Когда Reuters процитировало министра обороны США Джима Мэттиса, который заявил, что Вашингтон установит «наблюдательные пункты» на некоторых участках турецко-сирийской границы для того, чтобы не упускать из вида боевиков ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ), все еще оказывающих сопротивление силам коалиции в Сирии», многие российские СМИ восприняли эту информацию как сенсацию. Тем более, что шеф Пентагона уточнил: «Наблюдательные пункты станут гарантией того, что турецкие военные и представители Сирийских демократических сил (SDF — альянса сирийской оппозиции и курдских формирований) сосредоточат усилия на борьбе с остатками джихадистов». По логике это означало наличие у американцев определенных подозрений в том, что турецкие военные и SDF преследуют в Сирии иные цели. По словам Мэттиса, «подобный шаг позволит избежать усиления напряжения между Анкарой и курдскими военизированными формированиями».
В то же время он указал на то, что ранее появление наблюдательных пунктов на турецко-сирийской границе «обсуждалось с турками». Дело в том, что еще осенью прошлого года SDF установили контроль над опорными пунктами в сирийских провинциях Ракка и Дейр-эз-Зор. В сентябре сирийские курды приостановили операцию из-за обстрелов их укреплений турецкой армией, в ноябре заявили о продолжении операции против ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) в регионе. Именно тогда в Пентагоне заговорили о желании установить несколько наблюдательных пунктов на сирийско-турецкой границе, чтобы предотвратить столкновения между турецкими войсками и курдами. Сложилась интригующая ситуация, ведь Турция продолжает оставаться в составе возглавляемой США международной коалиции по борьбе с ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ). В то же время, как сообщал пресс-секретарь курдских Отрядов народной Самообороны (YPG) Нури Махмуд, у «YPG есть стратегические соглашения с США и международной коалицией». А это по формальному признаку превращает Анкару и сирийских курдов в союзников по борьбе с «общим врагом».
Махмуд говорил также, что «на наблюдательных пунктах на границе между Турцией и Западным (Сирийским) Курдистаном «будут развернуты совместные военные силы США и YPG». В этой связи министр национальной обороны Турции Хулуси Акар подчеркивал, что «решение Соединенных Штатов установить наблюдательные пункты на севере Сирии усложнит ситуацию в регионе». Но это не протест, скорее, констатация факта. Тем более что Турция рассчитывает до концы нынешнего года приступить к совместному с американцами патрулированию Манбиджа (40 км от Алеппо) и даже несмотря на то, что, как подчеркивает глава МИД Турции Мевлют Чавушоглу, Вашингтон «продолжает сотрудничать с террористическими организациями (так именуют в Анкаре курдские военные формирования в Сирии — С.Т.) по безосновательным причинам». В этой связи многие курдские информационные порталы отмечают:
«США в Сирии ведут сложную многоходовую игру. С одной стороны, пытаются успокоить Турцию, выражая озабоченность возможностью проникновения на ее территорию джихадистов. С другой, стремятся защитить сирийских курдов, поддерживая YPG».
Сами же сирийские курды обвиняют Турцию в том, что она негласно продолжает поддерживать ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ). И указывают на то, что произошло в начале 2018 года во время двухмесячного вторжения турок в Африн — оно «дало джихадистам короткую, но столь необходимую передышку, которую боевики использовали для вербовки новых членов и запуска атак». Одним словом, в треугольнике Анкара — Вашингтон — сирийские курды наметились серьезные противоречия. Участники балансируют на грани боевых столкновений. Вашингтон заявляет, что «будет следить за любой возможной угрозой в адрес Турции», так как «пока еще не раздавлено то, что осталось от географического халифата» и достигнуть цели он «не может без своего специального альянса с SDF/YPG». Но как долго будет существовать и действовать сформированная американцами сложная формула, никто не знает.
Эксперты уверены, что Пентагон пытается прикрыть свое желание не только сохранить военное присутствие в Сирии под предлогом борьбы с ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ), но и реализовать в том или ином виде курдский проект, прикрывая его от вероятных ударов со стороны Турции. Глава МИД России Сергей Лавров уже указывал на попытки США создать квазигосударство в Сирии. Как пишет турецкое проправительственное издание Daily Sabah, «Анкара понимает, но предотвратить пока не может». Не случайно президент России Владимир Путин в октябре 2018 года говорил следующее: «Да, там (в Сирии — С.Т.) еще много проблем. Вот мы сейчас видим, что происходит на левом берегу Евфрата… Эта территория находится под патронатом наших американских партнеров. Они опираются там на курдские вооруженные формирования. Но они явно недоработали. Там в нескольких населенных пунктах остались представители ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ). И они начали в последнее время расширять зону своего присутствия».
Анкара действительно оказывается в сложном положении, так как на ее границах с Сирией потенциально может появиться санитарный кордон, неподконтрольный Дамаску, с выходом на курдские регионы Турции. Это вторжение в зону контроля и геополитической компетенции турок, нанесение удара по астанинскому процессу, очевидная «скрытая повестка дня» Вашингтона не только в Сирии, но и по Турции. Что дальше? На днях Акар провел телефонный разговор с министром обороны России Сергеем Шойгу и обсудил проблемы региональной безопасности, вопросы технических и тактических мер для ее поддержания. Ранее президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган и Путин по телефону договорились ускорить создание наблюдательных пунктов в зоне деэскалации в сирийской провинции Идлиб. Детали переговоров не разглашаются. Но появление наблюдательных пунктов американцев на некоторых участках турецко-сирийской границы серьезно меняет ситуацию. Вполне возможно, что Турции придется предпринять какие-то шаги.
Но пойдет ли Анкара на более серьезное осложнение в отношениях с США или будет по-прежнему участвовать в американском танце с сирийскими курдами? На чашу весов бросается сохранение территориальной целостности Турции. Наступает момент выбора.
Станислав Тарасов, ИА REGNUM