионально, грамотно и убедительно изложить свое видение будущего страны. И, кстати, сделает упор в первую голову на экономические вопросы, а не на обещания, например, извести коррупцию на корню (которая неизводима в принципе) или отменить олигархов (которые неотменимы тоже в принципе, особенно в странах, похожих на Армению — с маленьким внутренним рынком).
Ведь продержать широкие массы избирателей на взводе от разных красочных шоу по задержаниям того или иного высокопоставленного ворюги долго не удастся, экономика людям, в конечном итоге, важнее. А сегодня у экономики никаких подвижек вперед, судя по официальным цифрам. Правда, и назад, вроде, тоже не отступили, слава богу, но это не достижение.
Нужны реальные экономические сдвиги в положительную сторону, ведь государственный бюджет, конечно, на время можно наполнить конфискованным у воров, но воры скоро кончатся вместе с наворованным, а госбюджет останется. Останутся зарплаты, пенсии, и прочие назойливые расходные его статьи. Рабочие места нужны, и их можно создавать параллельно с ловлей воров, которой в нормальном обществе занимаются правоохранители, а не все вместе, включая телеоператоров. Это все тоже, в конечном итоге, имеет влияние на исход выборов.
Допустим, что Роберта Кочаряна выпустят в скором времени — посмотрим. В этом случае не исключено, что он вернется в политику и примет участие в выборах, из принципиальных соображений, хотя бы. Теоретически такая ситуация может сложиться, и его возвращение сильно спутает карты многим на тесноватых внутриполитических просторах Третьей республики — что ж, тем интереснее будет процесс.
И еще одно, чуть не в тему… Не знаю, как других, но меня лично немного коробит, когда кого бы то ни было называют "тем, кто не отдаст Карабах". Или как-то в этом духе. Апрель 2016 года показал, чего стоят идолы, лепимые из отдельных личностей. Карабах отстоял, построил и никому не отдаст армянский народ, порой как раз вопреки определенным личностям. Ребята из 1991-го и 2016-го, их командиры, с решимостью и уверенностью в глазах. Без страха в этих глазах.
И да, про "сдавать районы" тоже не стоит разговаривать на досуге от нечего делать. Не в пункт приема идем, стеклотару сдавать. И кумиров себе творить не стоит.
Рубен Гюльмисарян, https://ru.armeniasputnik.am/