Советник по национальной безопасности Джон Болтон должен прибыть в Баку 24 октября. Затем он посетит Ереван и Тбилиси. Его поездка станет самым заметным визитом официального представителя администрации Трампа в три кавказские страны. Ни в одной из них сейчас нет американского посла, и местные политические деятели жалуются на недостаточное участие Америки в делах региона.
Болтон говорит, что поездка будет посвящена вопросам региональной безопасности. Перед турне он сказал радиожурналисту Хью Хьюиту, что едет «на Кавказ, чтобы увидеть ту чрезвычайно важную географическую роль, которую они играют в отношениях с Ираном, в отношениях с Россией, в отношениях с Турцией».
В частности, ожидается, что Болтон будет уделять особое внимание Ирану: эта страна поддерживает хорошие отношения с Арменией, Азербайджаном и Грузией, но администрация Трампа активно пытается ее изолировать. За Болтоном давно закрепилась репутация «ястреба» в иранском вопросе: в нынешней администрации он является одним из ведущих сторонников выхода из ядерного соглашения с Ираном и возобновления санкций против Тегерана.
«Не могу себе представить, что еще [кроме Ирана] он собирается обсуждать» на Кавказе, сказал Пол Стронски, старший научный сотрудник Российско-Евразийской программы Фонда Карнеги за международный мир, аналитического центра, находящегося в Вашингтоне.
«Президент Дональд Трамп призвал к международным действиям по сдерживанию Ирана в ООН в прошлом месяце, но его шаги были в значительной степени неудачными, — сказал в интервью армянскому новостному сайту news.am Кери Кавано, бывший посол США, работавший на Кавказе. — Сейчас же Болтон пытается заручиться поддержкой на Кавказе и в Москве, чтобы противостоять иранскому влиянию».
В ходе своей долгой дипломатической и экономической кампании против Ирана Вашингтон пытался заставить другие страны ограничить связи с Тегераном. Однако Белый дом, как правило, смотрел сквозь пальцы на укрепление отношений между странами Кавказа и Ираном, учитывая их географическую близость. В особенности это касается Армении, для которой связь с Ираном остается жизненно важной, так как границы этой страны на востоке (с Азербайджаном) и западе (с Турцией) закрыты.
«Эта тема всегда становится камнем преткновения, — сказал Стронски Eurasianet.org. — Из-за американских интересов и американских санкций эти страны не развивают таких прочных экономических связей [с Ираном], каких можно было бы ожидать между столь географически близкими соседями. Но им всегда было что ответить на критические замечания — просто потому, что у них нет другого выбора».
Неясно, однако, собирается ли администрация Трампа и дальше придерживаться подобной политики невмешательства в отношении Кавказа и Ирана.
«Сейчас американская политика настолько беспорядочна, что ответить на этот вопрос очень трудно, — сказал Стронски. — Для нынешней администрации характерны громогласные заявления, реализация которых оказывается потом не столь ясной. Однако ясно, что Болтон и Трамп придают большое значение иранскому вопросу, так что в этом случае они, возможно, не остановятся на первом этапе».
Как бы то ни было, усиливающееся давление осложняет и без того шаткое геополитическое положение кавказских стран.
«Выход из СВПД поставил эти страны в трудное положение, — сказал Стронски, имея в виду отказ администрации Трампа от заключенного в 2015 г. соглашения по иранской ядерной программе. — Чудовищное ухудшение отношений между Соединенными Штатами и Россией уже чрезвычайно затруднило для них сохранение равновесия, а теперь аналогичное ухудшение происходит и на юге. Эти страны оказываются между молотом и наковальней».
Хотя иранская тема, вероятно, будет главной для Болтона, его собеседники на Кавказе могут попытаться перевести разговор с Ирана на вопросы, приоритетные для них самих.
На переговорах в Тбилиси представители грузинского правительства, вероятно, не захотят втягиваться в американо-иранский конфликт, а предпочтут сосредоточить общение на таких темах, как сотрудничество в области безопасности, сказал Корнелий Какачия, директор Грузинского института политики.
«Грузия по-прежнему неуклонно поддерживает инициативы США, — сказал Какачия Eurasianet.org. — Однако в связи с постоянным давлением со стороны России она не может ставить под угрозу свои национальные интересы, которые требуют наличия прагматических и уравновешенных отношений с Ираном. Поэтому Тбилиси будет пытаться найти тонкое равновесие между своими региональными интересами и интересами Запада, как это делалось в течение последнего десятилетия».
Правительство Азербайджана также хотело бы, чтобы Соединенные Штаты играли более активную роль в разрешении конфликта с Арменией из-за Нагорного Карабаха, сказал Заур Шириев, работающий в Баку аналитик Международной кризисной группы. «Азербайджанское правительство не хочет, чтобы Иран считал его принимающим участие в проводимой США политике. В Тегеране могут все неправильно понять, а Баку не хочет портить двусторонние отношения с Ираном, — сказал Шириев Eurasianet.org. — Нагорно-Карабахский вопрос будет главной темой [для азербайджанцев во время визита Болтона], но сложно ожидать от американской стороны каких-то особо свежих инициатив».
«Баку питает определенные надежды на усилия США как сопредседателя Минской группы ОБСЕ, — органа, пытающегося разрешить Нагорно-Карабахский конфликт, говорится в комментарии, опубликованном недавно на веб-сайте Haqqin.az. — И, конечно, Баку будет проводить переговоры с Болтоном именно в этом ключе».
В Армении Болтон встретится с новым руководством, которое обещало провести радикальные внутренние реформы, но пока не заявляло о скольких-нибудь значительных изменениях внешнеполитического курса. С другой стороны, Ереван пытается сформулировать стратегию работы с администрацией, которая отказалась от традиционного для США акцента — по меньшей мере, риторического — на демократизации в пользу «более неореалистического подхода, основанного на общих интересах и совместных действиях», сказал Эдуард Абрамян, лондонский аналитик, занимающийся Арменией.
«У Армении имеется искреннее стремление уравновесить влияние России заблаговременным установлением тесных контактов с одной стороны с Соединенными Штатами, а с другой — с Ираном, — сказал Абрамян. — Значит, необходимо будет развивать армяно-иранские стратегические связи, при этом открыто объясняя США, почему это делается».
Джошуа Кучера, Eurasianet, США
Источник – Inosmi.