В последнее время многие адвокаты жалуются на перемены в худшую сторону в работе правоохранительных органов. Наш собеседник - адвокат, член совета Палаты адвокатов, кандидат юридических наук Карен Сардарян обращает внимание на некоторые сегодняшние нарушения в работе правоохранителей, ставшие, как это ни печально, популярными. Он отвечает на следующий вопрос "ГА": как оцениваете нынешнюю деятельность правоохранительных органов, в частности, какие изменения можете отметить в их работе после "бархатной революции"?
- ВО-ПЕРВЫХ, ХОТЕЛОСЬ БЫ ВЫДЕЛИТЬ УВЕЛИЧЕНИЕ ПО СРАВНЕНИЮ С ПРЕДЫДУЩИМ периодом случаев применения судами залога в качестве альтернативной аресту меры пресечения. Эта тенденция не может не радовать, однако некоторая скованность и боязнь принятия самостоятельных решений у отдельных судей все еще просматривается. Поэтому, на мой взгляд, и общество, и государство должны последовательно делать шаги к повышению авторитета и независимости судебной власти.
Что касается других правоохранительных органов, то здесь ситуация менее радужная. Для жалоб и нареканий по поводу нарушения прав человека со стороны прокуратуры, следственных органов и полиции были основания и до "бархатной революции". Существенных изменений в направлении улучшения их работы на сегодняшний день, к сожалению, пока еще не наблюдается. Более того, просматривается некоторая отрицательная тенденция. Приведу несколько примеров.
Так, ныне органы дознания и следствия взяли на вооружение новый метод вызова лиц для допроса в качестве свидетелей. Вместо того чтобы предварительно пригласить потенциального свидетеля на допрос в предусмотренном законом порядке (в соответствии со ст. 153 УПК РА), а именно путем отправки соответствующей повестки, представители правоохранительных органов, как правило, рано утром заявляются к нему на квартиру без предоставления соответствующих документов (решение о приводе и т.д.), принудительно доставляют в отдел полиции, где проводят личный обыск с изъятием телефона, после чего, как правило, там же, в отделе полиции, свидетель допрашивается следователем. Как мы видим, в таком случае лицо подвергается принудительному приводу незаконно.
В приведенном мною примере следственные органы и полиция действуют исходя из некоторой заинтересованности, в частности, с целью оказать психологическое давление на свидетеля для получения желаемых показаний. Телефон же изымается с целью ограничить возможность вызова адвоката для участия в допросе свидетеля.
СЛЕДУЮЩЕЙ, НЕ МЕНЕЕ ОПАСНОЙ "НОВИНКОЙ" ЯВЛЯЕТСЯ НАЛОЖЕНИЕ решением следователя ареста на имущества лиц, не являющихся подозреваемыми, обвиняемыми или лицами, несущими по закону материальную ответственность за их действия, то есть с нарушением части 2 ст. 232 УПК РА.
Как правило, лица, имущество которых подвергается аресту, являются родственниками обвиняемых или подозреваемых по делу. Цель данного нарушения также очевидна: поставив семью в сложное финансовое положение, оказать тем самым психологическое воздействие на обвиняемого, добиваясь посредством этих неправомерных действий согласия последнего на сотрудничество с правоохранительными органами.
Ощутимо ухудшилось положение с соблюдением правоохранительными органами презумпции невиновности - этого основополагающего принципа права. Только лишь заявления о преступлении зачастую бывает достаточно для распространения в средствах массовой информации сообщения о раскрытии преступления и виновности лица. Требования, предъявляемые к достаточности доказательств вины обвиняемого, и до смены власти были недопустимо низкими, а после нее, как ни парадоксально, еще больше снизились. Вышеперечисленные факты вызывают серьезные опасения. В случае, если данные правонарушения и неправомерные подходы укоренятся в практике правоохранительных органов, это приведет к ощутимому регрессу в сфере защиты прав и основных свобод человека в Республике Армения.
Лана Мшецян, "Голос Армении"